В.В. Розанов
Возражение "России"

На главную

Произведения В.В. Розанова


На статью "Несправедливость", где я указывал, что в м-ве народного просвещения предположено считать небывшими или ничтожными все экзамены, выдержанные до сих пор слушательницами высших женских курсов в установленном порядке, и заставить их передержать те же экзамены снова в специальной министерской комиссии, последовало редакционное возражение в "России" (№ 1381 от 22 мая) - "Ответ г. Розанову". Против фактического моего изложения газета не возражает: действительно м-во составило эти новые правила о вторичном испытании слушательниц и внесло их как законопроект на обсуждение и утверждение Г. Думы.

Факт правилен, но неправильно, что я нападаю на него, - говорит газета официозным тоном.

В чем я не прав?

"Г. Розанов не замечает самого главного, что заключается в столь резко критикуемом им законопроекте, а именно: по проекту экзаменам в особых комиссиях будут подлежать не все женщины, кончившие и кончающие высшее образование, а только те, которые пожелают получить права, одинаковые с мужчинами (курсив "России"). Так как каждое женское высшее учебное заведение имеет свою особую историю, организовано на свой лад, вообще представляет учреждение sui generic [в своем роде (лат.)], то очевидно, что государство, раз оно дает известные права, не только вправе, но и обязано требовать, чтобы условия получения даруемых прав были одинаковы для всех, кто к этим правам стремится".

Это - центральное и, в сущности, все возражение, какое делает "Россия". Оно схематично и представляет общее рассуждение на не оспариваемую никем тему: "одинаковые права - одинаковые требования для получения их". Но возражающий не вникает в ту конкретность, о которой идет речь, и "общим рассуждением" запутывает ту кровную и слезную несправедливость, какая содержится в проектированных правилах, так же схематично, отвлеченно, по-видимому канцелярски, построенных. Разберемся.

Да ведь слушательницы (об этом у меня упомянуто) ничего другого и не желают, ни на что другое и не надеются, ничего другого и не просят у министерства, как чтобы они подвергнуты были для получения служебных прав тому самому испытанию, какому подвергаются слушатели университетов. Какое же испытание? - Государственный экзамен перед правительственною комиссиею, вместе со студентами мужских университетов или отдельно от них, но в том же самом объеме и точь-в-точь по той же программе, уже давно выработанной министерством и получившей силу закона в уставе 1884 года.

Слушательницы этого требуют, а "Россия" говорит, что они от этого уклоняются.

Перед читателями "Россия" затушевывает разницу между государственным экзаменом, который производится вовсе не по всем предметам, читанным на факультете, а по некоторым основным в факультете наукам, по очень обширной и фундаментальной программе, что вполне разумно и естественно требовать от будущего судьи, от будущего учителя и проч. Этот разумный и натуральный экзамен газета спутывает и сливает в одно или сливает в подобное с совершенно бессмысленным (мне кажется) требованием передержать вторично уже выдержанные на семестрах экзамены и по главным, и по вспомогательным предметам, без средоточия в мысли, без главенства факультетской науки, как сплошной зубреж.

Если бы счастливые предположения или теории "России" были правы, зачем бы министерству не внести в Г. Думу вместо нового множества дробных правил, приведенных в моей статье, один простой законопроект:

"Слушательницы высших женских курсов, удовлетворительно их окончившие, буде пожелают получить служебные права, обязаны сдать государственный экзамен в правительственной комиссии в объеме и по программе, министерством утвержденной для университетов, и дополнительный - до программы мужских гимназий - экзамен по латинскому языку" или "по латинскому языку и математике".

Но если тон отвлеченного рассуждения "России" кажется чистосердечным и произнесенным "с верою", то нельзя того же сказать о ее взгляде на курсы: эти курсы "sui generis", в изложении газеты представляются так, как будто они заведены были какими-то папуасами на не посещаемом европейцами острове и теперь силятся ворваться в Российскую державу; или как будто их основали не В. И. Герье и проф. Бестужев-Рюмин, а тот страшный Махов, который в 1904—1905 годах хозяйничал в пермских лесах. Ведь это же иллюзия... М-во просвещения отлично знает, что такое курсы; ни один камень в их организации и программе не был положен без долговременных переговоров с министерством, переговоров подозрительных и недоверчивых со стороны м-ва, в высшей степени критических и осторожных. М-во только не хотело включать их в свой состав и отказывалось принять на свое иждивение, подчиняясь давлению мнений, враждебных вообще высшему женскому образованию. Теперь, слава Богу, м-во, по-видимому, готово сравнять вполне высшее женское образование с мужским. К этому клонятся и правила, нами обсуждаемые, правильные в конечной своей цели. Но оно как-то раздвоилось не то в мысли, не то в желании. Вместо того, чтобы просто выразить это в назначении государственного экзамена ищущим прав женщинам, и, главное, в спешном, безотлагательном уравнении программы мужских и женских средних учебных заведений, оно остановилось на мысли о каком-то втором передержании всех выдержанных экзаменов!!!

Главный вред здесь в схеме, отвлеченности, канцеляризме; м-ву лень было проработать одну маленькую работку:

1) Затребовать от всех высших женских курсов (их немного в России) программы как постоянно читаемого там (лекции), так и программы испытаний (экзаменационные), равно список читавших профессоров.

2) И потребовать дополнительно таких испытаний при министерской комиссии, какие являются недочетом в курсах сравнительно с нормальными семестровыми экзаменами в мужских университетах.

Это - разница, вычитание!

Зачем же м-во потребовало суммы, итога?!

Неужели оно право было, "справедливо" было, подумав: "Э, девушки выдержат все сплошь", "пусть не ленятся", "пусть стараются", - и все это во избежание и с ленью "произвести вычитание" у себя, в департаменте м-ва, в ученом комитете м-ва?

Господа: вам по 40, по 50 лет, и тяжело ввезти пустую тележку на пригорок. Как же вы говорите, что не будет тяжело ввести на гору целый обоз русским девушкам, в возрасте 24—26-28 лет?

Побойтесь Бога... Нравственные явления в обществе таковы, что все мы невольно и испуганно обертываемся на забытый завет: "Нужно бояться Бога".


Впервые опубликовано: Новое Время. 1910. 26 мая. № 12285.

Василий Васильевич Розанов (1856-1919) - русский религиозный философ, литературный критик и публицист, один из самых противоречивых русских философов XX века.



На главную

Произведения В.В. Розанова

Храмы Северо-запада России