М.Н. Катков
Потребность в твердой и энергической власти для борьбы с крамолой

На главную

Произведения М.Н. Каткова


Salus reipublicae - suprema lex [Благо государства - высший закон (лат.)]. Все законы подчиняются требованиям безопасности государства, когда оно в опасности. Последовательные, растущие в дерзости попытки тайной крамолы против Царя и Царствующего Дома не вопиют ли о решительных мерах для спасения государства? Когда государство в опасности, прежде всего требуется, чтобы власть была совершенно свободна в своих действиях. Все стесняющие ее формальности отменяются, все учреждения, замедляющие ее действие, приостанавливаются в своих отправлениях. В Англии при подобных обстоятельствах давно был бы приостановлен акт "Habeas corpus". А нам ввиду опасности, грозящей государству, добрые люди советуют еще более связать себя по рукам и ногам - и предлагают конституцию как панацею от всех зол!

Нет, не только очевидная в эту минуту опасность, угрожающая государству, но и хроническое состояние России требуют нестесненного действия власти, уважающей себя, проникнутой святостью своего призвания, разумной и зоркой. Вот реформа, какой всего более ожидает Россия! Все в ней оживится, все ободрится, все успокоится, когда повсюду обнаружится действие власти здоровой и не мнительной, сознающей свою силу и проникнутой чувством своих обязанностей. Только такого действия ожидает Россия, чтобы стряхнуть с себя кошмар и поправиться во всех делах своих. Чары, под которыми мы томимся, которые парализуют нашу жизнь, роняют наш дух, ослабляют наше положение как великой державы, делают нас позорищем для целого мipa, - исчезнут, как только захотим мы встать на наши здоровые ноги, убедившись, что они не стеклянные.

Государство в опасности, потому что у нас завелась шайка злодеев и убийц, направляемых тайною крамолой и поощряемых слабостью отпора. Шайка эта ничтожна по своей численности. Она и не пытается поднять народные массы, которые мгновенно истребили бы ее, если б она осмелилась выказаться пред ними. Она сосредоточила свои адские усилия против особы Монарха, чтоб одним ударом поколебать Россию в ее основаниях и повергнуть ее в бездну анархии.



Кто же эти наши враги? Недостаточно ловить одичалых и развращенных исполнителей зла. Надо поразить их в том, что порождает и вызывает их, что поддерживает их уверенность, что придает их организации действительную силу. Прежде всего требуется, чтобы действующие власти проверили свои действия и досмотрели персонал своих советников и исполнителей. Кто поручится, что между агентами законного правительства не находятся агенты тайной крамолы, какое бы ни было ее происхождение? Опыт очень недавнего прошлого должен бросить нам свет и на настоящее положение. Сила польской революционной организации 1863 года заключалась не в тех жалких членах жонда и начельниках мястпа, которые точь-в-точь походят на нынешних нигилистов, фигурирующих в политических процессах. Сила заключалась в тех связях, которые революционная организация имела в администрации и полиции законного правительства. В Царстве Польском почти вся местная администрация и полиция были в заговоре. В западных губерниях администрация и полиция были полны сознательных или бессознательных его пособников. Наконец, Сераковские, Огрызки и столько других служат доказательством, что заговор имел своих руководителей даже в самой центральной администрации Империи.

Как во время польского мятежа, так и теперь злонамеренная крамола опасна тем, что ее агенты, страшась ее, более повинуются ей, чем слуги законного правительства повинуются ему в исполнении своих обязанностей. Кроме своих прямых агентов, крамола теперь, как и во время польского мятежа, имеет немало повсюду попустителей благодаря политической деморализации, распространившейся в интеллигентных сферах нашего общества, и хаосу незрелых понятий, которые в нем тогда бродили, а теперь еще более. После польского мятежа дела наши осложнились: появились разные новые учреждения, благодетельные в своей основе, но еще не установившиеся и недостаточно соглашенные между собою и с целым и потому производящие нездоровое брожение в умах. Вожаки крамолы после долгих колебаний и споров между собою предпочли воспользоваться моментом и действовать решительно, оставив прежний план постепенного отравления народа. Поощряемые переходным положением, они употребляют теперь отчаянные усилия, чтоб одним ударом потрясти государство...

Пора нам проснуться, пора развязать себе руки и перестать стыдиться и чего-то конфузиться в пользовании властью, когда дело идет о спасении и пользе государства. Как только главные ее органы дадут всем почувствовать, что они понимают свои обязанности, и начнут с неуклонною энергией и разумною последовательностью действовать, полагая в основу всему безопасность и пользу государства, здравый смысл поднимает голову, и повсюду заговорит чувство чести и патриотизма. Все для всех связано с безопасностью государства. Все колеблется, когда оно колеблется. Все человеческое, всякое общежитие, всякая цивилизация, всякая свобода возможны лишь в ограде твердого государства. Только уверенное в себе и совершенно безопасное государство может являться с достоинством среди других держав и отстаивать с честью свои национальные интересы. Только спокойное за себя и незыблемое государство может служить верным обеспечением всех законных прав и всякого доброго дела внутри...


Впервые опубликовано: Московские Ведомости. 1880. 14 февраля. № 44.

Михаил Никифорович Катков (1818-1887) - русский публицист, философ, литературный критик, издатель журнала "Русский вестник", редактор-издатель газеты "Московские ведомости".


На главную

Произведения М.Н. Каткова

Храмы Северо-запада России