В.В. Розанов
Поздние слезы

На главную

Произведения В.В. Розанова


По поводу печального забаллотирования на волоколамских земских выборах Д.Н. Шипова "Речь" проливает крокодиловы слезы. "Всякое культурное общество, - пишет газета, - ценило бы и берегло такого человека, который во времена всевластия чиновнического пронес бережно земскую, общественную идею, из которой родилась русская конституция. И если долгое время сам Д.Н. Шипов не мог сделать всех выводов из своих действий и не предвидел их неизбежных последствий, если он, идя верным шагом к конституции, не мог долгое время освободиться от славянофильских утопий, то это, быть может, только усиливает значение его дела. Д.Н. Шипова влекла стихийная национальная сила, его устами подлинно говорила страна, постепенно дозревавшая до конституционной формы правления".

Несколько выше Шипов причисляется к необширному у нас числу людей, "которых само общество выдвинуло как своих представителей, которые годами честной и упорной работы приобрели почетное, но ответственное право выражать мысли народа, служить голосом страны; которые уже выдвинуты, и их уже знает Россия, на них в минуты опасности или затруднения укажет народ: "Вот кому я верю, вот кто найдет форму для воплощения в жизнь моих желаний и моих чувств".

Так поет газета свою песню в 1909 году, и в этом году сохраняет еще все приемы наставительницы, предсказательницы и решительницы, как будто ничего особенного не случилось и сама она не пережила никаких превратностей судьбы за последние три-четыре года. Теперь Шипов - желанный из желанных. Имя его действительно ярко выделялось на горизонте русской общественности, еще когда только занималась заря новой жизни. Кому бы, казалось, и войти в первую Думу, как не ему? Пусть повторит "Речь" все определения, какие высказала в отношении его лица. Истый "народный представитель". Но истым народным представителем называет его кадетский орган печати только теперь, в 1909 году, когда вообще всякие похвалы и порицания в его устах потускнели и, так сказать, сделались "безответственны". Что за особенная польза, если вас поддерживает кредитом проигравшийся в пух игрок или квалифицирует мудрецом человек, которого вся страна называет самого "колпаком"? В таком положении и "Речь", и кадеты. Но было время других возможностей, когда в первый раз Россия пошла к избирательным урнам. Вот бы когда - не говорим "выдвинуть" имя Шипова, потому что оно и без того было видно, - а только не делать искусственных манипуляций и чрезмерных усилий, чтобы правдой и неправдой закрыть его, затемнить его, загрязнить его и всячески отвлечь и отманить от него внимание общества. Шипов был действительно и авторитет и сила. Но ведь это такая благодетельная сила, - сознается "Речь". Чему бы она помешала, кому доброму и разумному не помогла бы? Но в тот действительно "ответственный" момент определения и квалификации были совершенно иные: Шипов был опасен, Шипов был не нужен, Шипова не допустили пройти в Г. Думу ловко организовавшие предвыборную кампанию кадеты! Ну, что он им, один? Бессильное сопротивление, маленькая критика! Но он был умен и безупречен, он был славянофил, и притом практический славянофил, он был старый опытный земец: голос такого человека мог быть влиятелен, по крайней мере он мог выслушиваться с уважением страною, и помешать "красному звону" таких ораторов, как Винавер, Набоков и вообще вся кадетская клика. Чего доброго, здравым смыслом, тактом и системою он мог порвать или попортить и то хитросплетенное кружево, которое предвкушал плести сам "великий" Милюков. Можно ли же было пропустить его в Думу? Всякий безграмотный кавказец и каждый спятивший с ума сочинитель прокламаций и выкриков был в Думе допустимее и желательнее Шилова, старого земца и конституционалиста в стиле Аксаковых. О "голосе страны" тогда кадеты не вспомнили; им не нужны были те, "кто смог бы воплотить желания и воплотить чувства народные". Пуще огня боялись этого кадеты -именно этого! И кто же не помнит, как, распустив павлиний хвост, Милюков появился в Москве в пору выборов и потирал руки, подобно биржевому игроку в хорошей игре, сделав все усилия и не допустив до выбора ни одного из видных лиц не преданной ему партии, - ни Гучкова, ни Шилова, ни Хомякова, - указав господствующему сонму выборщиков своей партии голосовать уж лучше за социалиста, нежели за славянофила или государственника, нежели за просто серьезного политика и серьезного критика кадетской фальши и кадетских фраз. И Панургово стадо дало повести себя. Вот этапы в политической судьбе Д.Н. Шилова. Нужно же иметь медный лоб или прогорелую совесть игрока в рулетку, чтобы теперь, в 1909 году, подносить Шилову черный букет поздних аттестаций.


Впервые опубликовано: Новое Время. 1909. 24 июля. № 11984.

Василий Васильевич Розанов (1856-1919) - русский религиозный философ, литературный критик и публицист, один из самых противоречивых русских философов XX века.



На главную

Произведения В.В. Розанова

Храмы Северо-запада России