В.М. Дорошевич
Истинно русский Емельян

На главную

Произведения В.М. Дорошевича


На днях в Уфу прибыл минский мещанин Тополев, который, явившись ко мне, заявил, что он командирован в Уфу "Советом Союза русского народа". Мною было предложено полицеймейстеру оказать всякое содействие г. Тополеву... Но он содействие полиции отклонил на том лишь основании, что уфимский полицеймейстер - католик. Будучи направлен к полицеймейстеру, Тополев ушел от него и напился пьяным до бесчувствия, так что с улицы был взят в полицейский участок для вытрезвления. Протрезвившись, он снова напился и снова был взят в участок...

Ввиду всего происшедшего я вынужден был по телеграфу запросить Совет Союза, действительно ли Тополев командирован Советом. Глубоко сочувствуя "Союзу русского народа" и так далее.

Из донесений г. уфимского губернатора г. Пуришкевичу

К сожалению, название губернии не разобрано. Но настоящий дневник, принадлежащий перу одного из губернаторов, получен нами из самых достоверных рук: от одного экспроприатора. Так что никаких сомнений в подлинности!

2 января

День прошел благополучно. И я жив, и злоумышленники все живы. Ни одного покушения, ни одной казни. (Название не разобрано) губерния должна быть признана исключительной по благополучию.



3 января

В город прибыл мещанин Емельян Березкин.

Член "Союза русского народа"!

Узнал об этом совершенно случайно.

Слава Богу, он сделал скандал.

Вечером в трактире купца Власова один посетитель напился водки, наелся семги, а когда с него потребовали деньги, - начал бить посуду, зеркала, посетителей и кричать:

- Что? Измена? Да вы знаете - кто я? Да я член "Союза русского народа"! Из Петербурга прислали! Да я Дубровину! Да я Пуришкевичу! Подать мне сейчас телеграфную бланку! Бейте телеграмму на казенный счет!

Да по морде всем, да по морде! Полиция донесла полицеймейстеру:

- Что делать?

Полицеймейстер - мне. Черт знает что такое!

Губернатор, словно муж: узнает обо всем последним.

Этакое лицо в городе! А я не знаю.

Хорошо, что он в первый же день скандал сделал.

Каналью-трактирщика приказал оштрафовать на 500 рублей.

Мещанина Емельяна Березкина перевезли в лучшую гостиницу в городе. Поместили в номере, где останавливался в прошлом году проездом персидский принц. Спит.

4 января

Сегодня утром был у мещанина Емельяна Березкина с визитом. Долг службы.

Был в полной парадной форме и при всех орденах.

Принял благосклонно. Жаловался на головную боль.

Наружность значительная.

Волосы такие рыжие и во все стороны. Лицо тоже красное. В бороде остатки пищи. Справа двух зубов не хватает.

Говорит:

- Потерял в борьбе со внутренними врагами. Положил зубы на алтарь, так сказать.

Пригласил его обедать. Но с дороги он несколько запылился. Предложил:

- Не угодно ли по русскому обычаю сначала посетить баню?

Согласился.

- Давненько, - говорит, - собираюсь.

Курьер, который его мыл, - нарочно ему курьера послал, хорошо, подлец, парит! Пусть видит, до чего губернатор - русский человек, каких курьеров при себе держит! - курьер говорит, что мещанин Березкин какие-то знаки в бане на теле показывал.

- А после бани, в предбаннике, - говорит, - изволили одним духом две бутылки водки выпить и двух холодных жареных гусей съесть. Сразу видать, что истинно русский человек.

5 января

Сегодня сам убедился.

Несмотря на сочельник, начались торжества в честь мещанина Березкина.

Сделал для него смотр пожарным командам.

Проезжали по частям. Сначала шагом, потом во весь карьер. В заключение проходили церемониальным маршем, как после пожара.

Брандмейстер на фланге. Фланг впереди. Вестовой замыкающим.

Мещанин потребовал водки и тут же на площади пил за здоровье команды из пожарной каски.

Положительно в нем есть что-то богатырское!

И вдруг полицеймейстер, возвратясь, мне говорит:

- А все-таки не мешало б из него удостоферений на лишность потребовайт.

Только посмотрел на него.

- У вас, Карл Карлович, в городе бомбы, как вареники, в каждом доме делают. Вы бы за этим лучше следили.

Он тебе покажет "удостоферений на лишность"!

6 января

Так и случилось.

Сегодня мещанин Березкин поставил мне на вид, что у меня полицеймейстер лютеранского вероисповедания.

Действительно, недоглядел.

- Ежели, - говорит, - об этом Дубровин узнает, он, брат, лютеранства не потерпит.

Предложил полицеймейстеру изменить веру. Послал даже за соборным протоиереем. Вообразите, в амбицию вломился:

- Всякий каждый фон-дер-Шнель-Клопс был, - говорит, - лютеран и умирал лютеран. Я, - говорит, - Лютер на всякий мещанин не меняй.

Скажите, как за Лютера держится! Приказал полицеймейстера отставить. Без прошения.

7 января

Торжества в честь мещанина Березкина продолжаются.

Сегодня вечером был в театре. Давали "Марию Стюарт".

В последнем акте Емельян приказал:

- Не сметь казнить Марию Стюарт. Пущай живет.

Поднялся в ложе и кричал:

- Она королева! Я люблю королев!

Потом приказал, чтобы Мария Стюарт на радостях русскую плясала.

- Я, - говорит, - тебе жизнь пощадил. Веселись.

Мария Стюарт плясала вприсядку.

Дежурные полицейские кричали - ура! Хотел послать почему-то телеграмму королеве Вильгельмине. Но я кое-как отговорил.

8 января

Емельян - трудный человек. Во-первых, говорит мне "ты".

- "Вы", - говорит, - слово немецкое. А тебе, - говорит, - по-русскому буду! Ты.

Оно действительно больше по-русски. Но все-таки губернатор. И губернатор - слово нерусское. Просил его, чтобы хоть звал меня:

- Ты, воевода.

Слава Богу, согласился. Сам обращаюсь к нему:

- Уж ты гой еси! Все-таки не так фамильярно.

Сегодня у меня был в честь Емельяна большой обед, а вечером бал. Были тосты. Емельян, как он говорит:

- Себя не выдал!

Особенно когда какой-то оратор в пылу красноречия упомянул:

- Заложим жен и детей...

- Верно! Сию минуту! Воевода! Бери жену в охапку, понесем ее к жиду! Заложим, а деньги пропьем!

Жена была в обмороке. Но Емельян кричал:

- Ничего, что в обмороке! Тащить способнее! И стащил со стола скатерть, чтобы завязать жену в узел и нести.

Уложил Емельяна в нашей спальне, чтобы отдохнул.

На балу тоже вышел инцидент. Все шло как следует.

Как вдруг в середине котильона Емельян воодушевился, прибежал из буфета на середину зала и скомандовал:

- Ноги вверх...

- Это, - говорит, - революционеры кричат "руки вверх", а по-нашему - "ноги".

Произошло смятение.

Старался объяснить истинно русской шуткой. Однако барышень увезли с бала в обмороке. Досадно. Но сами виноваты. Зачем барышень на бал возить!

9 января

Емельян - подозрительный человек.

Сегодня, встретивши на площади соборного псаломщика, заподозрил его в принадлежности к магометанству.

Заставил его тут же всенародно читать молитвы и, стоя в снегу, бить поклоны.

Потом отпустил. Было много народу.

10 января

Это уж Бог знает, что такое!

Положим, он член "Союза русских людей". Но все-таки. Емельян сегодня отправился в часть, приказал поднять шары, звонить в звонок и с пожарными, сам на трубе, поскакал в женскую гимназию.

Командовал:

- Качай!

Приказывал качать проходящим. Подставлял к окнам лестницы, кричал:

- Ломай переплеты! Двери! Потолки!

И поливал выбегающих гимназисток водой. Многие обледенели.

Чтобы выйти из неловкого положения, должен был телеграфировать в Петербург:

"В женской гимназии вспыхнули волнения, грозившие государству. Удалось погасить, не прибегая к помощи воинских частей".

Ах, Емельян!

11 января

Сегодня Емельян меня осматривал.

На предмет принадлежности к иудейству.

- Ты, - говорит, - мне подозрителен, кто тебя знает!

Велел раздеваться. Разделся.

Емельян похвалил мое сложение.

- Ничего еврейского в тебе не нашел. Можешь одеваться.

Потом хотел осматривать также мою жену.

- А может, ты на жидовке женат? Почем я знаю. Умолил его, доказывая, что... предмет щекотливый... Вообще, признаков не бывает.

Согласился.

Только взял ее за волосы. Дернул несколько раз.

- Не ходит ли в парике? - говорит. Дочь - ничего.

Дочь у меня все это время в погребице сидела. Печку ей там железную поставил, чтобы не замерзла. Девушка молодая. Из института. Требований патриотического момента не понимает. Может нагрубить.

12 января

Сегодня мне пришла ужасная мысль. Я вставал, она была еще в постели. И вдруг она мне:

- А вдруг, - говорит, - твой Емельян самозванец. Весь город свидетельствует, а может быть, он в жизнь свою не видел ни Дубровина, ни Пуришкевича! Знаки на теле! А может быть, его секли. Арестант беглый!

Я кинулся и накрыл ей голову подушкой.

Себя не помнил от ужаса.

Тогда пустил, когда хрипеть начала.

- Ты, - говорю, - с ума сошла! Такие слова говорить! Прислуга может услышать! До него дойдет!

Полузадушенная, а свое твердит. Вот женщина. Уши затыкал. Пилит:

- А ты пошли! Пошли! Допилила.

Послал.

С ужасом жду ответа. Вдруг Дубровин:

"Не усматривая в вас достаточной веры, предлагаю немедленно оставить должность и сдать ее Емельяну". Ночь, а не сплю. Жду.

13 января

Батюшки! Что ж это?

Свидетельствовал... Полицеймейстер... Мария Стюарт вприсядку пляшет... Емельян... Гимназистки... Самозв...

Тут чьей-то рукой было приписано:

"У Аммоса Ивановича отнялся язык, правая рука и правая нога, правый глаз стал стеклянным, а левый светится безумием".

К дневнику подшиты два документа:

1) Телеграмма:

"Губернатору такому-то. Никакого Емельяна Березкина Союзом не командировалось. Проверке списков членов такой фамилии не оказалось. Пуришкевич".

2) Форменная бумага:

"Первый департамент Сената. Ввиду того, что постановление об исключении статского советника Карла Карловича фон-дер-Шнель-Клопс со службы без прошения состоялось с соблюдением всех требуемых законом форм, - постановили: прошение об его обратном зачислении на должность полицеймейстера оставить без последствий".


Опубликовано: Дорошевич В.М. На смех. СПб.: Типогр. М.Г. Корнфельда. 1912. С. 171.

Дорошевич Влас Михайлович (1865-1922) русский журналист, публицист, театральный критик, один из известных фельетонистов конца XIX - начала XX века.


На главную

Произведения В.М. Дорошевича

Храмы Северо-запада России