С.Н. Шубинский
Кладбищенская литература

Вернуться в библиотеку

На главную


(Эпитафии XVIII века)

Эпитафии и другие надписи на могильных памятниках представляют своего рода литературу, которая может служить отчасти источником для характеристики современного ей общества. В XVIII веке преимущественно считалось как бы обязанностью украшать могильные памятники различными надписями в стихах и прозе, где или кратко рассказывалась жизнь покойника, или восхвалялись его заслуги и прекрасные качества, или высказывались горестные и неутешные чувства, возбужденные его кончиной в людях ему близких, или, наконец, выражались как бы в назидание живущим философские воззрения на загробный мир. В то время существовали даже особые писатели, занимавшиеся исключительно сочинением эпитафий, од и хвалебных гимнов в честь разного рода усопших великих мужей, богачей и благотворителей. Для образца приведем здесь несколько подобных надписей, еще сохранившихся на некоторых полуразрушенных памятниках Александро-Невского и Волковского кладбищ. Они особенно любопытны потому, что принадлежат большею частью к прошлому столетию и почти уже сглажены годами, так что их весьма трудно разобрать. Пройдет еще немного лет, и надписи эти, вероятно, совершенно исчезнут вместе с памятниками, на которых высечены.

1) "В гробе сем мужа положен прах знаменитого древностью и, преимуществом рода от царей Израильских Давида и Соломона, через Панкратия, и сперва воцарившегося в Грузии происходящего, кровным же родством с царем Карталинским соединенного, в 1683 г., февраля в 3 день, в мир сей рожденного, а в 1725 году, ради непоколебимого содержания веры во Христа. Царство Грузинское природное и всея чести, славы и сласти сего мира оставившего и с братом своим одноутробным царем, повелением благовернейшего и самодержавнейшего великого государя императора Петра Первого, при державе вечно-достойной памяти императрицы Ржатерины Алексеевны, в Россию пришедшего, в сем же 1740 году, генваря 26 дня, за благополучного владения всепресветлейшей императрицы Анны Иоанновны, в Бозе усопшего, всех лет жития своего 56, 11 месяцев, 17 дней, пожившего благочестием и Богу любовию и ближним и милостию рабом, и всеми христианами, добродетельми достохвальнейшего царевича Симеона Леоновича, тело почивает, душа же, вместо земного, на небесах царствия да будет сподоблена; всея сие чтя зде, предстоя к бессмертному всех царю, рцы слово в умилении сердца: Покой, Господи, душу усопшего раба твоего, о сем молят тебя светлейшая супруга, его чада и вся высокая фамилия".

Царевич Симеон Леонович был родным братом царя фузинского Вахтанга VI, который после несчастной для него войны с турками должен был бежать в 1724 году из Грузии со всем семейством и отдаться под покровительство русских государей.

2) "Здесь положены грузинские принцы: Стефан, родившийся 28-го ноября 1729 года, обучался министерским делам в Голландии при российском после и там скончавшийся 13-го июля 1744 года, и принц Димитрий, как сие из следующих стихов узнать можно:

Аз тысяча седмь сот двадцать девята лета
В 28-е ноября жителем стал света,
А год, месяца, седмь сот был сорок четвертый,
13-го июля, как вкусил я смерти,
В Голландии живота я тогда лишился,
Когда дел отечеству полезных учился,
При российском министре с братом, что в средине
Здесь же лежит потребен в день и час единый,
В том только разнство, что мя матерь несчастлива,
В Голландию приехав, не застала жива,
А брата хотя здрава привезла с собою.
Но умершего вскоре погребе со мною.
И тако с братом меньшим с малым тремя годы
Оба здесь положены; кие же мы породы,
На отеческом сие гробе ты узнаешь,
Когда полную тамо надпись прочитаешь".

3) "Здесь погребено тело, в Бозе усопшего, гос-подина генерал-аудитор-лейтенанта Петра Кирилловича Хлебникова, служившего в штате генерал-фельдмаршала графа Кирилла Григорьевича Разумовского с 1774 г., родившегося в 1734 г., декабря 16-го, в городе Коломне, скончавшегося 1777 г., декабря 17-го дня, жившего 43 лета и 1 день.

Здесь Хлебников лежит, достоинств редких муж,
Кой в жизни сей любимым от всех честных был душ;
Хотя был век его на свете скоротечен,
Но труд его всегда пребудет славой вечен.
И поздни времена тех не умалят хвал,
Чрез добродетели которы он стяжал.
Они во всех веках пребудут равно громки,
И память дел его прославят все потомки.
Здесь Хлебникова зря любезный музам прах,
Который весь свой век препроводил в трудах,
Не для себя живя, но пользу ближних строя,
Читатель, помолись, да вечного покоя
Сподобит дух его в селеньях райских Бог!
Сие творить нам всем предписан свыше долг".

Хлебников, человек богатый, покровительствовал многим из современных ему литераторов. Он имел превосходную библиотеку, в которой, между прочим, находились несколько сот древних рукописей. Из числа изданных на его счет книг нам известны следующие: а) "Древняя Степенная книга". 2 части. М. 1775. б) "Японская история" М. 1773. в) "Летопись Малыя России". Спб. 1777.

4) "Главного санктпетербургского градоначальства священно-иерей Андрей, муж отменного благонравия и примерного жития, родился 1719 г., месяца октября, преставился 1777 г., апреля 20 дня, священствовал 29 лет с особливою от всех сограждан похвалою; сведущие о жизни его начертали здесь следующую достопамятность:

Под камнем сим лежит тот пастырь и отец,
Кой двадцать девять лет словесных пас овец;
Пучину жития толь свято преплывал,
Что кормчим всяк его себе иметь желал".

5) "Здесь погребен почивший о Господе лейб-гвардии Измайловского полка иерей Алексей Михайлович, кой в 1 день 1776 года начал себе новый год в вечности, в чине священника служил 32 года, а умирая без мала 60 лет оставил память добродетелей своих бессмертну.

Прохожий! Я достиг к пристанищу надежну;
К нему имея все дорогу неизбежну,
Старайтесь свою жизнь тако препровождать,
Чтоб не страшилися в сем порте приставать".

6) "Здесь лежит, любезные мои дети, мать ваша, которая оставила вам на память последнее сие завещание: живите дружелюбно и имейте всегда между собою любовь; а если которая из вас запомнит сие приказание, то прийди и взгляни на скрижаль сию; при этом помните и то, что Ириной ее звали, в супружестве была за петербургским купцом Василием Крапивиным 19 лет и 44 дня, от роду имела 34 года, 11 месяцев и 16 дней, к несказанной же моей и вашей печали разлучилась с вами, оставя мир вам и благословение 1777 года, марта 30 дня, пополудни в 7 часов. Молите за меня Бога".

7) "На месте сем лежит поживший в свете век,
В священстве церкви был он честен человек:
Почерп живой воды, ученья благородна,
Той и других поил, душа богоугодна!
Жил в мире, но в нем мир жить места не имел,
Врученно стадо нас, как долг и Бог велел;
Постигла смерть, но дух его жив пребывает,
Пред судию в ответ и нас всех ожидает.
Кто имя хочет знать, Степан, он поп был здесь,
Всяк поминай, молись, чтоб Бог и тя в рай внес.

Преставился в 1768 году, мая 1 дня, от роду ему было 42 года; священником при церкви Благовещения Пресвятыя Богородицы, что при Невском монастыре, был 12 лет.

Бех - несмь.
Есте - не будете".

8) "На сем месте погребено тело рабы Божия Елисаветы Федоровой супруги главной дворцовой канцелярии секретаря Федора Григорьева сына Бахтина; сего 1773 г., июля 18 дня, а преставилась сего ж июля 13 дня; всего жития ей было 39 лет.

Посетитель мой любезный!
Прими от гроба моего глас слезный,
И моли за мя к милостиву Богу,
Да обрящу в день судный милость его многу".

9) "Камень сей покрывает гроб Василия Петровича Епифанова, родившегося 24 декабря 1765 г., а скончавшегося 1-го сентября 1776 года, жившего 10 лет, 8 месяцев и 11 дней, обучавшегося в Сухопутном Шляхетском корпусе свободным наукам, в них являя успехи, превышающие лета его, сердца родителей напоял надежною радостью; но смерть, в цветущей юности от среды живых его исхитив, веселящимся о успехе его сердцам внедрила чувства горестного воспоминания о произношении сея молитвы к Богу:

Да отрока сего вселя Он внутрь небес,
Отрет лиющиясь о нем потоки слез;
Евангельское в том нас уверяет слово,
Что детям царствие небесное готово".

10) "Здесь в чаяньи небесных благ
Покоится смиренный прах
Усердного раба Христова
Матвея Кузмича Каткова,
Родившегося в жизнь земную
Ноября 10-го 1795 года
Преставившегося в жизнь иную
Июля 1-го 1848 года".

11) "Здесь погребена Александра Федотовна Ржевская, рожденная девица Каменская, родилась в 1740 году, августа 19-го дня, браком сочеталась с Алексеем Андреевичем Ржевским в 1766 году, марта 19-го дня; по прошествии трех лет произвела первым плодом супружества сына, именем Ивана, и по разрешении от бремени в восьмой на десять день горячкою скончалась в 1769 г., апреля 17-го дня, около 12-го часу пополудни, на 29 году века своего, оставя по себе сего новорожденного младенца, который, будучи невступно четырех месяцев, скончался и в сем же месте погребен.

Здесь Ржевская лежит, пролейте слезы, Музы:
Она любила вас, любезна вам была,
Для вас и для друзей на свете сем жила,
А ныне смерть ее в свои прияла узы;
Среди цветущих лет, в благополучный век,
Рок жизнь ее пресек,
Увянул острый ум, увяла добродетель,
Погибло мужество и бодрый дух ея.
Могущий Всесодетель!
Она ли участи достойна есть сея,
Чтоб век ее младой просекло смерти жало;
Не долгий ли ей век здесь жити надлежало?
В достоинствах она толико процвела,
Что полу женскому здесь честию была.
Ни острый ум ее, наукой просвещенный,
Ни дар, художествам и музам посвященный,
Ни нрав, кой столь ее приятно украшал,
Который и друзей и мужа утешал,
Ни сердце нежное ее не защитило
И смерти лютыя от ней не отвратило;
Великая душа, мужаясь до конца,
Достойна сделалась лаврового венца.
Скончаясь, Ржевская оставила супруга;
Супруг, в ней потеряв любовницу и друга,
Отчаясь, слезы льет и будет плакать век:
Но что ж ей пользы в том? Вот что есть человек!"

Ржевская была родной сестрой фельдмаршала графа Михаила Федотовича Каменского и отличалась своим умом, образованием и любовью к наукам и художествам. Из ее сочинений в свое время имели большой успех так называемые "Кабардинские письма".

12) На Волковском кладбище есть, между прочим, два совершенно разрушенных памятника, от которых уцелели лишь плиты с следующими курьезными эпитафиями. На одной:

"Двубрачной быв, была душой обоих.
Один оплакан ей, другой рыдал по ней
И вместе с дочерью, виной ее кончины,
Здесь сердца своего скрыл обе половины".

На другой можно разобрать только три первые строки:

"О, ты жестокая холера,
Какого ты сразила кавалера
Измайловского унтер-офицера..."
..............................................................

Мы могли бы привести много эпитафий подобного рода, но, кажется, и этих достаточно для того, чтобы иметь понятие о характере кладбищенской литературы. Остается разве упомянуть еще о таких надгробных надписях, которые были, так сказать, ходячими и, за неимением оригинальных, повторялись на разных памятниках. Например:

"Прохожий! ты идешь, но ляжешь так, как я;
Присядь и отдохни на камне у меня,
Сорви былиночку и вспомни о судьбе;
Я - дома, ты - в гостях; подумай о себе".

Или:

"Мой ангел спит в сырой земле,
Жестоку грусть оставил мне:
Куда идти - тоску разбить?
Спешу к могиле слезы лить".

Кладбищенская литература отошла теперь в область преданий: старые могилы разрушаются и постепенно исчезают вместе с витиеватыми эпитафиями, когда-то их украшавшими. Их заменили цветы и венки, заимствованные нами у иностранцев, и только изредка можно увидеть на каком-нибудь современном памятнике краткое изречение из священного писания или молитвы.


Опубликовано: Шубинский С.Н. Исторические очерки и рассказы. СПб.: Тип. М. Хана, 1869.

Шубинский, Сергей Николаевич (1834 - 1913) генерал-майор в отставке, писатель, русский историк, журналист, основатель и многолетний редактор журналов "Древняя и Новая Россия", "Исторический вестник" и библиофил.


Вернуться в библиотеку

На главную