Литература и жизнь        
Поиск по сайту
Пользовательского поиска
На Главную
Статьи современных авторов
Художественные произведения
Библиотека
История Европы и Америки XIX-XX вв
Как мы делали этот сайт
Форум и Гостевая
Полезные ссылки

Монастыри и храмы Северо-запада


М.В. Гуминенко

КОД СТИХИИ
Часть вторая
Риск - дело неблагородное

Глава первая. Роковое стечение обстоятельств

Ул. Розенштейна

В кабинете генерала Дмитрия Ивановича Чёрного сидели двое посторонних. Не чужаков в прямом смысле этого слова, а людей из другого подразделения. Обоих Сокольский знал и почему-то не удивился их присутствию.

- Проходите, Игорь Сергеевич, - пригласил Чёрный, поведя своей пухлой ладонью в воздухе, словно расчищая путь от двери до длинного стола. - Полагаю, здесь никого не надо друг другу представлять? Вот, господа, вы хотели видеть подполковника Сокольского? Вы его увидели.

Столь странное начало разговора не удивило Игоря. Коллеги из СБ своим появлением ни у кого не вызывали восторженной радости. Пугаться их визита или нервничать у Сокольского не было повода, поэтому он прошёл через свободное пространство кабинета, мимо сверкающей столешницы - и остановился за спинкой стула напротив гостей.

- Садись, Игорёк, - махнув рукой, негромко посоветовал генерал. - В ногах правды нет.

- У нас всего несколько вопросов к подполковнику, - поспешил заверить Чёрного один из парней.

Вася Коготь. Точнее, майор Собственной Безопасности ФСБ, Василий Алексеевич Когтев. Добросовестный, можно сказать, страстный поклонник законности и порядка. Начинал он примерно в то же время, что и Сокольский, но нашёл своё призвание в другом подразделении. Игорю показалось, что старый знакомый чувствует себя неуверенно и даже не стесняется это показывать.

- Спрашивай уже, Вась, - посоветовал ему Сокольский и сел на ближайший стул.

- Нельзя ли отнестись к нашему визиту более серьёзно? - выговорил второй, помоложе и погорячее.

В памяти Сокольского тут же всплыла характеристика: Каретов Степан Аркадьевич, 1985 года рождения, капитан. В ФСБ перешёл из полиции. Все силы и энергию готов отдать за чистоту в рядах правоохранительных органов. "И почему я не знаю заранее, что произошло?" - подумал Сокольский. Ему не понравилось, что эта парочка интересуется им, но ещё больше обеспокоило, не начнётся ли тотальная проверка во всём УВР.

- Капитан! Я всегда очень серьёзно отношусь к представителям вашего подразделения, - уверил Сокольский Каретова. - Не верите - спросите у своего коллеги.

Когтев быстро кивнул и взял инициативу в свои руки:

- Всё в порядке! Игорь Сергеевич! В каких вы отношениях с полковником Натаном Олеговичем Астафеевым из военного ведомства?

"Ещё интереснее! - признал сам себе Сокольский, но в лице не изменился. - От этого архивщика-то им что понадобилось?"

- Мы знакомы, - честно ответил он.

- И всё?

- Что конкретно вас интересует?

Сокольский предпочитал не отвечать на расплывчатые вопросы и Когтев прекрасно это понимал. Поэтому и смотрел сейчас на Игоря пристально, словно ему важен был не сам ответ, а внешняя реакция.

- Когда вы последний раз встречались с полковником Астафеевым? - спросил он вкрадчиво и не обратил внимания на недовольный жест коллеги. Наверное, тому хотелось действовать более категорично.

Сокольский откинулся на спинку стула и посмотрел на генерала. Тот пожал могучими плечами и кивнул. "Значит, знает о "свидании" у Мраморного дворца, - подумал Игорь. - Интересно, от кого? От Ланского или от Моти?"

- Я встречался с Натаном Олеговичем позавчера, - сообщил Сокольский. - Примерно в 14:30.

- О чём вы говорили? - Когтев подался вперёд, ещё цепче вглядываясь в его лицо.

- Вам придётся объяснить, почему вы задаёте этот вопрос, - отрезал Сокольский, не поддавшись на его гипнотизирующий взгляд.

- Астафеев убит, - ответил за Когтева Чёрный.

- Товарищ генерал! - возмутился было Каретов, но Дмитрий Иванович сдвинул кустистые брови и выпятил без того толстую нижнюю губу.

- Это не допрос, - напомнил он. - Вам следовало самим сразу же сообщить подполковнику Сокольскому, почему вы спрашиваете его про Астафеева.

Выговор возымел действие, но не совсем такое, какого добивался Чёрный: оба эсбэшника подобрались и дружно атаковали Сокольского, словно боялись, что им не дадут времени задать все вопросы:

- Как давно вы знакомы с полковником Астафеевым? - наступал Когтев.

- Лично познакомился лишь во время последней встречи, - спокойно отвечал Сокольский.

- Раньше вы встречались? - поддержал Каретов.

- Я видел полковника во время приёма в доме губернатора, - не стал отрицать Сокольский. - Издали.

- Что полковник Астафеев передал вам при встрече? - выспросил Когтев, жестом удерживая коллегу, чтобы не лез вперёд.

- Ничего, - соврал Сокольский.

- Точно ничего?

- Точнее не бывает.

"Кто его убил и зачем? Не из-за этих ли документов?" - спрашивал себя Игорь, но понимал, что от парней на другой стороне стола ответа не получит.

- О чём вы говорили? - не выдержал и встрял Каретов.

- Это был частный разговор, - с нажимом ответил Сокольский, давая понять, что спрашивать бесполезно.

Они не сдались.

- Полковник убит. Застрелен в собственном кабинете. - Когтев говорил резко, словно выплёвывал слова. - А вы не хотите рассказать, зачем ему понадобилось встречаться с незнакомым человеком из ФСБ и о чём вы с ним говорили?

- Да, не хочу, - мягко согласился Сокольский.

- Вы должны ответить! Вы - подполковник УВР, агент со стажем. Вы должны понимать, что есть обстоятельства, при которых тайны перестают быть тайнами.

Страстная речь Васи Когтя совершенно не убедила Сокольского и он покачал головой, иронично усмехнувшись.

- Здесь нет ничего смешного! - не выдержал Каретов и даже приподнялся со стула.

- Почему вы занимаетесь этим делом? - спросил Сокольский. - Если убийство совершено в военном архиве и убит армейский полковник - это дело военной прокуратуры, а не Собственной Безопасности ФСБ.

- Не вам судить! - вспылил было Каретов.

- Господа! - генерал Чёрный решил, что пора вмешаться. - У вас есть основания полагать, что подполковник Сокольский связан с этим убийством? Записи камер наблюдения? Свидетели, которые утверждают, что Игорь Сергеевич находился в здании Архива или рядом с ним во время убийства? Хоть что-нибудь есть?

Каретов сел на место, а майор Когтев покачал головой и закрыл кожаную папку, до этого момента лежавшую перед ним на столе.

- Нет, генерал. У нас ничего нет. Надеюсь, и не будет, - ответил он. - Разрешите ответить на вопрос подполковника Сокольского?

Чёрный кивнул и принялся теребить нижнюю губу толстым пальцем.

- Военная прокуратура обратилась к нам за помощью и предоставила свидетельство адъютанта полковника Астафеева. Тот сказал, что полковник просил его организовать встречу с одним из офицеров УВР, конкретно - с подполковником Сокольским. О чём именно он собирался говорить - адъютант не знает. Мы надеялись, что ответы подполковника Сокольского прольют свет на вероятные мотивы преступления.

- Игорь! - Генерал Чёрный внимательно посмотрел на Сокольского. - Тебе действительно нечего добавить?

Сокольский вздохнул и покачал головой.

- Просьба полковника Астафеева была сугубо личной, - объяснил он.

Когда представители Собственной Безопасности ушли, Сокольский обратился к генералу с неожиданной просьбой:

- Вы не могли бы, через ваши связи, подключить одного из моих людей к расследованию убийства полковника Астафеева?

Дмитрий Иванович посмотрел на него с очень большим интересом.

- Ты уверен, что твоей группе следует вмешиваться в дела чужого ведомства? - разделяя слова, спросил он.

- Натан Олегович просил меня провести частное расследование, - пояснил Сокольский. - На следующий день его убили. Кроме того, есть подозрение, что авария перед Литейным мостом была спланирована неизвестными именно из-за моей встречи с Астафеевым. Я хочу довести дело до конца. Тем более, что преступники находятся где-то рядом и могут предпринять новые действия. А мы не знаем, какие именно.

- В движущуюся цель труднее попасть? - хмыкнув, проворчал генерал. - Хорошо, я попробую надавить на свои связи, но о каждом своём шаге будешь докладывать лично мне...


* * *


(Санкт-Петербург, октябрь 2013 года)

- Это ведь ты копался в моём компе. - Сказано было утвердительно. - Я только сейчас понял.

Игорь равнодушно глянул на своего временного босса и снова стал смотреть через выбитое сводчатое окно на пустой двор и кучи мусора.

- Не жалко? - спросил он. - Или старые дома, как и старые люди, вас не занимают?

- Отдай мне диск! - потребовал Перазов и повернулся к нему всей своей мощной фигурой. - Прямо сейчас отдай - и я сделаю вид, что ничего не было.

Инга выглянула из пустого проёма, но уловила сдержанный жест Сокольского и подходить ближе не стала. Назревал решающий момент и можно было лишь порадоваться, что охрана Перазова осталась снаружи.

- Нет у меня никакого диска, - честно ответил Игорь, так и не посмотрев на протянутую к нему руку. - Ни к чему. Я давно узнал, что хотел.

Реакция сработала мгновенно и ему удалось одним толчком выбить пистолет из рук Перазова. Тот не растерялся и кинулся на Сокольского, рассчитывая легко справиться со скромным на вид парнем. Игорь блокировал удар и увернулся. Под ногами захрустели куски штукатурки.

- Предатель! - взревел Перазов, наконец-то потеряв самообладание.

Он сделал обманное движение и ухитрился схватить Сокольского за край куртки. Противники сцепились, Перазов рванул Игоря изо всех сил, чтобы припечатать к стене, но тот подставил ногу. Споткнувшись, Перазов потянул его за собой. Инга успела отскочить, когда противники вывалились на площадку через пустой дверной проём. Повернувшись в своём агрессивном вальсе, мужчины влетели боком в старинные чугунные перила. Их удерживало всего одно крепление. С треском и грохотом перила обрушились в широкий провал между лестницами. Люди ухнули следом, так и не расцепив объятий.

Счастье, что второй этаж. Несчастье, что дом старый и пролёты длинные. Кусок перил проскрежетал по камню, затормозив падение. Инга кинулась вниз, прыгая через ступеньки. Когда она добежала до площадки, Сокольский успел приподнять угол чугунной секции и с болезненной гримасой тянул из-под него ногу.

- Посмотри, что с Перазовым, - приказал он.

Берестова наклонилась над телом, нащупывая артерию на шее, но почти сразу бросила это занятие, по повороту головы догадавшись, что это уже необязательно.

- Шею сломал, - объявила она, поднимаясь с корточек. - Ты цел?

- Да вроде... - ответил Сокольский, хватаясь за край пролёта и поднимаясь на ноги. - Голова цела - это главное. Уходим! - Он наклонился над телом Перазова и вытащил из его кармана ключи от машины. - Сейчас его "братки" явятся... Эх, жаль! - высказал он с досадой.

Инга уже отступила к чёрному ходу. Хромая, Сокольский направился за ней. На улице они побежали, стремясь как можно быстрее выбраться из дебрей старого квартала на улицу. Возле угла дома Инга резко затормозила и Сокольский едва успел схватиться рукой за стену, чтобы не выпнуть коллегу наружу.

- Они к подворотне пошли, - доложила Берестова. - Сейчас... Идём!

Стараясь не привлекать лишнего внимания, но передвигаться очень быстро, они дошагали до стоявшего в стороне "Лексуса". Инга деактивировала защиту и нырнула на водительское место. Дождалась, когда Сокольский упадёт на соседнее и тут же завела мотор.

- Давай! - скомандовал Игорь, захлопнув дверцу и поморщился, когда она рванула с места так, что их вжало в сидения.

- Что с ногой? - спросила Инга через пару минут, когда они выкатили на соседнюю улицу и исчезли из поля зрения тех, кто захочет их преследовать.

- Поезжай на условное место, - приказал он вместо ответа и перестал морщиться. - Чем быстрее мы окажемся среди своих - тем лучше. Здесь мы ничего уже больше не сделаем...

...Через пару часов, в больнице, хирург вошёл в смотровую с квадратиками рентгеновских снимков в руках.

- Поздравляю с переломом малой берцовой кости! - объявил он. - В двух местах. По счастью вот тут обломок не успел сместиться. Хорошо погуляли, да? А чем-то зафиксировать слабо было?

Сокольский поморщился и сделал попытку передвинуться на топчане поудобнее.

- Времени не хватило, - буркнул он в ответ.

Инга налила себе воды из подвешенной в углу бутылки и теперь пила, наблюдая в отражении стеклянной дверцы шкафчика, как Сергей Владимирович, высокий, весёлый хирург, ощупывает ногу Сокольского, а тот морщится и терпит. "Бегать со сломанной ногой - это ты умеешь", - подумала Берестова тогда...


* * *


(Август 2017 года, там же)

...Тот же самый дом, только отремонтированный силами строительно-ремонтной конторы Марка Лисовского, возвышался перед ними и производил впечатление ухоженного, добротного, способного простоять ещё несколько веков.

- Вот в том подъезде ты ногу сломал, - напомнила Инга.

Сокольский криво усмехнулся. Место действительно было не узнать.

- И что мы тут должны найти? - спросила Берестова.

Марк Лисовской подошёл откуда-то сзади и покосился на неё. По мнению Инги, маленький бизнесмен изменился в лучшую сторону. Пластических хирург, который убирал с его щеки безобразный шрам, что-то неуловимо изменил в пропорциях и лицо Марка уже не напоминало мордочку неведомой зверушки.

Дома у Марка тоже стало спокойнее. Жена вела себя тихо и мягко, дочка любила папу изо всех своих детских сил и эта любовь умиротворяла строптивый, вспыльчивый характер Лисовского. Он даже не сильно расстроился, когда Сокольский в общих чертах обрисовал ему причину своего визита. Правда, и рассказывать что бы то ни было Марк отказался. Заявил, что дело старое и уже никого не касается.

- То, что вас интересует, находится здесь, - признался Марк, задумчиво разглядывая стены и карнизы.

- Гипотетически или реально? - переспросил Сокольский.

- Реально. Только после трёх капремонтов я не угадаю, где именно. Дом будете ломать?

Инга усмехнулась, а Сокольский серьёзно ответил:

- Пройдёмся с металлоискателем.

- Не найдёте, - отрезал Марк. - Это не металл. Во всяком случае, это непохоже на металл, - поправился он, почувствовав себя не слишком уверенно из-за того, что признался (пусть и косвенно) в своей причастности к исчезновению кейса господина Иванова много лет назад. - Зачем это нужно? Я не верю в инопланетное происхождение той штуки, а если её изготовили реальные люди - они либо давно воспользовались этой технологией по назначению, либо выбросили как бесперспективную. Или я чего-то не знаю? - спросил он, повернув свой решительный нос в сторону Сокольского.

Тот снова кривовато усмехнулся и потрогал тщательно заштукатуренную стену.

- Я сам пока не знаю, - признался он. - Может быть, дело не в том обломке и не в документах. Но ты всё-таки больше никому не рассказывай.

- Мог бы и не говорить, - буркнул маленький бизнесмен и направился в обратную сторону. К машине...

* * *

Вернувшись вечером в свою пустую квартиру на канале Грибоедова, Сокольский включил настольную лампу и активировал ноутбук. Он не держал никаких документов ни дома, ни в служебном сейфе своего кабинета на Литейном. Информация лежала в спецсети, путь к которой хранился у Сокольского в голове. Сосредоточенно пройдя все уровни защиты, он разархивировал копии документов, переданных ему полковником Астафеевым. Точнее, их электронный вариант. На первой же открытой странице странице значилось:

"Архангельская область, Северодвинск, 5 июня 1995 года..."

Сокольский просмотрел документы уже четырежды, но не пришёл ни к какому определённому выводу. На первый взгляд, в деле не было ничего, за что следовало убивать полковника Астафеева. Старые карты, которые не соответствуют современной действительности, доклады и отчёты о событиях, которым так и не нашли объяснения...

Относительной ценностью документации казались сведения о секретных разработках давно закрытой лаборатории. Её организовали прямо среди сопок и болот южнее Летнего берега, после того, как патрульные вертолётчики обнаружили странную постройку там, где ничего не должно быть. Она то появлялась, то исчезала. Вертолётчикам (одним из которых был Марк Лисовской) стоило большого труда убедить начальство, что они не поднимались в воздух в нетрезвом виде и действительно видели объект, который почему-то не фиксировало поисковое оборудование. На снимках участок болота пустовал, радары ничего не улавливали. Хорошо, нашёлся дотошный начальник, который решился отдать приказ: прочесать весь квадрат по земле. Это было трудно, но возможно. А главное - результативно! Вот только неизвестная постройка взорвалась, едва к ней приблизились.

Судя по экспертным отчётам, на месте были найдены следы пластиковой взрывчатки и остатки электроники, которая могла быть пультом самоликвидации. А ещё - сегменты голографической сетки, которая создавала иллюзию пустого места. Подзаряжалась она от солнечных батарей, которые работали не так слаженно, как надеялись её создатели. Поэтому патрульным с вертолётов и удалось визуально заметить наличие постороннего строения. Иногда глаз ловит то, чего не видит никакая техника.

В шахте под взорванной постройкой военные обнаружили несколько фрагментов странного металла, наводящего на мысль об обломках летающих тарелок. Находка подверглась тщательному анализу. Свойства неизвестного сплава не могли не заинтересовать: он давал идеальную отражающую поверхность и легко аккумулировал статический разряд огромной мощности. Содержался намёк и на то, что неизвестное вещество обладает другими, не менее интересными свойствами, но дальше в архиве отсутствовало несколько докладных листков.

Полковник Астафеев в общих чертах набросал часть пропавших сведений, но настолько хаотично, что конкретные выводы Сокольский делать поостерёгся. Либо Астафеев говорил о возможности контроля над любыми беспроводными способами связи, либо подразумевал возможность создания "инструмента судного дня". Что из предположений было правдой, а что - плодом богатой фантазии, Сокольский не взялся определить. Он не верил в возможность создания глобальных методов управления человечеством. Зато верил в реальных злоумышленников, которые могут отвалить хорошие деньги за очередной способ подгадить России или какой-нибудь другой стране.

Просидев с архивом часа полтора, Сокольский стёр все следы своего входа в сеть и выключил комп. Чего-то очень существенного не хватало в картине, чтобы выстроить начало логической цепочки. И это "что-то" касалось не дел давно минувших, а современного момента. Нужны были материалы расследования загадочного убийства полковника Астафеева, средь бела дня, в охраняемом здании, в обход всей охраны и камер наблюдения. Но тут Сокольскому оставалось только ждать. Предложить свою кандидатуру на роль помощника военной прокуратуре он не мог и надеялся, что выбранный майором Киппари человек справится с задачей.

Сокольский постарался временно отвлечься от задачи, для решения которой катастрофически не хватало сведений. Ему следовало подумать ещё об одной проблеме, вполне реальной и насущной. Полковник Ланской ждал от него обещанного расследования: кто мог предупредить банду Соловьёва о том, что к их тайному убежищу направляется ФСБ? В голову пришёл анекдот, подхваченный из всемирной паутины:

"- Какие у вас недостатки?

- Я неразговорчив.

- А какие достоинства?

- Я не болтлив".

- Не болтлив... - повторил Сокольский вслух. - Не нужно быть болтливым, чтобы выдать информацию врагу. Достаточно не вовремя затеять расследование.

Бандитов могли спугнуть полицейские, которых кто-то отправил проверить адрес. Но кто мог затеять параллельную проверку? Тот, кто знал, что они ищут банду Соловья и по своим причинам хотел, чтобы всех бандитов перебили при задержании, или чтобы они успели уйти. Версия так себе, но Сокольский решил проверить и это предположение.

Он повторил вслух:

- Не вовремя затеять расследование... Что, если кому-то действительно понадобилось, чтобы Астафеев не вовремя затеял всю эту проверку? Толкнув полковника к действию, этот некто спровоцировал ответную реакцию - и Астафеева убрали. Что дальше?

Дальше, как это ни печально, у него на руках оказывалось уравнение с несколькими неизвестными, каждое из которых потенциально могло "нажать на курок". И следующей целью становился он, Игорь Сергеевич Сокольский. Конечно, с тем условием, если цель неизвестных - убрать всех, кто прикасается к секретным документам. А такой шанс имеется, учитывая аварию на набережной и парня, в позвоночнике которого взорвался имплантат.

Подчиняясь внутреннему порыву, Игорь подхватил телефон и набрал знакомый номер.

- Сима! Да, решил позвонить... Меня не будет некоторое время, ты не приезжай... Нет, ничего не случилось. Работа. Я сам позвоню, когда вернусь...

Ещё вчера он надеялся, что ближайшие несколько дней удастся провести в обществе Серафимы. Она была нужна ему, такая заботливая, ласковая. Но сейчас, когда он вмешался в чужую историю и ждёт выпада из-за любого угла, рисковать жизнью любимой женщины Сокольский не мог. Любимой? Наверное, как-то так это должно было прозвучать. Игорь пока не мог определить, нуждается ли в Серафиме, потому что она скрашивает одиночество пустой трёхкомнатной квартиры, или потому, что она стала ему ближе, чем он сам ожидал.

Не найдя ответа на этот вопрос, он выключил лампу и отправился на кухню, готовить себе ужин...

Глава вторая. Нет простых путей

Лужа

Зоя Максимовна считала себя женщиной умной и хитрой. У неё был запасной мобильник, маленький и неприметный, который она использовала для звонков только по одному номеру. Убедившись, что её сегодняшний охранник не проявляет особого рвения развлекать подопечную умными беседами, Зоя Максимовна изъявила желание помыться и ушла в ванную комнату. Закрывшись изнутри и пустив воду, как заправская конспираторша, она достала телефон из-под резинки трусов и присела на закрытый унитаз.

Некоторое время госпожу Куркову бороли сомнения, правильно ли она поступает. Игорь ясно дал понять, что она в опасности и все сношения с внешним миром сейчас могут осуществляться только через его людей. Зоя Максимовна подчинилась и с неохотой отдала свой айфон. Ей пообещали, что в случае необходимости она сможет позвонить по защищённому каналу, чтобы никто не смог вычислить место её нахождения. Так может, ей не стоит самовольничать?

А позвонить хотелось! Зоя доверяла тому человеку, номер которого она хранила в памяти и всегда набирала заново, не сохраняя в аппарате. На это были серьёзные причины. Но это никаким боком не касалось её, как свидетеля преступления. Всего лишь частная, глубоко личная жизнь, которая вообще не касалась никого, кроме самой Зои.

"Он должен знать, что со мной всё хорошо!" - сказала себе госпожа Куркова и раскрыла телефон.

Абонент долго не отвечал, но когда она уже готова была отключиться - раздался знакомый голос:

- Зоя!? Ты где?! Что с тобой?!

- Погоди, Вадик! Просто послушай!

- Что у тебя шумит?

- Это вода... Ты можешь минуту послушать меня, не перебивая?

- Хорошо, конечно! - отозвался мужской голос, успокаиваясь.

- Мне пришлось уехать из города. Помнишь встречу месяц назад? Это было на даче нашего заказчика. Я там кое-что случайно подслушала... и увидела. Ну, не важно! Я согласилась выступить в суде и меня взяли под программу о защите свидетелей.

- Ты с ума сошла! - возмутился мужчина. - Мне могла сообщить? Я бы сам тебя спрятал! Знаю я их защиты! Уехали бы в Приозерск, на наше место. Надёжнее любых защит, тем более, что никто кроме нас двоих о нём не знает.

Зоя вздохнула.

- Вадик! Я всё понимаю...

- Не понимаешь! Я места себе не нахожу! А если с тобой что-нибудь случиться?

- Вадик! Ничего со мной не случится! Меня охраняют... в общем, люди одного моего хорошего знакомого. Я ему верю.

На другом конце связи повисла пауза. Потом мужской голос с явным интересом переспросил:

- Что за знакомый? Я его знаю?

- Нет, конечно! Только не ревнуй. - Зоя даже рассмеялась. - Какой ты... Мы... когда-то вместе учились, сейчас он работает на... правительственную организацию. Я не могу тебе ничего больше сказать, поверь! Это не мои тайны.

- Скажи, где ты! Я приеду немедленно! Они должны меня пропустить! - Вадик был настроен решительно.

- Я не знаю, где я! - Зоя Максимовна расстроилась. - Вадим! Это бесполезно, я знаю только, что мы долго ехали, колесили по кольцевой.

- В каком направлении? - решительно выспросил он.

- Да откуда я знаю! Я тебе сто раз говорила: я на кольцевой могу ездить только с навигатором. Я там ничего не понимаю! Мне кажется, что это где-то в Карелии. По крайней мере, тут почва песчаная и сосны.

Некоторое время он сопел в трубку. Зое послышались шаги за дверью и она заторопилась, выкрутив ручку подачи воды до отказа.

- Я перезвоню. Постараюсь узнать! Всё, пока! Целую! Люблю!

- Я тоже тебя люблю! Буду ждать! Не исчезай!

Она отключила телефон и спешно спрятала его в складках халата. Потом прислушалась, не заметила ничего подозрительного и выключила воду.


* * *


- Марк Викторович! - неизменная секретарша Машенька, в летней кофточке, обрисовывающей все приятные округлости женской фигурки, изящным движением поставила на стол серебряный поднос с чашкой и маленьким чайником. - К вам на приём записан некий Александр Юрьевич Дубов. По вопросам поставок строительного песка.

Лисовской поднял голову и задумался, глядя на то, как внутри прозрачного стеклянного пузыря чайника вальсируют ромашковые соцветия. Имя посетителя он слышал впервые, но с его фирмой многие хотели заключить контракт.

- Хорошо, пусть войдёт, - сказал он наконец. - И принеси мне квартальный отчёт за предыдущий период.

Маша удалилась, в очередной раз подумав про себя, что шеф зря согласился на пластику. Стал каким-то обыкновенным... Она была необъективна, Лисовской почти не изменился. Просто у него наладились отношения с супругой, о чём Маша втайне сожалела.

- Проходите! Марк Викторович вас примет, - сообщила она высокому господину в золотых очках.

Марк взял себе за правило рассматривать все предложения. Даже если идея не понравится - бесплатно получишь сведения об очередном потенциальном партнёре или конкуренте. Поэтому он встал, приветствуя гостя, предложил располагаться у стола и попросил Машу сделать ещё чаю.

Господин Дубов был Лисовскому незнаком. Круглое лицо и очки в золотой оправе, фигура и движения немного грузного, но мощного тела, не вызвали никаких воспоминаний. "Значит, никогда не виделись", - подумал Марк. У него была хорошая память и если бы господин Дубов хоть мельком показался на его горизонте за прошедшие несколько лет - он непременно вспомнил бы об этом.

- Я вас внимательно слушаю, - перешёл к делу Марк.

Александр Юрьевич оглядел кабинет, а потом самого Лисовского.

- Мне говорили, что вы умеете ловить правильный момент, - произнёс он неторопливо. - Я хочу вложиться в новое для себя дело: купить карьер, в котором добывают кварцевый песок. Но мне хотелось бы оценить возможности сбыта. Вы - один из самых крупных застройщиков и поэтому я решил обратиться к вам.

- Где находится этот карьер? - спросил Марк и повернулся к висящей сбоку на стене карте области.

- Кингисеппский район, - подсказал господин Дубов, но смотрел он не на карту, а на самого Лисовского. - Примерно в двух километрах на Восток от озера Глубокое. Там ещё деревенька есть, а севернее, в лесу, старый карьер. Никто им не интересовался уже лет пятьдесят, но оказалось, что там отличный кварцевый песок. Прямо готовенький, только бери.

Марк уже искал нужную ему информацию в базе данных своего компьютера. Минуты три гость пил травяной чай, наблюдая за сосредоточенным остроносым лицом маленького бизнесмена, но добавлять что-то к сказанному не спешил. Наконец, Лисовской заговорил сам:

- Это территория Котельского заказника. Я не уверен, что вы сможете получить разрешение на разработку.

- Даже за деньги? - искренне удивился гость.

Марк нахмурился.

- Чтобы этот старый карьер начал приносить доход, нужно наладить инфраструктуру, - сказал он. - Хотя бы дороги построить. При этом придётся сильно вмешаться в жизнь заказника. Господин Дубов! Если у вас есть деньги - почему вы не купите один из уже разрабатываемых карьеров, выставленных на продажу?

- Ну, не знаю... - признался гость, отставляя чашку. - Я испытываю к тем местам ностальгические чувства. В детстве отдыхал в одном из соседских посёлков. Лес красивый, озеро... Подумал, что моя идея привлечёт внимание к старой деревне, она получит новую жизнь. Но наверное, вы правы. Кстати, господин Лисовской! - Неожиданно он поменял тему. - Я последние десять лет жил в другом городе. Вернулся, решил купить хорошую квартиру. Мне подобрали одну, в старом доме. Меня всё устраивает, но я случайно узнал, что ваша компания трижды проводила в нём капремонт. Вот я и подумал: заодно разживусь информацией.

Он улыбнулся, но Марк почему-то не спешил делать ответную гримасу.

- По какому адресу дом и какая информация вам нужна? - спросил он.

- А вот, собственно, адрес! - Дубов охотно выложил ему пластиковый файл с документацией. - Мне хотелось бы знать, не покупаю ли я кота в мешке? Вдруг через пару лет этот домик снова начнёт разваливаться. Подозрительно как-то, что его трижды пришлось ремонтировать, так сказать, от чердака до подвала.

Лисовской до последнего надеялся, что увидит какой-то другой адрес. Но увы! Не было никаких сомнений, гостя интересовал именно тот дом, к которому он недавно возил Сокольского.

- Если хотите, я подготовлю для вас краткий отчёт о состоянии дома, - предложил Марк, сам удивляясь своей покладистости. - Я точно помню, что один раз он сильно пострадал от пожара, виной которому был человеческий фактор. Остальное надо уточнить. Мы много домов ремонтируем.

- Отлично! - воодушевился Дубов. - Тогда, может быть, мы созвонимся? Вот моя визитка. - Он поднялся со стула. - Благодарю за то, что уделили мне время, и за советы. Насчёт карьера подумаю, а насчёт домика - очень на вас надеюсь!

Когда гость убрался, Марк откинулся на спинку кресла и вытер лоб. "Чего я так разволновался?" - спросил он себя. Но вместо того, чтобы успокаиваться, буркнул в коммутатор, Маше:

- У меня получасовой перерыв!

После этого достал мобильник и позвонил Игорю Сокольскому...

Глава третья. Когда слишком много краеугольных камней

Дворцовая пл.

- Ты уверен, что нужно было послать именно его?

Матвей Киппари за утро уже трижды ответил на этот вопрос. Сперва полковнику Ланскому, потом генералу Чёрному. Третьим стал полковник Баринцев, который позвонил из своей командировки, узнать, как дела.

Четвёртым оказался Сокольский. Не меняя ни тона, ни убеждения в голосе, майор Киппари ответил ему:

- Уверен!

- Ну, если уверен... - протянул Сокольский и не стал ничего переспрашивать. Наверное, он единственный поверил Моте на слово. Он сам понимал: у Славы Ольгина нестандартный подход и он легче пойдёт на контакт с военными, чем "старички", которым уже приходилось с ними конфликтовать.

Другому новичку польстило бы, что ему поручили самостоятельное расследование, но Слава Ольгин не обольстился и не испугался. Он верил своему начальству. Раз майор посчитал, что Ольгин справится - надо справляться.

Монументальные здания в классическом стиле, с разветвлёнными лестницами, внутренними дворами, чугунным узором перил, длинными переходами и высокими окнами, производили впечатление добротности и мощи. Жаль, что внутри их часто обезличивали, перестраивая под современные нужды. Пропуск давал Ольгину право очутиться внутри этого дома, но та часть, через которую пролегал путь к Архиву, блестела розоватой краской закатанных до гладкого состояния стен. Хорошо хоть лепные украшения на потолке напоминали о том, что ты находишься внутри исторического памятника.

Слава подмигнул очередной камере наблюдения и быстрыми шагами миновал длинный коридор. Его конечная цель скрывалась за высоченной, в полтора человеческих роста, старинной дверью.

Охранник долго и придирчиво изучал и пропуск, и удостоверение, и лист предписания, но всё-таки вынужден был пропустить Ольгина в ещё один коридор.

- Пойдёте прямо, - сообщил он.

- А что, есть варианты? - переспросил Слава.

Охранник посмотрел на него строгими глазами.

- Третья дверь справа, - добавил он.

Ольгин кивнул и неслышно зашагал по толстой ковровой дорожке. Он заранее изучил схему и знал, что как раз третье справа - помещение, в котором убили полковника Астафеева. Две комнаты: приёмная и кабинет. Если идти дальше - выйдешь на очередную лестницу, по которой можно попасть в закрытую библиотеку, куда тоже пускают только по пропускам. А этажом ниже - Архивное хранилище, в которое даже по его пропуску не попадёшь.

Ему навстречу вышел человек в кителе с капитанскими погонами.

- Вы кто? - спросил он.

Ольгин показал удостоверение.

- А вы кто? - спросил он в свою очередь.

- Капитан юстиции Логуненко, - ответил собеседник.

- Я должен верить на слово? - Ольгин сам не знал, с чего ему сегодня хотелось выпендриваться. Может, он нервничал из-за самостоятельного задания больше, чем ему казалось.

Капитан Логуненко усмехнулся и позволил ему рассмотреть своё удостоверение.

- Илья Валентинович, - прочитал Ольгин. - Ну, будем знакомы!

- Будем, Вячеслав Борисович, - пообещал капитан и сделал приглашающий жест в сторону открытой двери. - Надеюсь, вы понимаете, что это наше дело и мы могли бы сами справиться? - спросил он, проходя вслед за Ольгиным в приёмную, в которой присутствовали ещё двое военных. Один разбирал бумаги, второй копался в компьютере.

- Да я не сомневаюсь, - протянул Слава и прямиком подошёл к столу.

Сидящий за компьютером лейтенант сделал попытку повернуться так, чтобы не дать Ольгину увидеть монитор.

- Расслабься, - посоветовал ему Слава. - Я хотел бы осмотреть место преступления. Понимаю, что надо было ещё вчера прийти, - предупредил он, обругав себя за многословность. - Надеюсь, вы там не сильно натоптали?

Почему-то никто не сообразил, что ему ответить. Ольгин воспользовался паузой и прошмыгнул в раскрытую дверь кабинета. Помещение оказалось на удивление маленьким. Напротив входа - массивный стол и кресло. Слава успел разглядеть, что на спинке кресла мелом очерчен неровный контур вокруг бурого пятна. Шторы были задёрнуты, а шкафы и сейф настежь открыты. И тут прямо перед его носом возник капитан Логуненко, заслонив собой видимость.

- Лейтенант Ольгин! - официально обратился он к Славе. - У меня к вам просьба. Понимаю, что ваша контора тоже очень заинтересована в разгадке этого трагического происшествия. Убит уважаемый человек, кадровый офицер. Поймите меня правильно: мы будем благодарны, если вы не станете мешать. А вашему руководству мы передадим, что вы - очень старательный человек.

Ольгин открыто улыбнулся.

- Мешать не буду, - пообещал он и ловко обошёл военного, двинувшись к столу покойного Астафеева.

- Стой! - попытался скомандовать капитан.

Слава прибавил шагу и моментально оказался у кресла с меловыми обводами.

- Значит, его застрелили прямо от двери? - спросил он, наклоняясь и прикидывая на глаз траекторию движения пули, застрявшей под мягкой обшивкой, в толстом дереве спинки. - Хотелось бы видеть отчёт эксперта. Да и с баллистикой познакомиться...

- Познакомитесь, - пообещал капитан, решив не спорить. - Но сейчас, если позволите, мы закончим с документацией. Не могли бы вы...

- Да я уже ухожу, - сообщил Ольгин и действительно потопал к выходу.

Когда он вышел в коридор, один из военных буркнул вполголоса:

- Клоун!

- Не торопитесь, - посоветовал капитан Логуненко. - Дураков они у себя не держат.

- Прислали какого-то лейтенанта! - возмутился третий военный, словно от ФСБ он ожидал минимум генерала.

- Может, потому и прислали, - предположил второй военный. - Наверняка нашли кого-то из новичков. Справится - хорошо, не справится - взятки гладки. Что он там делает?

Капитан вышел из помещения и двинулся вслед за Ольгиным. Тот заметил и оглянулся.

- Вы куда? - потребовал отчёта Логуненко.

- Сами сказали, чтобы я не мешал, - напомнил Ольгин.

- Погоди! - остановил его капитан, неожиданно перейдя на неофициальный тон. Слава действительно остановился. - Давай начистоту! Тебя послали, значит ты человек умный, поймёшь. Мы должны всё сделать сами. Если бы убили кого-то из вашего руководства, вы бы думали так же.

Ольгин пожал плечами.

- Не знаю, - признался он, после чего повернулся и пошёл дальше.

- Стой! Ты куда? - не понял Логуненко.

- Не хочу мешать, - бросил через плечо Слава и взялся за ручку кабинета полковника Мегавого.

- Действительно, клоун! - высказал ему вслед Илья Валентинович, но останавливать не стал. Понял, что пытаться воздействовать на этого странного типа бессмысленно. Он ни логики, ни приказов не понимает...


* * *


У каждого человека есть связи. Когда-то он учился в школе, в институте, служил в армии. Потом его друзья и знакомые выросли, приобрели профессию, завели собственных знакомых, сослуживцев и доброжелателей. Кто-то может помочь, подкинув телефон классного сантехника, у кого-то есть на примете адвокат или начальник соседнего отделения полиции, с которым двадцать лет назад сидели за одной партой.

У Вадима имелся хороший друг в ГИБДД. Именно к нему он и явился с бутылкой коньяка и конфетами для супруги.

- Понимаешь, очень нужна твоя помощь! - убеждал Вадим своего верного друга. - Ну, да, дело деликатное. Она... Мы давно вместе, но у неё есть муж.

- Ну ты прыткий! - посмеивался друг-гаишник.

- Да не в этом дело! Благоверный её очень ревнивый. Куда-то её увёз, и айфон не отвечает. Боюсь, он что-то заподозрил и отобрал трубку!

- Так тем более, не лезь, - искренне посоветовал друг. - Женщины - они умеют усыплять бдительность. Успокоит, утешит - и к тебе вернётся. Вот увидишь!

- Да не в этом дело! - отмахнулся Вадим. - Я боюсь, как бы он со своей ревностью её не придушил где-нибудь и не прикопал.

- Что, так серьёзно?

- Да кто его знает... У неё должен быть ещё один телефон и он работает. Мне бы только узнать, где она сейчас. Это ведь можно отследить по сигналу?

- Знаешь, вообще-то моё подразделение такими делами не занимается, - напомнил друг.

- Так ты сам говорил, что у тебя есть хороший знакомый в полиции, который тебе чем-то там обязан! - напомнил Вадим. - Ну, помоги! Мне бы хоть узнать, в каком она районе, а дальше я соображу, что к чему. Я в долгу не останусь, ты меня знаешь!

Коньяк был хорош, просьба вполне выполнима. Друг сдался.

- Ладно! Но с тебя - две бутылки такого же поила! Давай номер!..


* * *


В приёмной никого не было. Наверное, секретарь вышел по своей нужде. Слава потоптался на месте, оглядел стены и мебель, но ничего интересного не обнаружил. Тогда он подошёл и постучал в двери кабинета. Никто не ответил. Слава привык, что если в помещении никого нет - его закрывают на ключ, поэтому смело дёрнул ручку.

Двери открылись. Через крошечный "предбанник" виднелся кабинет побольше и в самом конце, у стола, возвышалась фигура в военной форме. Слава решительно шагнул через порог.

- Товарищ полковник! - позвал он. - Можно с вами поговорить?

Военный медленно повернулся и посмотрел на него.

- Что вам нужно? - спросил он без выражения в голосе.

- Я - Вячеслав Ольгин, - представился Слава, подходя и протягивая ему удостоверение. - Осуществляю расследование... Ну, то есть, участвую в расследовании этого убийства. - Он кивнул назад, подразумевая соседнее помещение.

Полковник Мегавой, кажется, думал о чём-то своём. Тёмные глаза в глубине запавших глазниц ничего не выражали. Бледное лицо с крупным носом и решительным, раздвоенным подбородком, была расслабленно.

- Я понял, - произнёс он и отошёл от Ольгина к книжному шкафчику в углу. - Что вам нужно?

- Извините, товарищ полковник, - рискнул возразить ему Ольгин. - Может быть, вам сейчас выпить надо? Полковник Астафеев - он ведь был вашим другом...

- Он был моим другом, - проговорил, не оборачиваясь, Мегавой. - Но это не значит, что мне доставляет удовольствие вмешательство ФСБ.

- УВР ФСБ, - почему-то уточнил Ольгин. - Поговорите со мной - и я уйду, - миролюбиво предложил он.

Почему-то полковник обернулся и посмотрел на него более приветливо. Даже едва заметно улыбнулся.

- Пожалуй, это лучшее, что я могу сделать, - решил он и сделал приглашающий жест. - Можете присесть, если хотите. Я не ошибаюсь, ваш непосредственный начальник - подполковник Сокольский?

Слава кивнул и решил не удивляться. У всех свои связи, почему бы Мегавому не знать, кого именно пришлют на подмогу военной прокуратуре.

- Кто по-вашему мог желать смерти полковнику Астафееву? - спросил он.

- Хороший вопрос. - Мегавой взял с полки книжку и прошёл к столу. - Мне хотелось бы найти на него ответ. Жаль, что я ушёл на полчаса раньше, чем это случилось.

- Александр Павлович! - Ольгин посмотрел на носки своих кроссовок, потом на начищенные носы кожаных туфель полковника, после чего поднял голову. - Если Астафеев был вашим другом, вы наверняка знали не только о его служебных делах. Это дело - оно какое-то странное. В здании полно народу, но в решающий момент все куда-то исчезают. Камеры наблюдения в коридоре дают сбой, секретарь полковника Астафеева никого постороннего не видел...

- Майор, насколько я знаю, был в этот момент в хранилище, - перебил его Мегавой. - Войти и выйти из него незаметно нельзя, так что у него тоже алиби.

- А я не спорю, - согласился Ольгин.

Стоя в двух шагах от Мегавого, Слава постоянно ощущал какую-то связь, будто этот печальный военный нарочно держался рядом, так что можно услышать дыхание и ощутить едва заметный запах пота и дезодоранта. Можно было подумать, что Мегавой в последний раз переодевал нижнее бельё двое суток назад и хотел это замаскировать.

- Это должен быть кто-то из своих, - твёрдо предположил Ольгин.

- Не думаю, - печально ответил полковник. - Это Архив. Тут у нас всё тихо и гладко. Никаких интриг, никто никого не подсиживает. Все друг друга прекрасно знают.

Он открыл книгу, которую до этого момента держал в руках, и положил на стол, прижав корешок, чтобы листы не переворачивались. Хлопнув ладонью по бумаге, он отступил в сторону и потянулся за бутылкой с минеральной водой.

- Жаркий какой август! В жару трудно сосредоточиться, - пожаловался он.

Слава сделал шаг к столу и посмотрел в книгу. Ничего особенного, просто текст на историческую тему. Но несколько слов были подчёркнуты и Ольгин пригляделся внимательнее.

- Вы бы взяли выходной, съездили за город, - рассеянно предложил он, поддерживая беседу.

С характерным "пшик" открылась крышка газированной минералки. Мегавой выпрямился.

- Он тоже предлагал... - пробормотал он. - Извините, у меня прошлым летом жена погибла. А тут друг... Жаль его вдову! Она сейчас как раз на даче.

- Она знает? - спросил Ольгин, перевернув страницу.

- Да, она уже приезжала, но уехала обратно. У них ремонт в квартире, в городе даже ночевать негде. Наверное, не стоило оставлять её одну в такой момент...

- Полагаю, ей не помешает моральная поддержка, - заметил Ольгин и закрыл книгу. - Мне пора. Спасибо, что уделили время!

Выйдя из кабинета, Слава столкнулся с секретарём.

- Кстати! - обрадовался он. - Не подскажешь, где у вас тут туалет?

- В конце коридора, перед лестницей, - машинально ответил пожилой капитан.

Слава кивнул и ушёл в указанном направлении.


* * *


- Деревянный дом, корни, водоём, ствол... Хороший набор! - Сокольский посмотрел на Ольгина. - Больше ничего не было подчёркнуто?

Слава мотнул головой.

- Ещё он сказал про вдову, что она должна быть на даче, потому что дома у них ремонт.

- Ты проверил? - обратился Сокольский к Моте.

Тот вынырнул из-за монитора и потёр глаза. Полумрак кабинета, в котором горели только настольные лампы в приглушённых абажурах, не давал оценить степень красноглазости всех троих. На часах - половина четвёртого, а белые ночи уже миновали и рассвет медлил показываться из-за неплотно прикрытой шторы.

- Квартира действительно на ремонте, - доложил Киппари. - Но по нашим сведениям, госпожа Астафеева из города никуда не уезжала.

- Где у них дача?

- На Карельском перешейке. Вот тут. - Мотя вывел карту на экран и Сокольский с Ольгиным тут же подошли к нему с обоих сторон, заглядывая в монитор.

- Водоёмов тут - хоть отбавляй, - заметил Слава. - Сплошные речки в близкой досягаемости. А вот тут ещё и озеро.

Сокольский выпрямился.

- Я бы сказал так, - начал он, не спеша двинувшись в обход стола. - Деревянный дом - это дача. Корни... Может быть, дерево на краю водоёма?

- А ствол - оружие? - предположил Ольгин, увлечённый его идеей.

Мотя молча полез обратно в компьютер и углубился в поиски.

- Может быть, и оружие, - согласился Сокольский. - Или тайник в стволе дерева, корни которого спускаются в водоём. Что скажешь о полковнике Мегавом? - спросил он Ольгина.

Тот задумчиво почесал бровь.

- Знаешь, он мне почему-то понравился, - признался он. - Звучит непрофессионально?

- Ну почему? Лично впечатление от человека, которого ты видишь впервые в жизни, нужно учитывать. Тем более, я так понял, что понравиться тебе с первого взгляда он и не пытался.

- Нашёл! - неожиданно отвлёк их Мотя. - Смотрите! Я всё думал: какой такой водоём и почему деревянный дом? Да ещё вдова, которая якобы там должна находиться. Вот!

Все трое снова уставились в один и тот же монитор.

- Астафеев пять лет назад развёлся. Он рассчитывал на дальнейшую карьеру, но ухитрился подцепить молодую пассию и рассориться с женой, с которой прожил двадцать лет. В результате, очередного повышения не получил и отправился работать в Архив.

- Интересно! Продолжай! - поддержал его Сокольский.

- Первая жена - Елена Макаровна Астафеева, в девичестве Ковылина. Кстати, сохранила фамилию мужа. От родителей ей достался огромный, старый дом в Лужково. Деревянная постройка начала двадцатого века, кстати. Вот спутниковая карта: крыша дома блестит и рядом - пожарный водоём, у которого - одиночные деревья.

Мотя победоносно посмотрел на начальника. Тот скептически хмыкнул.

- Ну допустим, у нас есть ещё одна версия. И она очень правдоподобна. Нужно только понять, почему Мегавой указал на первую вдову, а не на вторую.

- Это просто! - Матвей потеребил двумя руками бороду, чтобы не зевнуть. - Ну вот, смотрите! Мегавой и Астафеев познакомились ещё новобранцами и женились почти одновременно. Александр Павлович хорошо знаком с Еленой Макаровной и даже поддерживал её после того, как она развелась с мужем.

- Это твоё предположение?

- Это больше, чем предположение! Вот распечатка звонков с мобильного полковника Мегавого. Он за последние месяцы звонил Астафеевой раз двадцать. Что скажешь?

Сокольский придвинул стул и сел.

- Скажу, что нужно съездить в это Лужково и осмотреться на месте, - предположил он.

Глава четвёртая. Все дороги ведут в рай

Финский залив

Господин Дубов в неизменных золотых очках некоторое время смотрел через стекло машины на упорядоченный хаос, который творился у ближайшего подъезда старого дома. Тротуар перегородили полосатой ленточкой, на ярком солнце сверкали оранжевые рабочие жилетки и каски.

- Узнай что происходит, - приказал Дубов шофёру.

Тот вышел из машины и сунув руки в карманы, направился к передовому краю столпотворения оранжевых пятен. Некоторое время он пытался обращаться то к одному, то к другому ремонтнику. Наконец кивнул и направился обратно.

- Говорят, лопнула труба в стене, - доложил он. - Подрядчик распорядился срочно устранить неполадку. Обещают исправить всё в ближайшие несколько часов.

- Непохоже, чтобы они могли быстро справиться, - проворчал Дубов, недовольно хмуря брови.

Рабочие вскрывали часть наружной стены и раскапывали газон под ней. Загрохотали отбойные молотки и от бетонной отмостки фундамента во все стороны полетели осколки.

По другую сторону бурного делового хаоса, за углом дома, стояла ещё одна машина. Через пару минут к ней подошёл один из ремонтников и наклонился к окошку. Стекло поползло вниз - и Марк Лисовской повернул свой острый нос навстречу докладчику.

- Вы сказали сообщить, если что замечу, - напомнил тот. - С другой стороны, через соседний двор, заехал "BMW" с карельским номером.

- Я понял, - кивнув, ответил Марк. - Продолжайте работать. Когда дойдёте до третьего этажа - сообщите мне. Выше не вскрывайте.

Рабочий ушел, а Марк поднял стекло и прижался затылком к подголовнику. Даже если он всё правильно вспомнил и найдёт тайник - этот странный тип, Дубов, может догадаться, что ремонт затеяли не просто так. Или он ищет что-то другое? "Надо было сказать Сокольскому", - подумал Лисовской. Он и сам не мог понять, почему так жаждет найти "пропажу" самостоятельно и никому не показывать. Глупо! Всё равно Сокольский догадается, что Марк знает, где тайник. Даже может быть, в данную секунду кто-то из фээсбэшников следит за ходом работ и успел доложить начальству о подозрительной деятельности бывшего вертолётчика.

"Можно подумать, что у них своих дел не хватает, - успокоил себя Лисовской. - Не знаю, зачем им понадобилось ворошить то, что давно быльём поросло, но это моё дело. И никаких улик против меня никто не получит. Точка!"

Он завёл мотор и попятил машину задом, выбираясь из подворотни.


* * *


Через несколько часов Александр Юрьевич Дубов наслаждался сытным обедом, сидя на уличной веранде ресторана "Васаби" в Сестрорецке, в обществе своего водителя и помощника. К ним за стол подсел здоровяк в сером костюмчике. Тот самый, который несколько дней назад допрашивал одного из подручных Марка Лисовского на краю крыши трижды перестроенного дома.

- Я всё узнал! - радостно сообщил он.

Александр Юрьевич хладнокровно обмакнул суши в чашечку с соевым соусом и отправил в рот. Сочтя это за знак продолжать, здоровяк заговорил снова:

- Подкупил одного из рабочих, тот и раскололся. Сказал, что прораб часика через два звонил Лисовскому и тот явился лично. Они там долго о чём-то спорили, а потом Лисовской спустился и у него был в руках какой-то пакет. Примерно вот такой величины. - Здоровяк обрисовал пальцем на столе предмет с небольшую посылку. - Такой вот куб, в общем.

- И что дальше? - спросил Дубов, нацеливаясь на очередное суши, покрытое со всех сторон ярко-красной корочкой мелкой икры.

- Лисовской сел в машину и уехал.

- И всё? - удивился Дубов, так и не донеся японское угощение до рта.

- Так вы не сказали, что с ним надо делать, - озадаченно ответил здоровяк.

- Хорошо. Сколько ты заплатил тому рабочему?

Здоровяк начал хихикать и шофёр, молча поедающий свою пасту с креветками, покосился на него неодобрительно.

- Да я нисколько не заплатил, - "обрадовал" здоровяк. - Стукнул его по башке и... Ну, в общем, я сделал так, что его ещё долго будут искать.

- Идиот! - яростно зашипел Александр Юрьевич и бросил суши обратно в миску с соусом. - Я же говорил: без трупов! Кретин!

- Да он сам нарывался! Запросил столько, словно я у него схему банка покупаю...

- Заткнись! - бросил Дубов, успокаиваясь. - Иди отсюда! Не мешай обедать!

Здоровяк разочарованно пожал плечами, поднялся из-за стола и ушёл в сторону парка. Некоторое время господин Дубов протирал свои изящные очки, на которые попали капельки соуса, и молчал. Потом подался к шофёру и выразительно проговорил:

- Избавься от этого типа, чтобы его больше никто никогда не видел. Я - частный детектив, а не бандит! А он, своими методами... Ты меня понял.

Шофёр кивнул, запил острое блюдо водой из высокого стакана и поднялся из-за стола. Александр Юрьевич понаблюдал за тем, как он догоняет здоровяка и доверительно берёт под локоть, уводя в сторону автостоянки. Потом, вздохнув и расслабившись, господин Дубов знаком подозвал официанта и заказал десерт...


* * *


Зоя Максимовна едва не подскочила, когда почувствовала вибрацию телефона в области живота. Лихорадочно оглядевшись, она ринулась в ванную комнату и включила воду.

- Ты с ума сошёл! - зашипела она в трубку. - Не звони мне сам!

- Я совсем рядом, - осадил её Вадим.

- Как рядом? - не поняла Зоя.

- Вычислил тебя по сигналу. Только не знаю, в каком ты доме.

- Серый, четырёхэтажный, кирпичный, - сообщила женщина.

- Милая, они тут все четырёхэтажные и кирпичные. Что у тебя из окна видно?

Зоя вспомнила, как выглядывала из-за занавески.

- Площадка. За ней - синий бетонный забор вокруг стройки, - ответила она. - Я на четвёртом этаже. Средний подъезд, слева. Как раз напротив ворот.

- Умница! - похвалил Вадим. - Можешь подойти к окну? Ну, отошли своего охранника в кухню или ещё куда-нибудь.

Мало задумываясь над тем, зачем её любовнику понадобилось высматривать её по окнам, Зоя осторожно выглянула из ванной, пряча руку с телефоном за спиной. Её страж действительно ещё не вернулся в комнату. Он варил ей кофе. Выйдя на цыпочках из ванной, Зоя прошла через всю комнату и приблизилась к окну.

- Я тебя не вижу, - признался Вадим. - Стёкла отсвечивают...

- Погоди, я сейчас дам тебе знак, - пообещала женщина и тронула задвижку рамы.

Как ни странно, шпингалет сдвинулся без скрипа и шума. Чувствуя себя школьницей, которая лезет в учительскую без разрешения, Зоя приоткрыла раму. Звуки на кухне не изменились и она смелее распахнула окно, выглянув наружу.

Пустое пространство двора не загораживали никакие деревья. Или их вырубили, или не успели посадить. Зоя увидела тот же синий забор, из-за которого едва виднелся фундамент нового дома. Она старалась понять, где может находиться её любовник и забывшись, поднесла руку с телефоном к уху.

- Ты где?

- Я тебя вижу, - прошептал мужской голос. - Теперь вижу...

Сзади послышались шаги и возглас:

- Что вы делаете?! Назад!

Охранник подскочил сбоку и дёрнул её от окна. Раздался звон, Зоя споткнулась и упала на четвереньки, выронив телефон. Она увидела, как осыпается стекло внутренней двери и успела удивиться этому факту. Потом заметила охранника, который упал сбоку от неё, зажимая плечо. Он почему-то дёргался из стороны в сторону и никак не мог достать собственный аппарат из кармана брюк.

- Не вставайте! - прохрипел он. - На пол! Лежать!

Она спешно опустилась на живот, но подняла голову и продолжала, как заворожённая, смотреть на барахтающегося охранника. Он поднёс аппарат к лицу и выдохнул:

- Тревога! Нападение!.. - И обмяк, растянувшись во весь рост в двух шагах от неё...


Часть первая. Принцип селя Часть третья. Экстремальное ориентирование на местности

Автор - М.В. Гуминенко


© М.В. Гуминенко. 2018 г.
По вопросам использования материалов сайта обращаться по адресу: Kippari2007@rambler.ru