В.В. Розанов
Женский университет в Москве

На главную

Произведения В.В. Розанова


"Проект женского университета в Москве утвержден министерством. Для университета будет построено здание на Миусской площади", - это краткое телефонное уведомление, переданное из Москвы в Петербург 14 апреля, вызовет большую радость в обширном круге лиц, десятки лет кропотливо работавших на пользу женского высшего образования и стойко защищавших его идею. "Вода точит камень": и усилия этих людей, тянувшиеся сорок лет, сыграли роль такой воды, падающей капля за каплею в одну точку. В противоположность мужскому университетскому образованию, имевшему за собою такие авторитеты и влияния, как Ломоносов и Ив. Ив. Шувалов, женское высшее образование продвигалось вперед крошечными шагами, через людей не очень видных, медленно напирая плечом на сопротивление: и сопротивление пало. Его двигателем был не гений, а трудолюбие, - может быть, в соответствии вообще женской природе, менее яркой и более тягучей, цепкой, устойчивой. К женскому движению и примкнули люди также этих качеств души - множество незаметных трудолюбцев, людей прекрасного сердца, утонченной деликатности, которых оскорбляло самое положение дела в стране, по которому "девушке и женщине закрыт доступ к школе", "захлопнута перед нею книга", хотя бы это и были школа и книга высокого ранга: тем это казалось оскорбительнее!

Стране нужны не одни Ломоносовы: стране более, чем Ломоносов, нужно просто образованное общество, читающая и размышляющая масса, деятельные и знающие члены; наконец, стране в высшей степени нужны мягкие нравы, деликатные привычки, человечные взгляды по всем направлениям и во всех областях. Всего этого решительно нельзя достигнуть, пока женская половина общества будет признана каким-то ублюдком по самой организации своей (какая тут связь?!) неспособным к усвоению высших идей и знаний. Нет более надежного и более ревностного распространителя вообще всякого рода нововведений, чем женщины, - чего бы дело ни коснулось, от покроя платья до философии, от удовольствий до религии! У нас Екатерина II распространяла идею Дидеро, в Швеции королева Христина пропагандировала философию Декарта; Элоиза шла за Абелляром, как св. Клотильда и Берта шли за христианскими учителями. Так было, и, можно думать, так навсегда останется. Поэтому образование вообще в стране так же нуждается в помощи специально женского образования, как наука в учебнике, как новая истина в популяризации. Женщины - вечные популяризаторы, талантливейшие. Без помощи их специально мужское образование останется каким-то неходким, бескрылым, тяжеловесным, косным. Поэтому если новый женский университет и не даст нам Ломоносовых или Менделеевых, которых совершенно и не нужно ждать, то он даст нечто большее: такое же подвижное, живое, благородно-веселое общество, каковое было в Греции перед зарею христианства и было во Франции, Италии, Германии и всюду в Европе в пору Возрождения.

Прочитайте два тома интереснейшего "Дневника" г-жи Дьяконовой, бывшей слушательницы Высших женских курсов (Бестужевских) в Петербурге. Во-первых, до чего все это русское, "Русью пахнет", если сравнить этот непритязательный "Дневник" с гениально-порочным "Дневником" полуфранцуженки Башкирцевой. Сколько здесь разлито души, дела, задумчивости; какие прекрасные страницы посвящены религии, размышлениям о смерти. Сколько заботы о народе, о детях, о семье, - заботы не фактической (по бессилию), но по крайней мере в душе. Все это ей дали или, точнее, в ней пробудили "курсы", куда ее не хотели пустить из такого "медвежьего угла", как Нерехта (Костромской губернии), где эти "курсы" по всеобщему говору тех лет представлялись "все равно что домом терпимости". Через ряд хитростей и благодаря покровительству, найденному у доброго попечителя петербургского учебного округа, покойного Капустина, девушка вырвалась на волю и, занявшись высшим образованием, превратилась из наивного ребенка в ту задумчивую, размышляющую и серьезную душу, которая отражается в "Дневнике" ее. Десятки и, наконец, сотни и, наконец, тысячи таких блуждающих по России, по ее уездам и губерниям и, наконец, по загранице душ засветят всюду тот фосфористый и мягкий свет, какой бросают от себя кометы, эти тусклые и длинные тела с загадочным ходом и загадочной природой. Зачем только солнца, непременно и все солнца? Я вспоминаю о Ломоносове. Иной незаметный образованный человек, без печатных трудов и ученых заслуг, распространяет такой образовательный свет вокруг себя, какому хоть позавидовать и Ломоносову. Вспомним Станкевича... Вот пример в мужчине чисто "женственного" влияния: но, конечно, к такому и подобному влиянию еще гораздо более способны женщины, которым сама природа определила эту область действия, этот характер действия. Не столько "образование несвойственно женщине", сколько женщина самое образование, которое ведь может быть и грубым и жестким, перерабатывает в высший, изящнейший и вместе могущественнейший образовательный свет... У мужчины - это стакан воды, определенный, веский, небольшой; женщина этот самый объем преображает в пар, в туман, неуловимый, невесомый, но наполняющий целый дом и проникающий во все его скважины. Задача великая, необходимая.

Будем ждать этих не столько великих, сколько распространительных последствий от первого женского университета в Москве. Вспомним, кстати, "лигу сторонников академизма" в университете, ярко поддержанную и на Высших женских курсах. Этому "академизму", т.е. лозунгу: "университет для науки", посвящена целая отдельная прекрасная книжка, которую рекомендуем прочесть каждому. Теперь, когда дебаты политические перейдут в Государственную Думу, несомненно, университеты освободятся или по крайней мере очень облегчатся от них. И во всяком случае университет, и в том числе женский, останется в конце концов в обладании тех, кто сам остался верен университету, т.е. науке. Еще один-два смутные года, и университетское образование у нас зацветет как никогда. Кстати, нельзя не помянуть добром Москву: в ней раньше всего возобновились в текущую весну правильные университетские занятия. Она же энергичнее других городов выступила и добилась удовлетворения с идеею женского университета. Пусть Москва учится: это залог успеха и во всех других областях, а наконец, и в области даже государственного прогресса, политики.


Впервые опубликовано: Новое Время. 1906. 16 апр. № 10807.

Василий Васильевич Розанов (1856-1919) - русский религиозный философ, литературный критик и публицист, один из самых противоречивых русских философов XX века.



На главную

Произведения В.В. Розанова

Храмы Северо-запада России