В.М. Дорошевич
Первая жертва
(Из хроники старой Москвы)

На главную

Произведения В.М. Дорошевича


Появление мировых судей произвело потрясающее впечатление на героев Островского.

"Дикие были, сударь, нравы в нашем городе". Московское предание сохранило даже имя:

- Первого ученика мирового института. Это был некто купец Блохин.

Когда "г. мировой" приговорил его за какое-то безобразие на неделю ареста, Блохин был ошеломлен:

- Вы это серьезно?

- Не смейте даже задавать таких вопросов! Здесь не шутят. Блохин помялся и решительно заявил:

- Я сидеть не могу!

- Почему?

- Приказчики меня после этого слушаться не будут. Что ж это за хозяин, ежели сидел? Нешто можно хозяев перед приказчиками срамить?

- А если вы так уважаете звание хозяина, не безобразничали бы.

Купец Блохин задумался.



- Дозвольте построить что-нибудь, господин мировой судья!

- Что построить?

- Ну, часовню там, приютец небольшой.

- Стройте!

- Взаместо высидки?

- Невозможно. Блохин взмолился:

- Ваше высокоблагородие, оштрафуйте меня! Ну, на тысячу рублей, на пять!

- Мировой судья на такие суммы не штрафует.

- Хоть икону соорудить дозвольте!

- Какую икону?

- В доме этом самом арестном. Пущай арестанты за мое здоровье Богу молятся.

- Сооружайте, но сидеть все равно придется.

- Придется?

- Если вы недовольны приговором, можете обжаловать в узаконенный срок.

- Чем тут довольным-то быть!

Обжалование никаких последствий не имело, и купец Блохин был:

- Первым квартирантом "Титов".

Так тогда звался городской арестный дом.

С тоскою он отсидел "свою неделю", но потом:

- Вошел во вкус мирового института.

С удовольствием слушал и читал в газетах, как кого-нибудь приговаривали "за безобразие в "Титы"".

- Веди себя чисто! Теперь господа мировые судьи для этого поставлены! Если кто-нибудь при нем жалел посаженного, Блохин выходил из себя:

- Пущай сидит! И почище него люди сидели!

Он даже с гордостью носил титул "первого сидельца".

- Москве пример подал.

Когда исполнилось первое десятилетие городского арестного дома, купец Блохин вошел к "хозяину столицы", князю Владимиру Андреевичу Долгорукову, со всепокорнейшим ходатайством:

- Разрешить ему, как первому сидельцу арестного дома, угостить по случаю юбилея теперешних заключенных... шампанским.

Над ходатайством посмеялись.

Но князь В.А. Долгоруков нашел мысль:

- Очаровательной.

И разрешил Блохину угостить арестованных... шоколадом. В "Титах" в этот день варили шоколад.

Первый сиделец Блохин был допущен к торжеству, и ему было разрешено произнести "несколько кратких, но прочувствованных слов". Он произнес речь:

- Вот видите меня? Тоже безобразником был, а посидел и больше не безобразничаю. Чего и вам от души желаю!

И "высоко поднял чашку шоколада":

- За процветание родного нам учреждения! Как выразился он добродушно и трогательно.

Таково московское предание о "первой жертве" мирового института.


Впервые опубликовано: Русское слово. 1916. 17 мая.

Дорошевич Влас Михайлович (1865-1922) русский журналист, публицист, театральный критик, один из известных фельетонистов конца XIX - начала XX века.


На главную

Произведения В.М. Дорошевича

Храмы Северо-запада России