В.Я. Брюсов
Париж
Из сборника «Urbi et orbi»
Цикл: Думы

На главную

Произведения В.Я. Брюсова




    И я к тебе пришел, о город многоликий,
    К просторам площадей, в открытые дворцы;
    Я полюбил твой шум, все уличные крики:
    Напев газетчиков, бичи и бубенцы;
    Я полюбил твой мир, как сон, многообразный
    И вечно дышащий, мучительно-живой...
    Твоя стихия — жизнь, лишь в ней твои соблазны,
    Ты на меня дохнул — и я навеки твой.

    Порой казался мне ты беспощадно старым,
    Но чаще ликовал, как резвое дитя,
    В вечерний, тихий час по меркнущим бульварам
    Меж окон блещущих людской поток катя.
    Сверкали фонари, окутанные пряжей
    Каштанов царственных; бросали свой призыв
    Огни ночных реклам; летели экипажи,
    И рос, и бурно рос глухой, людской прилив.
    И эти тысячи и тысячи прохожих
    Я сознавал волной, текущей в новый век.
    И жадно я следил теченье вольных рек,
    Сам — капелька на дне в их каменистых ложах,
    А ты стоял во мгле — могучим, как судьба,
    Колоссом, давящим бесчисленные рати...
    Но не скудел пеан моих безумных братий,
    И Города с Людьми не падала борьба...

    Когда же, утомлен виденьями и светом,
    Искал приюта я — меня манил собор,
    Давно прославленный торжественным поэтом...
    Как сладко здесь мечтал мой воспаленный взор,
    Как были сладки мне узорчатые стекла,
    Розетки в вышине — сплетенья звезд и лиц.
    За ними суета невольно гасла, блекла,
    Пред вечностью душа распростиралась ниц...
    Забыв напев псалмов и тихий стон органа,
    Я видел только свет, святой калейдоскоп,
    Лишь краски и цвета сияли из тумана...
    Была иль будет жизнь? и колыбель? и гроб?
    И начинал мираж вращаться вкруг, сменяя
    Все краски радуги, все отблески огней.
    И краски были мир. В глубоких безднах рая
    Не эти ль образы, века, не утомляя,
    Ласкают взор ликующих теней?

    А там, за Сеной, был еще приют священный.
    Кругообразный храм и в бездне саркофаг,
    Где, отделен от всех, спит император пленный,—
    Суровый наш пророк и роковой наш враг!
    Сквозь окна льется свет, то золотой, то синий,
    Неяркий, слабый свет, таинственный, как мгла.
    Прозрачным знаменем дрожит он над святыней,
    Сливаясь с веяньем орлиного крыла!
    Чем дольше здесь стоишь, тем все кругом безгласней,
    Но в жуткой тишине растет беззвучный гром,
    И оживает все, что было детской басней,
    И с невозможностью стоишь к лицу лицом!
    Он веком властвовал, как парусом матросы,
    Он миллионам душ указывал их смерть;
    И сжали вдруг его стеной тюрьмы утесы,
    Как кровля, налегла расплавленная твердь.
    Заснул он во дворце — и взор открыл в темнице,
    И умер, не поняв, прошел ли страшный сон...
    Иль он не миновал? ты грезишь, что в гробнице?
    И вдруг войдешь сюда — с жезлом и в багрянице,—
    И пред тобой падем мы ниц, Наполеон!

    И эти крайности! — все буйство жизни нашей,
    Средневековый мир, величье страшных дней,—
    Париж, ты съединил в своей священной чаше,
    Готовя страшный яд из песен и идей!
    Ты человечества — Мальстрем. Напрасно люди
    Мечтают от твоих влияний ускользнуть!
    Ты должен все смешать в чудовищном сосуде.
    Блестит его резьба, незримо тает муть.
    Ты властно всех берешь в зубчатые колеса,
    И мелешь души всех, и веешь легкий прах.
    А слезы вечности кропят его, как росы...
    И ты стоишь, Париж, как мельница, в веках!

    В тебе возможности, в тебе есть дух движенья,
    Ты вольно окрылен, и вольных крыльев тень
    Ложится и теперь на наши поколенья,
    И стать великим днем здесь может каждый день.
    Плотины баррикад вонзал ты смело в стены,
    И замыкал поток мятущихся времен,
    И раздроблял его в красивых брызгах пены.
    Он дальше убегал, разбит, преображен.
    Вторгались варвары в твой сжатый круг, крушили
    Заветные углы твоих святых дворцов,
    Но был не властен меч над тайной вечной были:
    Как феникс, ты взлетал из дыма, жив и нов.
    Париж не весь в домах, и в том иль в этом лике:
    Он часть истории, идея, сказка, бред.
    Свое бессмертие ты понял, о великий,
    И бреду твоему исчезновенья — нет!

            1903
            Париж


Впервые опубликовано: В. Брюсов. Urbi et orbi: Стихи 1900—1903 г. М. Скорпион. 1903.

Брюсов Валерий Яковлевич (1873-1924) - русский поэт, прозаик, драматург, переводчик, литературовед, литературный критик и историк. Один из основоположников русского символизма.



На главную

Произведения В.Я. Брюсова

Храмы Северо-запада России