М.Н. Катков
Классическая школа как лучший путь ко всем высшим специальностям знания
Потребность в средних реальных заведениях применительно к разным специальностям

На главную

Произведения М.Н. Каткова


Нас выставляли противниками реального образования. Это неправда; никто более нас не желает развития реального образования. Самая так называемая классическая учебная система имеет в наших глазах цену преимущественно с своей реальной стороны как самое действительное, всеми цивилизованными народами испытанное средство для воспитания и приготовления молодых умов к высшим специальностям знания. Но мы всегда сознавали, что вслед за заботами о развитии научного образования в России должны идти заботы о средствах образования людей для разного рода полезных занятий, которые основаны на применении результатов, добытых науками. Требуются школы, которые были бы рассчитаны не на столь продолжительный срок учения, как гимназии в совокупности с университетом, а гораздо ранее приспособляли бы своих воспитанников к той или другой полезной специальности. Не всем быть учеными, не всем быть двигателями идей или государственными деятелями, не все профессии требуют высшего научного образования; есть профессии средние, разных степеней и свойств, которых число умножается с развитием цивилизации. Не все могут употребить на воспитание сверх начальной школы одиннадцать или двенадцать лет; не все имеют к тому призвание, средства и охоту. Напротив, людей, которые могут идти далеко, бывает всегда и везде немного в сравнении с массами людей, остающимися на местах. Но во всякое дело должен быть внесен свет науки, и все слои общественного быта должны иметь соответственное себе образование. Поддерживая гимназии и высшие учебные заведения, правительство не может не озаботиться и о тех потребностях образования, которые, возвышаясь над элементарною школой, не могут посвятить на дело учения более пяти или шести лет. Дойдя до 4-го или 5-го класса гимназии и не имея призвания идти далее, молодой человек выходит из школы недоделанным, без практического приспособления. Надобно открыть этим людям способ воспользоваться результатами науки для практических применений в различных сферах полезной деятельности. Вот назначение реальных школ, которые, не претендуя на высший научный характер и довольствуясь относительно небольшим сроком учебного времени, давали бы, однако, своим воспитанникам законченное образование, которого все достоинство заключалось бы в практическом приспособлении. Люди, которые добросовестно присоединяли свой голос к требованиям реального образования, не могли иметь ничего иного в виду, как удовлетворение этой потребности. Теперь правительство обращает свои заботы на эту сторону образования; оно намерено уделить значительную сумму на устройство учебных заведений, которые имели бы своим назначением реальное образование применительно к разного рода техническим производствам, к промышленным и торговым занятиям. Кроме высших специальных училищ, требуются еще средние специальные училища для практического образования людей, которые предназначают себя ко второстепенным профессиям.



Что же оказывается? Прежде хотели эскамотировать у нас общеобразовательную систему, теперь точно так же хотят эскамотировать реальное образование. Вместо средних реальных школ с курсом учения, приспособленным к полезным специальностям, добрые люди предлагают нам устроить общеобразовательные учебные заведения. Когда речь шла об общеобразовательных заведениях, те же господа возбуждали вопрос о полезных специальностях, которые должны входить в сферу средних учебных заведений, и скорбели об участи молодых людей, которые, не предназначая себя к высшим научным занятиям, переполняют гимназии за неимением других учебных заведений и выходят из четвертого или пятого класса без всякого приспособления к чему-либо в жизни, причем указывали на скудость и застой нашей промышленности, на недостаток второстепенных деятелей, в известной мере образованных и хорошо приспособленных к делу. Теперь, когда наступает очередь удовлетворить этой потребности, эти господа домогаются подменить вопрос и вместо приспособленных к разным специальностям реальных школ требуют школ общеобразовательных.

Но мы уже имеем такие заведения: это гимназии. Движущая сила науки есть ум человеческий, и цель гимназии состоит в том, чтобы воспитать вверенные ей умственные начатки, укрепить и возвысить их параллельно с физическим возрастанием. Умственная сторона человека нуждается в воспитании, для того чтобы достигнуть должной силы. Высшие специальности знания не могут быть предметом серьезных научных занятий для детей от десятилетнего до семнадцатилетнего возраста, а потому гимназия не должна иметь специального характера; она готовит своих воспитанников равно ко всем специальностям, почему она и называется общеобразовательным учебным заведением. Ее воспитанники не разделяются на факультеты. Спецификация строго научных занятий начинается для них уже по достижении зрелости и не прежде как в высших учебных заведениях. Цель гимназии - развить и поставить ум своих воспитанников на историческую почву, ввести его в жизнь человечества, цивилизовать его, очеловечить его и развить все его способности в гармоническом соответствии, дабы молодые люди по достижении зрелости могли самостоятельно и успешно избрать специальность для своих дальнейших занятий. Потому-то образование, к которому ведет гимназия, и называется общечеловеческим, предметы, на которых сосредоточен курс ее учения, называются humaniora, les humanites [гуманитарные науки (лат.; фр.)], а система учения - гуманизмом.

Быть может, гимназий у нас мало, быть может, они плохи и слабы? Что ж! Увеличьте их число, усильте их учебные средства, исправьте их учебный план. Не находите ли вы, что в их учебном плане недостаточно представлен математический элемент, необходимый в системе общего научного образования? Постарайтесь дать этому элементу большее развитие. Точно так же, если оказывается, что в сравнении с гимназиями других стран, где дело науки стоит высоко, в наших гимназиях слаб элемент исторический, гуманизирующий, представляемый древними языками, - усильте и возвысьте этот элемент. Все это можно сделать, однако, не отвлекая средств от специальных школ, назначаемых для средних профессий, в которых мы также имеем надобность.

Но что за смысл требовать сверх существующих общеобразовательных заведений еще каких-то других, тоже общеобразовательных?

Коль скоро допускаются два рода общеобразовательных заведений, то этим уничтожается их общеобразовательный характер; являются две специальности, два факультета для детей от десятилетнего до восемнадцатилетнего возраста. Поставить дела таким образом значит лишить страну общеобразовательной школы, значит разорвать связь между науками в самом их корне, значит лишить их той общей почвы, из которой они равно черпают свою силу, значит пренебречь воспитанием и развитием ума, который есть движущая сила всех отраслей знания.

Но, говорят, есть высшие специальные училища, которые имеют дело с людьми зрелых возрастов, так же как и университеты, и состоят в одном с университетами ранге: эти высшие училища нуждаются в подготовке, и отсюда является-де необходимость в общеобразовательных учебных заведениях, которые приготовляли бы воспитанников для высших специальных училищ. Но такие заведения уже существуют: это университетские гимназии. Во всех цивилизованных странах, где процветают и наука, и техника, для воспитанников гимназий настежь открыты двери всех высших учебных заведений. Гимназии дают для них главный и самый лучший контингент. Молодые люди, признанные зрелыми для занятия специальными науками в университетах, не могут не считаться наилучшим приобретением и для всяких других высших училищ, которые примыкают к университетским факультетам и суть их разветвления. Молодой человек, поступающий в физико-математический или медицинский факультет университета, способен поступить и в технологический институт, и в земледельческую академию, и в инженерное училище. И наоборот, коль скоро вы полагаете, что гимназия недостаточна для приготовления молодых людей к этим заведениям, то этим самым вы утверждаете, что она недостаточна и для университетских факультетов. Если для того, чтобы сделать ученым инженером или ученым агрономом, необходимо начать с 10-летнего возраста быть ученым инженером или ученым агрономом, то надобно, чтобы у нас были и маленькие медики, и маленькие ученые химики. Вы должны будете решиться разделить гимназии по факультетам и в конце концов убить общеобразовательную школу, ничего не сделав для осуществления полезных реальных школ, о которых речь была выше.

Указывают на прусские реальные школы. Но реальные школы в Пруссии значат совсем не то, что у нас разумеется под этим названием. Прусские перворазрядные реальные школы - это то, что у нас слывет классическими гимназиями с одним древним языком. Они принадлежат к одному типу с гимназиями и только представляют его в слабейшем и недостаточном виде. Оне возникли как педагогический эксперимент, который не оказался удачным. Число их сравнительно ограниченное, и оне остаются в системе учебных заведений такими же межеумками, как наши полуклассические гимназии. При богатом развитии учебного дела в Германии можно было допускать и эксперименты, особенно если они ничего не стоят казне и ничему не вредят. В научном отношении эти учебные заведения не имеют той полноты прав, какая предоставлена гимназиям, и воспитанники их не считаются достаточно зрелыми для того, чтобы поступать в университеты с правом на государственный экзамен. На практике они служат главным образом для приспособления молодых людей к средним профессиям, и воспитанники их обыкновенно не идут далее 5 или 6 годов учения. С этою целью учебные классы их разнообразятся по местностям, смотря по преобладающему в той или другой промыслу. Что же касается до некоторого числа молодых людей, которые успевают пройти полный курс подобного училища, то им предоставляется продолжать учение в некоторых высших технических училищах, для того чтобы дать исход наиболее даровитым из молодых людей, а вовсе не в интересе той или другой научной специальности.

Никакая научная специальность не требует, чтоб ей постригали людей с детского возраста и заводили для нее особые приготовительные школы.

Возьмем, например, медицинскую специальность. Требуются ли для ней особого рода приготовительные школы? Не было ли бы полезно допустить в медицинские факультеты воспитанников реальных школ, хотя бы таких, как прусские перворазрядные реальные училища? Послушаем:

В интересе медицинской науки в немецких университетах требуется удерживать во всей силе закон, чтоб условием поступления в медицинский факультет было свидетельство зрелости (testimonium maturitatis) от гимназий. Вследствие приема воспитанников реальных школ медицинские факультеты упадут на степень медико-хирургических училищ, которые в Германии принадлежат уже к области прошедшего. Опираясь на опытах, представляющихся ежедневно, и в том числе на опытах, сделанных над теми научными учреждениями, куда получают доступ абитуриенты реальных училищ, мы заявляем следующее: кончившие курс в реальных училищах и все учащиеся, которые не прошли курса гимназии, остаются относительно умственного развития позади воспитанников гимназий и не могут равняться с ними в способности к медицинским наукам. Что касается до познаний в естественной истории, физике и химии, которые воспитанниками реальных училищ могут быть принесены к занятию медицинскою наукой, то познания эти имеют мало значения и по своей поверхностности не могут быть принимаемы медицинскими факультетами ни в какой расчет. Мы удостоверились опытом, что учащиеся, которые с такими предварительно приобретенными сведениями, но без полного гимназического образования, слушают лекции медицины, оказываются притупленными (abgestumpuft), менее способными для глубокого занятия естественными науками, чем абитуриенты гимназий. Значение новейших языков полезно для врачей, но несомненно, что эта выгода, поскольку она может быть приобретена в реальных училищах, приобретается ценою умственного образования учеников. Цена, которою была бы куплена эта выгода, равнялась бы невознаградимой потере на всю жизнь. Учащемуся медицине, как и врачу, может представиться случай усвоить себе тот или другой из новейших языков; но что потеряет он вследствие недостатка гимназического образования, то потеряно для него навсегда.

Кто так свидетельствует?

Медицинский факультет Берлинского университета. Это говорят специалисты медицинской науки, которые не могут не принимать к сердцу ее интересы. И какие специалисты? Люди, стоящие во главе медицинских наук и вообще естествознания не только в Германии, но и в целом мipe. Вот имена, которыми подписан вышеприведенный отзыв: Рейхерт, Шульц-Шульценштейн, Юнгкен, Эренберг, Лангенбек, Митшерлих, Ромберг, Мартин, Барделебен, Вирхов, Фрерикс, Дю Буа Реймон, Гирш, Грефе.

Неужели это свидетельство ничего не значит? Неужели оно недостаточно для удостоверения, что классическая гимназия как заведение общеобразовательное может давать наилучший контингент учащихся для всех специальностей наук и что коль скоро гимназии соответствуют своему назначению, то нет надобности заводить еще другие школы с целию подготовлять молодых людей к высшим специальным училищам, имеющим научный характер?

Послушаем еще:

Гимназический курс имеет свой центр в классических языках, методическое изучение коих невозможно без логической разработки ума и исторического обогащения всякого рода. Это самый трудный, но потому и самый образовательный ученый предмет; интерес государства требует, чтобы все, кому оно доверяет свои должности, были люди, прошедшие эту школу умственного труда, который в математическом преподавании находит свое существенное дополнение. Свобода и многосторонность образования, приобретаемая этим путем, не может быть достигнута никакими иными средствами. Знаменитейшие из наших химиков и физиков, равно как представители других специальностей, согласны в том, что воспитанники гимназий оказываются в общей сложности способнейшими в них. Было замечено, что предвкушение этих наук, даваемое в реальной школе, часто более притупляет, нежели оживляет ум, стремящийся к знанию. Директоры реальных училищ, имеющие особенно высокое понятие о своих заведениях, настоятельнейшим образом требуют, чтобы преподаватели в реальных школах были из числа воспитанников классических гимназий. Из этого следует, что сами представители реальной школы отказывают ей в способности служить рассадником своих будущих учителей.

Это отзыв берлинского философского факультета, в состав которого входят науки математические и естественные. Оставляем в стороне философов, филологов и историков и приведем только имена людей, известных и знаменитых в области математики, физики, химии и других естественных наук, каковы: Дове, Ом, Розе, Вейерштрас, Магнус, Куммер, Гармс, Бейрих, Петере, Браун.

Вспомним при этом, что в вышеприведенных словах под именем реальных училищ речь идет не о тех заведениях, которые у нас известны под этим именем. Повторим, что заведения, именуемые в Пруссии реальными школами (первого разряда), гораздо сильнее наших гимназий в общеобразовательном отношении, что курс их продолжается 9 лет и что латинский язык, который служит в них некоторою концентрацией учебных занятий, сильнее представлен в их учебном плане, нежели в наших так называемых полных классических гимназиях.

Итак, если для специальностей физико-математической, естественноисторической и медицинской воспитанники классических гимназий считаются не только достаточно годными, но предпочитаются абитуриентам всякой другой школы, то нет никакого основания заводить особые общеобразовательные школы для подготовления к высшим училищам какой бы то ни было специальности, существующим отдельно от университета. Нет надобности тратить на это деньги, отвлекая их от заведений действительно полезных, в которых мы нуждаемся; нет надобности портить наше народное образование внесением в него противоречия, шаткости и смуты.

Общеобразовательная школа научного свойства может быть одна, и наши высшие технические училища ничего не потеряют, а напротив, много выиграют, если будут иметь дело с молодыми людьми, прошедшими ту самую школу, на которой основано все здание наук в их современном развитии.

С другой стороны, отворяя широко дверь высших технических училищ для воспитанников гимназий, нет причины совершенно затворять ее для даровитейших из воспитанников тех средних специальных школ, о которых речь была выше.

Сколько нам известно, в высших правительственных сферах, где уже обсуждался этот вопрос, предположено установить образцы средних реальных заведений применительно к разным специальностям. Мысль как нельзя более верная. Требуется установить несколько образцов специальных училищ, так чтобы разные местности могли выбирать ту или другую специальность соответственно своим особенным условиям и потребностям. Зачем давать одну неподвижную норму училищам, которых вся польза может состоять только в их приспособительности? Одни местности могут нуждаться в училищах с преобладающим коммерческим характером, другие - с преобладанием химической лаборатории, или практической механики и начертательной геометрии, или естественных наук в сельскохозяйственном применении. Курс этих училищ может быть легко устроен так, что даровитейшим из воспитанников, которые пожелали бы идти далее, был открыт, где окажется надобность, путь и в высшие технические училища, в коих интерес технический преобладает над научным.

Москва, 24 декабря 1870


Впервые опубликовано: Московские ведомости. 1870. 25 декабря. № 279.

Михаил Никифорович Катков (1818-1887) - русский публицист, философ, литературный критик, издатель журнала "Русский вестник", редактор-издатель газеты "Московские ведомости", основоположник русской политической журналистики.


На главную

Произведения М.Н. Каткова

Храмы Северо-запада России