В.В. Розанов
Учебное харакири

На главную

Произведения В.В. Розанова


Российское юношество готовится положить себя жертвою на алтарь свободы. Известна мудрость Востока: японец, обиженный соседом, приходит перед окна его дома и на глазах злого и несправедливого человека распарывает себе живот ножом, что, по его мысли, должно потрясти душу злодея. Но и мы, русские, в значительной степени являемся людьми Востока, и в такой секте, как наши самосожигатели, поступаем не менее решительно и кроваво, чем японцы. Наша юность обоего пола недалеко ушла от этой мудрости Востока, решаясь в доказательство ревности своей о достигнутых привилегиях учебных заведений и учащихся в них - сойти на положение неучащихся, смешаться с веселящейся и ничего не делающей "золотою молодежью, и, словом, своим удалением из аудиторий и счастливым far niente [ничегонеделание (ит.)] с мрачным видом - закрыть университет. Это "харакири" называется учебною забастовкою. Несколько тысяч бородатых, здоровых господ, и несколько тысяч зрелых девиц улягутся на спины и плечи 50- и 60-летних стариков и старух, отцов и матерей своих, и скажут: "Везите, папаши и мамаши, сами идти не можем. Начальство нас обидело, и мы больше не учимся".

Вполне возмутительно! Возмутительно и по наивности своей, и по элементарной несложности, и по этой восточной дикости. "Чтобы досадить другому, не стану учиться". Так поступают самые крошечные дети, с азбучкой в руке, и удивительно, что с такою же психикою оказываются мужи и девицы, штудирующие высшую науку. Мы согласны с тем, что министерство народного просвещения допустило ряд нетактичностей, что в вопросах и о студенческих старостах и о вольнослушательницах, и в отношении профессоров либеральных партий оно поступало так торопливо и нервно, как этого вовсе не требовалось положением вещей. Словом, мы отнюдь не сливаемся с министерством просвещения ни в его программе, ни в его практике. Нам интересно не министерство, а ученье в России, и здесь против гг. учащихся, которые не хотят учиться, мы поднимаем столь же резкий голос, как подняли бы против учителей или профессоров, которые не захотели бы учить. Мы и не против того, чтобы студенчество имело свой представительный орган, старост. Старосты эти задолго до движения в 1905-1906 г. всегда существовали в Военно-Медицинской академии и всегда признавались там равно удобными для начальства и необходимыми для студенчества: но они исполняли там чисто академические функции, и едва ли министерство народного просвещения тронуло бы этот целесообразный институт, если бы он не перешагнул в область политики. И в допущении этого шага своим старостам виновно студенчество. Не министерство его вызвало на борьбу, но оно вызвало министерство на борьбу с собою, - и этого совершенно не нужно было. Сами же по себе старосты могли бы быть оставлены для студентов, с мерами, гарантирующими их лояльность. Но это - подробности, и не о них мы сейчас говорим.

Повторяем, мы не против достижения студентами разумных своих прав, мы единственно против выбора средств достижения, каковой выбор считаем пошлым, позорным и глупым. Своим неученьем - ничего не докажешь; ничего не заявишь. Все и всегда будут иметь повод сказать: "Это они от лени и от неспособности к ученью", - и трудно будет опровергнуть этот упрек. Трафарет забастовок есть просто уличное движение ничтожной показательной силы; это есть озорная борьба с начальством, к которой мы не чувствуем ничего кроме гадливого чувства, и то же самое должна почувствовать к ней вся Россия.


Впервые опубликовано: Новое время. 1908. 19 сент. № 11682.

Василий Васильевич Розанов (1856-1919) - русский религиозный философ, литературный критик и публицист, один из самых противоречивых русских философов XX века.



На главную

Произведения В.В. Розанова

Храмы Северо-запада России