Антоний Погорельский
Иван Выжигин. Нравственно-сатирический роман, в 4-х частях, соч. Фадея Булгарина

На главную

Произведения А. Погорельского


Критику вообще так часто достается говорить о недостатках сочинений и так редко о добрых их качествах, что мы, приступая к разбору "Выжигина", прежде всего спешим отдать справедливость хорошему.

Нам приятно сказать, что в книге сей читатели найдут все постыдные и порочные качества людей в их настоящем свете; некоторые образцы добродетели, трогающей и восхищающей душу, и следствия тех и другой. Слог, коим написано сие сочинение, везде гладок и правилен и часто блестит выражениями весьма удачными. Некоторые описания верны и занимательны: они списаны с натуры. Вот, однако ж, всё, что можно сказать в пользу сего романа, без сомнения заслуживающего снисхождение, как первое в сем роде оригинальное сочинение русское, - и недостатки его далеко превышают достоинства.

Автор "Выжигина" предстает пред суд публики как литератор и как россиянин. Итак, будем рассматривать сие сочинение как роман просто и как роман русский, в коем описываются отечественные нравы, обычаи и злоупотребления.

Цель романов вообще есть двоякая: нравиться и научать. Г-н Булгарин очень ошибается, если полагает, что для первого достаточна шутливость рассказа, а для второго потребны только одни наставления, почерпнутые из общих топических мест. Верность изображений физической и нравственной природы, точность описания, соединяемая с приятною формою рассказа, занимая ум, знакомит нас со светом и сильно действует на нашу волю. Сих условий мы не находим в "Выжигине". Вместо того чтоб видеть в нем (как было обещано в "Сев. пч<еле>") панораму обществ московских, петербургских, венецианских, константинопольских и проч. и проч., мы находим карикатурно первые и ничего о последних. Разве рассказ Выжигина о Венеции дает нам какое-нибудь новое понятие о сем городе? О том, что в Венеции ездят в гондолах; что в Константинополе есть часть города, населенная христианами и называемая Перою, - знали мы давно, и даже из кратких географий; итак, не стоило труда сообщать нам подобные новости. Описания Москвы и ее обыкновений подробнее; но вообще неверны. Г-н сочинитель ошибается, если полагает, что, придав своим действующим лицам титулы графов и князей, он знакомит читателей с лучшим московским обществом, несмотря, что сии лица действуют, как мещане уездного города. И что значит лучшее московское общество? Образ жизни и обращение у людей лучшего тона одинаковы во всей Европе: оттенки оного весьма слабы и совсем не заметны между обществами двух городов одного и того же государства, почти из одних и тех же лиц составленными. Если же сочинитель, паче чаяния, хотел представить нам средний круг московских обществ, то не воспользовался многими чертами, собственно характеру оного принадлежащими. Всякой, кто бывал в Москве, согласится с нами.



"Ив(ан) Выжигин" не менее изобилует противоречиями и несообразностями; в доказательство приведем следующий пример:

Выжигин воспитывается в пенсионе N.N. Учители в оном никуда не годятся: они набраны, по пословице, кто с бору, кто с сосенки, и несмотря на то, он делает быстрые успехи во франц. языке, музыке и проч. Если бы г-н Булгарин менее любил преувеличивать (outrer) в своих сочинениях, то не сделал бы подобной неосмотрительности; он удовольствовался бы показанием, что в частных пенсионах наших нет недостатка в преподавателях; но существует таковый в надзоре за учением и нравственностию воспитанников. Та же охота преувеличивать заставила его из прекрасного урока псовым охотникам сделать уродливую бесполезную карикатуру. Благодаря просвещению У нас мало уже осталось Глаздуриных, а псовые охотники, забывающие гражданские обязанности свои и безусловно предающиеся сей страсти, еще существуют в России. Но они не такие невежды, какими угодно было г-ну Булгарину представить В(ыжигин)а, и потому не примут сего урока на свой счет: они будут смеяться ему вместе с другими, зная, что неспособны сами быть такими неучами. Итак, спрашивается: достигнута ли в сем случае благородная цель г-на сочинителя?

Форма сего романа есть историческая, или повествовательная: г-н Булгарин забыл, кажется, что таковый образ изложения весьма приятно может быть соединяем с формою драматическою; в противном случае чтение "Выжигина" не было бы так утомительно.

Вышепоказанные противоречия и несообразности кажутся нам достаточными, чтобы определить достоинство сей книги в гумористическом ее отношении...


Впервые опубликовано: Бабочка. 1829. № 38. 11 мая. С. 151-152.

Антоний Погорельский, настоящее имя Алексей Алексеевич Перовский (1787-1836) - русский писатель, один из русских гофманистов, член Российской академии (1829).


На главную

Произведения А. Погорельского

Храмы Северо-запада России