Литература и жизнь        
Поиск по сайту
Пользовательского поиска
На Главную
Статьи современных авторов
Художественные произведения
Зарисовки прошлого и настоящего
Библиотека
История Европы и Америки XIX-XX вв
Как мы делали этот сайт
Форум и Гостевая
Полезные ссылки

НАДЕЖДА ПОБЕЖДЁННЫХ

Глава одиннадцатая,
в которой Джэфет Эскейп знакомится в Ньютоне с эксцентричным полковником Леммингом и буйным Кейси Тернером...


Ночь с 28 на 29 декабря - раннее утро 29 декабря. Дорога до Ньютона. Военный форт

До конечного пункта от фермы Тернеров, расположенной на самой границе вверенной Фланнагану территории, было больше двадцати пяти миль по прямой, вечер уже перешёл ночь, а рано утром нужно было уже быть в Ньютоне.

Бегунок поехал от ранчо спокойным кентером, когда ранчо скрылось из вида, он вовсе не поехал медленнее, как это делало большинство путников, а наоборот, прибавил ходу. На ранчо Тернеров он сел как раз на эту беломордую лошадь, которая, по словам ее хозяина, хорошо отдохнула.

У Бегунка был существенный плюс по сравнению с другими всадниками: имея невысокий рост и довольно худосочное телосложение, он мало весил и потому мало утомлял лошадь. Дорогу Бегунок себе представлял приблизительно, конкретно ферму Тернеров он никогда раньше не видел и по их земле ему ездить не приходилось, однако, он пренебрег наезженными дорогами потому, что тогда надо было делать крюк и набирать лишние мили пути. Бегунок понадеялся, что он сможет проехать напрямик гораздо быстрее. Во всяком случае, он твердо знал направление в котором ему нужно было ехать. Сделав хороший стартовый пробег, он перешел на более спокойный аллюр, потом поменял лошадь. Когда стемнело - он ненадолго остановился у какого-то ручья в ожидании, когда взойдет луна. Сейчас было полнолуние, и прерия хорошо освещалась. Бегунок дал передохнуть лошадям, сам съел предложенное пламенноокой хозяйкой угощение и снова отправился в путь.

Не только путь был хорошо виден впереди, но и сам Бегунок был виден как на ладони любому встречному человеку. Это была ещё одна причина, почему он не хотел воспользоваться наезженной дорогой. Он надеялся на свое хорошее чувство ориентации и рассчитывал, что не промахнется мимо Ньютона. Если бы он промахнулся - это было бы очень плохо. По словам мэра суд над молодым Тернером назначен на завтра. Если Бегунок потеряет несколько часов - приговор могут уже успеть вынести. Получается, что от правильности его действий зависит жизнь человека.

С Тернеров мысли Бегунка перескочили на мэра. Если говорить честно - охотников за скальпами всегда считали едва ли ни самым низшим отребьем. И как это мэр рискнул вручить ему доверенность в банк на довольно круглую сумму? Бегунку такое чистосердечье мэра было совсем не понятно, и он решил, что мэр, вероятно, забыл, что Джэфет - бывший охотник за скальпами.

Так Бегунок ехал, то переводя лошадей на шаг, то снова пускаясь галопом, периодически шарахаясь от шевелящихся теней, от кустов в поймах речонок, попадавшихся на пути. В утренних сумерках он увидел, что путь его пересекала дорога. По всем подсчетам, это должна была быть дорога в Ньютон. По-видимому, он забрал южнее, чем нужно. Места теперь были совсем знакомые, Бегунок повернул на дорогу и лошади, которым уже все порядком надоело, побежали в город.

Примерно через час Бегунок уже стоял перед зданием банка и пытался категоричным стуком показать, что у него крайне срочное дело, и что ему необходимо открыть даже в такой ранний час.

* * *

Ньютон. 29 декабря 1865 года. Раннее утро

Ньютон был городом в несколько раз больше Городка. Мэрии здесь не было, зато был банк. Тот самый, в который сейчас стучался посланник Фланнагана. Временный форт располагался за территорией города, но близко. Минут за десять можно пешком дойти. На улицах уже попадались первые прохожие и даже мелькнула парочка синих мундиров. Но приезжим никто не интересовался. В том числе, и владельцы банка.

Только минуты через две-три на громкий стук Бегунка из боковой двери (а вовсе не из той, в которую стучался Бегунок) выглянул заспанный джентльмен без сюртука, но в шляпе.

- Сэр! - возопил он. - Банк откроется через два часа! Имейте терпение!

Вопреки своему воплю, он прошёл, шаркая ногами, по крыльцу и остановился в двух шагах от раннего посетителя. Теперь стало видно, что в его опущенной руке револьвер. Он держал оружие на предохранителе и как-то машинально потирал рукояткой собственную ляжку. Видимо, никак не мог решить, похож Бегунок на грабителя, который решил ворваться в банк пораньше, пока все спят, или всё-таки не похож.

- Что вам нужно, сэр? - спросил он наконец.

- Доброе утро, сэр! - приветствовал служителя банка Бегунок. Кем бы ещё мог быть этот заспанный человек, как не работником банка? - Мне очень жаль, сэр, что я вас беспокою, но у меня срочное дело!

Обе лошади Бегунка были привязаны у ближайшей коновязи и флегматично ожидали, что будет дальше: отведут ли их на конюшню или все-таки заставят бежать снова. Ночная дорога их несколько вымотала.

Сложно сказать, насколько Джэфет походил на грабителя: маленький, щуплый, в выгоревшей на солнце одежде. Конечно, грабители бывают всякие, а Джэфет был вооружен двумя револьверами и карабином. Правда, он не притронулся ни к одному из револьверов, а карабин остался в седле.

- К сожалению, я не могу ждать, сэр! - повторил Бегунок.

Банковский служащий пожал плечами. Можно подумать, что этот мистер в выгоревшей одежде был первым, кто утверждал рано утром, или поздно вечером, что у него срочное дело и он не может ждать. Таких было достаточно. Иногда какой-нибудь фермер прилетал ни свет - ни заря, и с ходу бросался доказывать, что хочет заложить ранчо, чтобы уплатить налоги, или послать кому-то деньги. И просто жаждал, чтобы управляющий банком помог ему справиться с его проблемами. Банк вёл себя осторожно. Не то было время, чтобы раздавать ссуды направо и налево без боязни, что потеряешь деньги и приобретёшь никому не нужный участок земли на отшибе, который никто не купит. Обращались в последнее время в основном только из-за налогов. Поэтому служащий перестал тереть ногу и постарался как можно серьёзнее посмотреть на посетителя.

- Всякое бывает, сэр, - признал он. - Только вам придётся объяснить, что у вас за срочное дело, потому что в противном случае я не сдвинусь с места! То есть, я хотел сказать: не открою перед вами эту дверь! - Он указал на вход в банк и смотрел на Бегунка вопросительно. - Если вы не можете ждать, так почему сразу не скажете, что вам нужно? По какому вы вопросу?

Джэфет счел, что начало - хорошее. Во всяком случае, служащий не отказал Бегунку категорично, а значит, есть надежда на диалог. Джэфет точно не знал, когда должно начаться судебное разбирательство, но вдруг оно назначено часов на девять или десять утра. Это глупо было бы - проскакать всю ночь и опоздать только потому, что он не смог вовремя получить деньги в банке. Вдобавок от расторопности Бегунка теперь зависело не только его честное имя, но и, в какой-то степени, честное имя мэра - ведь Фланнаган пообещал, что младший Тернер будет спасен от петли.

- Сэр! Я приехал по поручению мэра Городка мистера Росса Фланнагана. Он послал меня, чтобы я взял определенную сумму с его счета в вашем банке, - ответил Бегунок, стараясь, чтобы его голос звучал бодро и серьезно.

Бегунок не стал сильно распространяться, ведь и заспанный служащий ему тоже не представился - кто его знает, кто он такой!

Сонливое настроение как-то незаметно исчезло с лица банковского служащего и он наконец посмотрел на Бегунка заинтересованно. А потом сунул револьвер за пояс и уверил, кивая:

- Сейчас-сейчас! Что же вы сразу не сказали? Сейчас открою. - Продолжая говорить, служащий отступил к той двери, в которую появился. - Мистер Фланнаган... М-да, конечно! У мистера Фланнагана всегда срочные дела. Он - такой занятой человек...

Голос продолжил раздаваться уже из дома, но на пределе слышимости, так что понять, что именно говорит служащий, было невозможно. Но минуты через две послышался щелчок отпираемого замка, потом лязг отодвигаемого засова - и двери банка открылись. Ровно на столько, чтобы пропустить посетителя.

- Заходите, сэр! Надеюсь, у вас есть соответствующая бумага? - продолжил служащий свою речь. - Как дела в Городке? Надеюсь, мистер Фланнаган нашёл уже, на ком опробовать этот новый декрет, который, по слухам, принадлежит его перу? - Внутри банка было прохладно и слегка пыльно. - Так что насчёт бумаги?

Пока служитель отпирал дверь, Джэфет прихватил оружие из седла. Он демонстративно взял карабин за ствол, дабы не наводить на мысль, что он собрался стрелять. Оставлять карабин было нельзя - сопрут и ничего не докажешь. Теперь, пробравшись в скупо приоткрытую для него дверь, Бегунок был ошарашен вопросом о декрете. Сначала он вообще не понял о каком декрете речь, но потом быстро сообразил, что служитель спрашивает о том новом законе, по которому теперь нужно пороть за драку. Бегунок смутился так, словно "по декрету" выпороли его самого.

- А... да, - пробормотал он, доставая из-за пазухи припрятанные бумаги мэра. - Выпороли уже одного беднягу за драку!

Джэфет нашел нужную расписку из двух, которые были у него, и протянул банковскому служащему.

- Вот, пожалуйста! - сказал он и приготовился терпеливо ждать.

- Что, серьёзно?! - Банковский служащий только что рот не открыл от удивления, и едва взглянул на протянутую Бегунком бумагу. При чём возглас явно не относился к выписанной мэром доверенности. - Нет, я не думал, что кто-то захочет пробовать. Тем более, тут уже всем известно, что такого принципиального человека, как мистер Фланнаган по всему Техасу не сыщешь. А кого выпороли-то? - поинтересовался он, наконец углубившись в чтение бумаги, для чего извлёк из кармашка жилетки очки.

Не дожидаясь ответа, он кивнул, вполне удовлетворённый распиской, и хотел было уже направиться вглубь заведения, к перекрытой поверху решёткой высокой стойке с окошечком. Но в последнюю секунду передумал и с любопытством посмотрел на посетителя.

- Какого-нибудь бедолагу-фермера? - уточнил он свой вопрос.

- Нет, не фермера... - негромко отозвался Бегунок, но как-то язык у него не поворачивался сказать, что наказали как раз человека, который служит у самого мэра. Хорошо ещё, что служитель не спросил, почему выпороли только одного, ведь в драке должно принимать участие не менее двух человек - иначе какая это драка? Стучание самому себе кулаком по голове?

Джэфету очень не хотелось пересказывать эту историю, тем более, что он сам далеко не все в ней понял. Вдруг откуда ни возьмись, появились в городке таинственные незнакомцы, отстегнули полтысячи, выкупили второго участника драки и исчезли в неизвестном направлении. Напрашивался вывод, что тот второй драчун был один из их компании. Конечно, вполне одобрительно помочь своему. Вот только откуда у них столько свободных денег при нынешнем-то безденежье? Однако эту тему Бегунок поднимать не стал. Во-первых, он был не любитель точить лясы. Во-вторых, история в его устах сильно бы смахивала на волшебную сказку, и он ожидал, что ему просто не поверят. В-третьих, и это, пожалуй, самое главное, ему не хотелось терять время, когда все самые главные дела были ещё впереди. Поэтому Джэфет тихо понадеялся, что служитель не будет его переспрашивать.

Уклончивый ответ только возбудил любопытство.

- Нет? - переспросил служитель. - А кого? Горожанина, что ли?

Продолжая искренне недоумевать, кто кроме фермеров мог попасться на драке, служитель открыл ключом внутреннюю дверь - и оказался по другую сторону зарешеченной стойки. Закрыв дверь и проверив, хорошо ли защёлкнулся замок, он прошёл вглубь, к сейфу, но и оттуда продолжал рассуждать, не останавливаясь:

- Или какого-нибудь бродягу задержали? - высказывал он свои предположения. - Конечно, сейчас много кто по дорогам-то бродит. Оно конечно, порядок прежде всего, а то уже от драк житья не стало. И ладно драк! Так ведь за револьверы хватаются, начинают палить по ком ни попадя. Озлобился народ, остервенился. Я вот и думаю, подействует этот Декрет или не подействует? Вот вы бы например...

Внезапно служитель умолк. Должно было, сопоставил, как тихо посетитель ответил на вопрос и пришёл к каким-то своим выводам, после чего громко спросил, поменяв тему:

- Вам как лучше: банкнотами или золотом?

- Не имеет значения! - ответил Бегунок.

Предшествующие вопросы служителя он предпочел пропустить мимо ушей. Какая людям разница кто кого выпорол?! Бегунок не понимал повышенного интереса большинства людей к каким-то скандальным происшествиям. Он и сам-то к ним не тяготел.

Следующий вопрос, над которым Джэфет задумался, было то, как лучше отвезти деньги не привлекая к себе внимания. Вот сейчас он выйдет из здания банка груженый солидной суммой. Физиономия его в этом городе вряд ли кому-то знакома - для них он обыкновенный проезжий. Но теперь уже не обыкновенный, а проезжий с деньгами. До форта, конечно, рукой подать, но эту небольшую дорогу нужно ещё пройти. Лучше все-таки не афишировать, что у него что-то прибавилось после посещения банка.

- Давайте лучше банкнотами и покрупнее, если вас не затруднит, - поспешил уточнить Бегунок.

Больше ничего не спрашивая, банковский работник отсчитал нужное количество банкнот и подошёл к окошечку.

- Тогда пишите расписку, что получили деньги, - сказал он, пододвинув к краю прилавка книгу в металлическом окладе, прикреплённую за корешок цепочкой - и принялся пересчитывать деньги. - Письмо мистера Фланагана я оставлю себе, приложу к отчётности. И обязательно напишите полностью имя-фамилию. Что-то ваш мэр неосторожен, посылая за такими суммами одного человека и без охраны. Обратный путь не близкий.

Он был без понятия, на что Фланнагану понадобились деньги, поэтому предположил, что посланец поедет с ними обратно в Городок.

Комментировать слова служащего Джэфет не стал, написал в указанной графе число и имя - Jaffet Escape, забрал деньги и тщательно спрятал их за пазуху, поблагодарил словоохотливого служащего и вышел, прихватив свой карабин.

Отвязав своих уже порядком уставших лошадей от коновязи возле банка, Бегунок сел на кобылу мэра, чтобы выглядеть солиднее и поспешил к форту. Однако, форт, как и банк, был ещё закрыт. Не слезая с лошади Бегунок закричал, обращаясь к часовому наверху:

- Откройте! У меня срочное дело к коменданту!

"Если часовой уснул на посту, придется тарабанить в ворота", - подумал Джэфет.

Часовой не спал. Он только что заступил на пост. Перевесившись с невысокой стены, он поразглядывал Бегунка, ничего особенно интересного не увидел и ответил сверху:

- Его нет тут. Он в городе.

В этот момент ворота сами открылись, пропуская четвёрку мулов, который тащили за собой крытую фуру. На козлах сидело два солдата. Один - с винтовкой на коленях.

- Поберегись! - рявкнул один, щёлкнув бичом почти над самой головой Бегунка.

Судя по тому, что фура двигалась слишком резво, она шла порожняком. Тощеватые мулы от хлопанья бича чуть прибавили шагу, при чём дышловые вильнули так, что повозка наехала краем огромного колеса на створку ворот, едва не своротив створку (или колесо). Вслед за фурой выскочил тип в капральских нашивках и заорал на погонщика во всю мочь своих лёгких:

- Смотри, куда прёшь, скотина! - А потом повернулся и не менее громко заявил кому-то внутри форта: - Отнеси это полковнику! Что стоишь как болван?!

Поскольку наружу никто не выбежал и не помчался в город, видимо полковник всё-таки находится внутри форта. При этом капрал ухватился за створку и потянул её за собой, явно намереваясь закрыть ворота.

* * *

После того, как Бегунок уехал в форт, любопытный слух пополз по Ньютону.

- Ты слышал, кого-то в Городке выпороли по Декрету, - доложил банковский

служащий, когда к нему с утра пораньше заглянул церковный сторож.

- Слышал, - ответил тот. - Бен Гуди как раз вернулся оттуда, рассказывал об этом. Представь, выпороли кого-то из людей Фланнагана! Гуди говорил: маленького такого, щуплого парня... Гуди не сказал, как его звать.

- А! Так вот оно что, - протянул служащий банка. - Значит, это действительно он ко мне в банк заходил.

- Да ты что? - не поверил сторож.

- Точно он! Я ещё его, как дурак, расспрашивать стал, кого выпороли. А потом думаю: странно он как-то отвечает, неохотно, будто ему есть что скрывать. Теперь понятно! - Банковский работник прочитал запись в своей книге: - Джефет Эскейп - так его зовут. Крепкий парень, однако! Только вчера ему всыпали пятьдесят ударов, а сегодня он уже приехал в Ньютон!

- Фланнаган совсем людей не бережёт, - заключил сторож, покачивая головой.

И слух о том, что первым на новый Декрет нарвался некто Джэфет Бегунок, помаленьку расползлась по окрестностям.

А в это время в форту...

...Пришпорив лошадь, Бегунок рванул в ворота, пока их ещё не закрыли. На полпути он сообразил, что вторая лошадь, которую пришпоривать было некому, и которая уже порядком устала, скорее всего, упрется и не захочет штурмовать закрывающиеся ворота форта. И потому почувствовав ее сопротивление, Бегунок бросил на полдороге повод второй лошади и ринулся дальше на рыжей кобыле Фланнагана.

Проскочив внутрь на безопасное расстояние, Джэфет оглянулся на капрала и закричал возмущенно:

- У меня срочное дело к коменданту!!

Вторая его лошадь так и осталась стоять в воротах, где он её бросил.

Конечно, по фразе капрала, можно было предположить, что в форту может находиться несколько полковников. А нужный, тот, который является комендантом, действительно находится в городе, а не в форту. Но в любом случае, Бегунок намеревался требовать четкий ответ, где в городе искать коменданта, более того, намеревался требовать себе провожатого, так как сам Ньютон Бегунок знал очень плохо.

"Во люди! - мелькнуло в голове у Бегунка. - Им деньги привезли, а они денег не хотят!"

Опасно врываться в военный форт без приглашения. Солдаты могут подумать, что какой-то сумасшедший конфедерат решил подкинуть им бомбу.

- Стой! - крикнул часовой, мимо которого так эффектно прорвался мистер Эскейп, и тут же вскинул винтовку.

- Стой! - повторил за часовым капрал, нервным движением дёргая застёжку на кобуре. - Караул!

На широком дворе было достаточно много военных. Только что они занимались каждый своим делом, а тут резво кинулись к Бегунку, на ходу вскидывая оружие. А у кого не было оружия - наоборот кинулись к ближайшим укрытиям.

- Стой! - повторил капрал, ощутив себя спокойнее под прикрытием солдатских винтовок. - Кто такой?! Что тебе нужно от коменданта?! Брось оружие! Слезай с коня! Обыщите его кто-нибудь! - Это уже относилось к солдатам.

При первых же окриках капрала Бегунок поспешил поднять руки и держать их как можно дальше от оружия, но последняя фраза капрала об обыске возмутила его до крайности. "Еще не хватало, чтобы у меня обнаруживали мэровские деньги!" - подумал Джэфет. Маловероятно, чтобы солдаты во главе с капралом, прикарманили себе круглую сумму "от Фланнагана", но лишний раз разбираться и доказывать, что ты не верблюд и не вор Бегунку не хотелось.

- Вот еще! - с негодованием ответил капралу Джэфет. - У меня срочное дело к коменданту форта от мэра Городка Росса Фланнагана!! - крикнул он, а потом сообразил, что неплохо было бы и пояснить, кто он сам такой и добавил: - Мое имя Джэфет Эскейп, я курьер мэра Городка!

С лошади он не слез, несмотря на указания, и разоружаться тоже не спешил, хотя руки продолжал держать поднятыми. Уставшая рыжая кобыла под ним поняв что никуда больше мчаться не надо шумно вздохнула и осела на заднюю ногу.

Капрал был из недавно прибывших, и с именем Фланнагана пока не знаком. Он хотел было совсем уже рявкнуть на остальных, чтобы не стояли столбами и выполняли указание (маленькая власть кружила ему голову), но многие Фланнагана знали. Поэтому один из солдат спешно шагнул к нему и сказал что-то на ухо.

- Ах, вот что! - недовольно воскликнул капрал.

И тут к ним подошёл бравого вида сержант, которому тоже нравилась своя маленькая власть.

- В чём дело? - спросил он, уставившись на Бегунка, сидящего на лошади с поднятыми руками.

- Это гонец от Фланагана, - доложил один из солдат.

- А почему вы его на мушке держите? Он что, буянит? - переспросил сержант.

- Нет, просто он ворвался чуть не силой, - быстро вклинился капрал. - Ему комендант нужен.

- Вольно, разойдись! - скомандовал сержант, после чего подошёл к Бегунку. - Слезай, парень, - предложил он, похлопав всадника по ноге. - Отведу тебя к полковнику. Рядовой Лэнсби! Забери клячу из ворот! - крикнул он, показав рукой на вторую лошадь мистера Эскейпа. - Значит, ты новый курьер мистера Фланнагана?

Сержант стоял, расслабившись, и ждал, когда гость изволит спуститься наконец с лошади. И, задрав голову, внимательно изучал нового гонца. Лошадь он знал, а вот Бегунка - нет. Солдаты наконец разошлись, хотя несколько человек так и осталось стоять поодаль, только что винтовки опустили.

Бегунок, что называется, выдохнул. "Однако, Фланнаган у них тут в почёте, в Ньютоне, раз при произношении его имени мнения людей меняются на прямо противоположные!" - мелькнуло у него в голове. Джэфет наконец слез с лошади и теперь сам смотрел на сержанта задрав голову по причине своего маленького роста.

- Да, я новый курьер мэра Городка, - повторил Бегунок. - Мое имя - Джэфет Эскейп. Мистер Фланнаган прислал меня по срочному делу. Мне нужно обязательно видеть коменданта форта, полковника Джорджа Лемминга и как можно быстрее.

Отправляя курьера в Ньютон, Фланнаган велел вытаскивать коменданта форта даже из постели проституток и Джэфет намеревался все делать по инструкции.

Сержант кивнул и махнул рукой в сторону казарм.

- Ладно, пошли. Только не рассчитывай на тёплый приём. Полковник сегодня не в духе.

Он повёл Бегунка через весь двор, к офицерскому дому, отличавшемуся от казармы тем, что перед ним было крыльцо, на которое вели аж три ступеньки. Видимо, верх одноэтажного здания возвели на старом фундаменте, потому что снизу из земли торчал ряд крупных обтёсанных камней, а сверху приляпали деревянный этаж с тонкими дощатыми стенами, маленькими окошками и двускатной крышей. Внутри здания было довольно прохладно. Проведя Бегунка через приёмную, в которой парочка младших офицеров сосредоточенно пила кофе, сержант козырнул им, но даже не приостановился. По полутёмному коридору они дошли до закрытой двери.

- Он тут, - заявил сержант и постучался. - Полковник Лемминг! - окликнул он громко. - К вам курьер от мистера Фланагана! Сэр! От Фланнгагана!

За дверью послышалась какая-то возня, а потом двери распахнулись - и на пороге появился высокий и широкоплечий тип в расстёгнутом мундире, с роскошной седоватой шевелюрой, крупными чертами красивого, мужественного лица и блуждающим пьяным взглядом.

- Кто? - переспросил он, посмотрев сперва на сержанта, а потом на худосочного типчика рядом с ним. - Это что ли? - ткнул он пальцем почти что в грудь Бегунка.

- Так точно, сэр! - поспешил заверить его сержант.

Полковник качнулся вперёд-назад. Видимо, собственный жест лишил его равновесия. Но потом кивнул (от чего его опять слегка шатнуло) и посторонился.

- Ну, входи, - буркнул он. - Что слышно у мистера... у этого чёрта Фланнагана?

За его спиной виднелась не очень большая комната со скудной меблировкой и столом, на котором стояла парочка бутылок из-под виски и стакан.

Джэфет, зашел внутрь жилища коменданта. Что же ему еще оставалось делать? "Это же надо! У раннего утра так надраться!" - подумал он, поглядывая на полковника и пытаясь определить его состояние на предмет того, можно ли с ним сейчас разговаривать, или лучше подождать пока он протрезвеет. Но поскольку была серьезная опасность, что полковник вместо того, чтобы протрезветь, напьется еще сильнее, Бегунок решился, достал из-за пазухи вторую записку мэра и протянул ее полковнику.

- Вам письмо от мистера Росса Фланнагана. Срочное! - сказал он, сомневаясь, в состоянии ли комендант точно понять его слова.

Лемминг выхватил записку из рук Бегунка и, качаясь, пошёл к окну, чтобы прочитать послание Фланнагана, если получится.

Полковник Джордж Лемминг искренне считал, что его жизнь не удалась. Да, к сорока годам он дослужился до полковника, но наверное, ему невозможно было выбраться из разряда "серой посредственности" и он протащился через всю войну, так и не совершив ничего особенного и героического. Теперь он попал в Ньютон, который по мнению большинства здесь оказавшихся северных военных тянул разве что на захолустную дыру. Были места и похуже, но подобные соображения не радовали и не внушали оптимизма. Полковник не имел ни большого количества наград, ни денег в кармане, ни особых перспектив.

Росс Фланнаган вмешался в прозябание полковника и очень быстро доказал, что из любой дыры можно извлекать по меньшей мере деньги. Полковник уважал Фланнагана и испытывал к нему подсознательную зависть. Этот энергичный однорукий калека и без наград и чинов прекрасно умел делать дела. А главное - совершенно не переживал ни из-за своей неподвижной левой руки, ни из-за того, что попал в ещё большую дыру - населённый пункт, которому даже приличного названия не придумали. Лемминг невольно держался за Фланнагана и одновременно испытывал раздражение из-за того, что ему самому не хватает ума кидаться в авантюры при малейшей возможности извлечь из этого выгоду. Полковник просто не видел, из чего можно извлечь выгоду. Не понимал этого.

Когда Фланнаган предложил издать декрет - Лемминг чуть не поднял мэра Городка на смех. По мнению Лемминга бунтовщиков следовало сразу вешать - и дело с концом. Но Фланнаган убедил его, что из относительно мягких мер иногда можно извлечь гораздо большую выгоду, чем из показных казней. А когда Фланнаган предложил извлечь выгоду их драки, затеянной мистером Тернером, Лемминг уже даже не сопротивлялся. Он просто ждал результатов. Деньги были ему нужны. Он только расстроился, что в очередной раз Фланнаган своим холодно-синим взором углядел, как можно раскошелить бедных фермеров и их буйного отца семейства, а он, полковник Джордж Лемминг, не увидел.

Накануне полковник до четырёх утра играл в карты, проигрался вдрызг, после чего злостно арестовал обоих своих партнёров по игре, а сам вернулся в форт. Совесть не была чужда Леммингу, поэтому он промучился некоторое время, а потом с горя напился. Может быть, напился утром первый раз в жизни! Настроение у него действительно было мрачным. И тут как раз приехал мистер Эскейп с посланием мэра Городка.

Полковник обрадовался. Потрясая бумагой, он заявил громогласно:

- Как это вы кстати приехали, сэр! - Оглянувшись на Бегунка, он решил, что этот ходосочный маленький типчик вряд ли заслуживает обращения "сэр", но решил не обижать человека, который работал на Фланнагана. - Выпей! - предложил он, тут же направляясь к шкафу за вторым стаканом.

И тут в пьяной голове полковника возникла интересная мысль. Постояв несколько секунд и подумав, он обернулся к Бегунку.

- Вот что я решил, - заявил он уже тише, и подошёл, пошатываясь. - Хочешь подзаработать? Давай, садись! - Он ухватил своей лапищей Бегунка за плечи и потащил к столу. - Поговорим насчёт этих денег. Как ты смотришь на то, если мы сделаем вид, что их и не было? - И он подмигнул своим мутным глазом.

- Я не пью! - ответил Джэфет на предложение полковника. Первое предложение из двух сделанных. По-хорошему нужно было пояснить: "Не пью так рано" или "не пью с утра", но Бегунок подумал, что в такой фразе будет слишком явственный намек, что сам полковник с утра - напивается, а Джэфет не хотел злить Лемминг и потому ограничился только первой половиной фразы.

Второе предложение полковника понравилось Бегунку еще меньше первого. Начнем с того, что если бы Джэфет хотел прикарманить деньги Фланнагана, он бы обошёлся без помощи полковника. А так, за полцены, а может быть за одну десятую цены, становиться преступником и бегать по всему штату, а может и по всем штатам, от представителей закона - было бы совсем глупо! Свою жизнь Бегунок не ценил так дешево. И естественно на такое глупое предложение соглашаться не собирался.

Но предложение, сделанное только что Леммингом, могло угрожать и с другой стороны: а вдруг Лемминг не захочет, чтобы об этом разговоре узнал Фланнаган и предпочтёт убрать свидетеля? Тут Джэфета посетила ещё более худшая мысль: если Лемминг захочет втихаря убрать свидетеля своего нечестного предложения, ему будет очень легко присвоить себе все деньги, а Фланнагану заявить, что его новый курьер удрал вместе с деньгами в неизвестном направлении. Солдаты, которые его видели в форту? - Так Лемминг поделится с ними деньгами они и промолчат!

"Эх, какой я был дурак! - подумал сгоряча Бегунок. - Надо было сделать не так, как велел Фланнаган, а наоборот: надо было сначала отвезти записку Леммингу, и в случае его согласия, пригласить его в банк, там получить и с рук на руки передать ему деньги - и все!"

Однако и это тоже был не выход. Лемминг все равно со слов Бегунка узнал бы, что у него при себе расписка Фланнагана и ничего не мешало бы ему сначала убить Бегунка, а потом, забрав расписку, самому получить деньги в банке, можно даже через подставное лицо.

В общем, как ни крути - все равно лучше не выходило. И поскольку Бегунок решил, что спланировать лучше, чем сейчас он все равно не смог бы, он перестал раскаиваться и обвинять себя в глупости. Он вспомнил то, что много раз повторял сам себе: он много лет охотился на индейцев, каждый раз он мог бы сам попасть к ним в руки. Когда он представлял себе, какая бы его тогда ждала смерть - умереть от пули белого казалось сущим пустяком. Джэфет совсем успокоился и даже перестал бояться.

- Нет, я этого не сделаю, - негромко и спокойно ответил он полковнику.

- Да? - удивился полковник, выпрямившись и почти трезвым взглядом глядя на Бегунка. Постояв и покачавшись немного (при этом правой рукой он продолжал цепляться за плечо собеседника), он наконец кивнул, приняв какое-то решение, и по красиво очерченным губам его пробежалась хитрая усмешка. - Ладно, - согласился он, продолжая кивать. - Тогда давай деньги и проваливай отсюда! Я сам справлюсь!

Последняя фраза вырвалась у Лемминга совершенно непроизвольно. Он был пьян и не слишком контролировал, что произносит его язык. Но сам не заметил, и лицо его теперь просто светилось от осознания собственного коварства. Бакенбарды полковника воинственно топорщились, длинный нос с выразительным орлиным изломом был высоко задран, губы растянулись, от чего кожа на щеках пошла складками. Он торжествовал. Наконец-то и ему пришла в голову идея, не хуже, чем Фланагану! Даже лучше!

Он решительным жестом толкнул Бегунка к столу и потребовал категорично:

- Давай, клади на стол! Мне недосуг с тобой разговаривать.

Так. Получалось ещё не лучше! Деньги Лемминг сейчас заберет, а потом придумает что-нибудь такое, чтобы, например, застрелить этого Тернера при попытке к бегству, или что-нибудь вроде того. Да и вообще может сказать, что ему никто никаких денег не привозил... Тут нужно было целый эскорт, а не одного курьера посылать в Ньютон!

От тычка коменданта Бегунок пошатнулся, но далее к столу продвигаться не стал.

- Мне нужна, во-первых, ваша расписка, которую я отвезу Фланнагану, во-вторых, мне нужно забрать этого Тернера и отвезти его в Городок! - произнес Бегунок решительно.

Неожиданное препятствие слегка обескуражило пьяного полковника. В трезвом виде он ещё мог что-то спланировать, но в пьяном логика слишком быстро отказывалась ему служить. Постояв немного и подумав, но так ничего и не выдумав, он сам шагнул к столу и сел на один из стульев.

- Значит, не дашь, - констатировал он, как-то растеряв весь свой задор и теперь мрачно глядя на полупустые бутылки. - Без расписки не дашь... А если я тебя посажу вместе с этим, как его, Тернером? - Он посмотрел на Бегунка снизу-вверх сердитым взглядом. У полковника было красивое и выразительное лицо, на котором легко отражались его настроения. - И вообще, если ты привёз деньги - то с него ещё пятьсот долларов за избиение моих людей, - нашёлся наконец Лемминг. - Или пусть подставляет свою паршивую спину, если не хочет платить! Это, кстати, твой Фланнаган придумал.

Возражение показалось ему логичным и он снова приободрился, поглядывая на Бегунка, словно ожидал, что этот ловкач ещё придумает, чтобы не отдавать деньги без расписки. Полковник запамятовал, что в записке Фланнагана значилась сумма, высчитанная с учётом штрафа за драку. Или он попросту не дочитал её до конца.

Поскольку обе записки Фланнаган отдал незапечатанными, Бегунок заблаговременно ознакомился с содержанием обеих.

- Это сумма за все! С учетом штрафа! - мрачно сказал Джэфет.

Конечно, если этот Лемминг вместо того, чтобы расстрелять "при попытке к бегству" этого Тернера просто решил его выпороть, - это еще полбеды. Вот только как отнесется к этому сам Тернер? Угрозу своего собственного заключения Бегунок пропустил мимо ушей, мало в нее поверив: зачем, а главное, за что арестовывать приехавшего курьера? Во всяком случае, если бы Лемминг задумал убрать Бегунка втихаря, он бы не стал его заранее арестовывать. Хотя чего только не сделаешь с пьяных глаз!

"И почему этому полковнику приспичило так надраться с утра? - с досадой подумал Бегунок. - Может, трезвый он соображал бы лучше? Может, он вообще, человек хороший, когда проспится!"

Непреклонный курьер явно подготовился ко всем возможным каверзам. Так, по крайней мере, показалось полковнику. Может быть, это Росс Фланнаган так хитёр, что заранее проинструктировал своего человека о всех "подводных камнях", которые его потенциально могут ожидать? Забарабанив пальцами по столу ритм какой-то песенки и сбившись на втором же такте, Лемминг снова посмотрел на Бегунка.

- С штрафом, да? - риторическим тоном переспросил он, после чего пододвинул бутылку к стакану и крепко задумался.

Наверное, следовало уже остановиться и больше не пить, потому что трезвый человек непременно выиграл бы этот увлекательный и напряжённый словесный поединок. А какие выгоды можно извлечь из того, что человек пьян? Почти что никаких, потому что пьяного всякий может убедить во всём, в чём угодно. И что ему, Джорджу Леммингу делать? Этот "мистер Коротышка" даже угрозы ареста не испугался. Наглый тип! Чем бы его взять? Полковник тяжко вздохнул и целую минуту думал. Пока не додумался...

- Ну, а как же я напишу тебе расписку? - спросил он, категорично вздёрнув подбородок. - Вот ты мне скажи: как я подпишу эту твою бумажонку, эту расписочку, или что ты там с меня требуешь? - Во взгляде полковника снова появилось что-то хитрое, он прищурился и начал таинственно улыбаться. - У меня же руки дрожат! - Заявил он наконец, разведя этими самыми руками. - Давай сделаем так: я прикажу привести сюда Тернера, а ты отдашь деньги ему. Он посидит ещё тут, взаперти, немного, - полковник сдвинул большой и указательный палец, показывая, как немного надо ещё посидеть Тернеру. - А потом, когда я протрезвею - он мне денежки-то и отдаст! И пусть он тебе расписку пишет.

Довольный тем, что наконец всё получилось и логическая конструкция на этот раз не ускользнула от него, полковник посмотрел на Бегунка торжествующим взглядом. Почему-то идея отобрать деньги силой ему в голову не пришла.

- Нет! - отрезал Бегунок. - Мистер Фланнаган распорядился отдать деньги лично вам, а не Тернеру!

Благодаря тому, что Бегунок остался стоять, а комендант сел не стул, Джэфет мог теперь смотреть на него сверху вниз, несмотря на свой маленький рост.

- Насчет расписки не беспокойтесь, - продолжил Джэфет более миролюбиво. - Позовите сюда вашего адъютанта, он напишет расписку, а вы подпишете. В случае чего, он засвидетельствует, что это ваша подпись и деньги вами получены.

"А что если его адъютант валяется мертвецки пьяный где-нибудь на соломе в конюшне... - подумал Бегунок. - Хорошо, если б его адъютантом оказался тот сержант, который меня провожал. Он, по крайней мере, трезвый!"

- Ещё чего! - Как бы ни был пьян полковник, он сообразил, что лишние свидетели в этом деле ему совершенно некстати. Ему и так предстояло поделиться кое с кем этими деньгами. - Никаких адьютантов! Если ты такой умник, то садись и сам пиши. Я подпишу.

Это была уже почти что капитуляция. Бегунок сразил Лемминга своей логикой. Хуже того, когда курьер Фланагана стоял рядом, полковнику казалось, что он большой и огромный, и даже нависает над ним слегка, затмевая собой потолок комнаты. Пошарив вокруг себя руками, Лемминг крикнул в сторону двери:

- Лейтенант Майлз! Принесите бумагу и чернила. Гостю. - Последнее слово он проговорил подчёркнуто-вежливым тоном, и даже махнул по столешнице, чтобы на ней не было крошек.

Адъютант появился почти сразу, выставил на стол письменные принадлежности и подозрительно посмотрел на штатского.

- Вон! - махнув рукой, потребовал полковник, и адъютант убрался. - Пиши, что тобой вручено мне... Мной взято от тебя... В общем, пиши как хочешь. Только деньги вот сюда клади, чтобы я видел, за что расписываюсь.

И он снова коварно улыбнулся.

- Будьте добры, распорядитесь привести Тернера - я его заберу, - подытожил Бегунок, сел за стол и начал писать.

В расписке ничего мудреного не было: " Я, комендант форта Ньютон, полковник Джордж Лемминг, получил от мэра городка Росса Фланнагана *** долларов (сумма прописью) и число". Число было вспомнить несложно, так как в банке о нем Бегунку уже напомнили, когда он расписывался в получении денег.

"Что делать, если все-таки комендант отберет деньги силой и вытолкает за дверь? - Все это пришло в голову Джэфету, пока он писал текст расписки. - Ну уж во всяком случае, удирать и скрываться - это глупо. Лучше всего приехать к Фланнагану и рассказать все, как есть, а уж поверит он или нет - его дело!" И снова Бегунок припомнил, что как бы дальше не сложились обстоятельства - это в любом случае несравнимо лучше, чем умирать от рук индейцев. После чего дописал расписку и протянул ее Лемменгу.

- Вот, пожалуйста!

- Что, уже написал? - осведомился полковник с искренним любопытством.

Как ни странно, но после того, как Бегунок потребовал, чтобы привели Тернера, комендант форта сдался и кликнул адъютанта, приказав тому:

- Пусть приведут этого мерзавца Тернера! - При этом полковник так категорично махнул рукой, что его неудержимо повело куда-то вбок со стула. Но он вцепился в край стола, и тем сохранил своё достоинство от падения. Разве что, тряхнул стол и слегка помешал посланцу Фланнагана писать расписку. Лейтенант сделал вид, что ничего не заметил, и вышел из комнаты.

Видимо, гауптвахта в форту располагалась недалеко от штабного корпуса, потому что уже через несколько минут двери снова открылись. Двое солдат втолкнули в комнату высокого мужчину в залатанном и полинялом конфедератском мундире. Скованные руки, синяки на лице и беспорядок в одежде не мешали южанину держаться со спокойным достоинством. Окинув комнату и присутствующих в ней людей быстрым взглядом, он сразу понял, в каком состоянии пребывает местное начальство, и по губам его скользнула горькая усмешка, словно вид пьяного полковника-янки оскорблял его личные чувства. Но сам полковник ничего не заметил, потому что смотрел на Бегунка в нетерпеливом ожидании, и только бросил солдатам:

- Вольно! Пошли вон! - Солдаты ушли. - Ладно, давай выкладывай деньги, а я подпишу, - окончательно капитулировал Лемминг, с недовольным видом взявшись за перо. - Только сперва покажи, что у тебя действительно есть деньги. - Нахохлившись, он мрачно посапывал, глядя исподлобья на Бегунка, словно тот не привёз деньги, а силой отбирает последнее. И ставить свою роспись на бумаге не спешил.

"Хуже нет заботы, как иметь дело с совершенно пьяным человеком!" - подумал Бегунок и тут же вспомнил, что на свете есть масса дел гораздо более пакостных. Препираться с полковником ему очень надоело. "Если бы он хотя бы оставил при себе трезвого адъютанта, так нет же, всякий раз стремится "остаться наедине", словно в гарнизоне и так обо всём не узнают!"

- Полковник, неужели вы думаете, что Фланнаган послал бы меня к вам с пустыми руками? - сказал Джэфет с досадой, но подумав, что на коменданта это может не подействовать, резко расстегнул куртку, выхватил из внутреннего кармана пачку денег, взмахнул ею в воздухе и... тут же убрал обратно в карман.

- Подписывайте! - потребовал он, указывая пальцем на расписку, на тот случай, если вдруг полковник уже успел забыть, что именно нужно подписывать.

То, что, Тернера привели в наручниках, само по себе Бегунку не понравилось. Во-первых, вдруг он - буйный и как только с него снимут наручники, бросился на ненавистных ему янки. Во-вторых, может всё же его не собираются выпускать из форта, несмотря на указание Фланнагана. Но делать было нечего, оставалось только ждать реакции Лемменга.

Сперва реакция последовала от Тернера. Он уставился на Бегунка, и лицо его, без того обезображенное синяками, исказила гримаса отвращения и гнева.

- Кто вы такой? - резко спросил он, повернувшись к мистеру Эскейпу и больше не обращая внимания на полковника. - Покупаете меня у янки, как скотину?

- Ты и есть скотина, - резво перебил его возмущение полковник, которому вдруг подумалось, что Бегунок испугается, скажет "Ну вас, не нужен он мне!" - и сбежит с денежками, которые почти уже выложил на стол. - Заткнись, не мешай! Давайте деньги, сэр!

Он схватился за бумагу и вознамерился уже поставить свою подпись, но Тернер вдруг сорвался с места и толкнул стол, так что и бумага, и чернила, и даже полковник, который некстати за него схватился - полетели на пол.

- ***! ***!! - Бегунок ругался крайне редко, так как считал это плохой приметой, но тут яростные слова вырвались у него сами. Он вскочил со стула, чтобы не полететь кубарем вслед за полковником, если вдруг этому Тернеру вздумается кинуться и на него тоже.

Первым желанием Джэфета было крикнуть охрану, но в следующую секунду он передумал - полковник тут хозяин, пускай он и распоряжается. Джэфет шагнул к стене, чтоб быть от Тернера подальше и смерил его взглядом. "Э-э-э, нет! Пожалуй, его придётся взять вместе с наручниками!" - подумал бывший охотник за скальпами.

- Я здесь по поручению мэра Городка Росса Фланнагана, - процедил Бегунок, продолжая смотреть на Тернера. - Он передал деньги на удовлетворение претензий тех людей форта, которых вы ранили. Сейчас мне необходимо отдать деньги, получить с коменданта расписку и отвезти вас на вашу ферму.

Сказано это было с некоторым презрением. "Не удивительно, что этот Тернер поднял дебош в как только приехал в Ньютон! - подумал Бегунок. - Удивительно, как его, с его характером не вздёрнули раньше, где-нибудь на полпути к Техасу!"

К упавшему полковнику Бегунок подходить не стал.

- Фланнагана? - переспросил Тернер, останавливаясь и в каком-то изумлении глядя на Бегунка. - Этого янки?!

Похоже было, что упоминание о мэре Городка сразило Тернера, или подтвердились его худшие опасения. Во всяком случае, пока он тупо стоял рядом с перевёрнутым столом, полковник успел побарахтаться и встать на четвереньки. На его счастье, они с чернильницей упали в разные стороны и слегка помятый мундир полковника избежал перекраски из синего цвета в чёрный.

Видимо, Лемминг наконец слегка протрезвел, потому что поднялся на ноги, держась за край лежащего стола, без посторонней помощи.

- Хам! - заявил он, ткнув в сторону Тернера пальцем. - Охрана! - Солдаты моментально ворвались в комнату. - Держите его! Нет, лучше выведите и держите там, снаружи! Он мне мешает.

Подхватив конфедерата под руки, солдаты утащили его из комнаты, зато вместо него в комнату вбежал лейтенант и бросился поднимать стол. Полковник отряхнулся и высокомерным жестом указал ему на двери. Лейтенант вышел.

- Вот! - изрёк Лемминг. - Мне бы стоило его сперва повесить, а уж потом отпускать. Давайте деньги, сэр! Или я его вообще не выпущу!

Сейчас Джорджа Лемминга интересовала пачка банкнот, краешек которой ему показал Бегунок. Или полковник протрезвел недостаточно, чтобы оскорбиться тем, что его бесцеремонно уронили на пол, когда он так старался усидеть на стуле. В руке полковника всё ещё была зажата бумага, на которой требовалось поставить подпись. Поискав вокруг себя перо, Лемминг наклонился, подобрал его, обмакнул прямо в лужицу на полу, положил бумагу на стол и поставил размашистую роспись.

- Деньги! - потребовал он, держа бумагу в руке и слегка протягивая её в сторону Бегунка. Но не сильно, будто он боялся, что курьер Фланнагана вырвет у него лист и сбежит.

- Полковник! - Джэфет сделал останавливающий жест рукой, словно хотел отгородиться от протягиваемой расписки Лемминга. Он чувствовал, что переговоры можно продолжать лишь до тех пор, пока деньги еще не отданы. Как только комендант получит деньги - он, скорее всего, ничего более не захочет слушать, а может и вовсе вытолкает в шею и Джэфета и Тернера. - Полковник! Можно я заберу Тернера в наручниках? Мне его иначе не довезти!

В последней фразе Бегунка прозвучали почти умоляющие нотки, а в голове у него крутилась только одна проблема: "Как же я повезу этого Тернера?!!" По темпераменту, безудержности и безумству этот парень как нельзя более походил на свою супругу. Несмотря на то, что отправляя Бегунка с поручением, Фланнаган не говорил ему, что он должен сопровождать Тернера обратно и довезти его да самой фермы, Бегунок счёл необходимым это сделать. Конечно, было бы гораздо проще вывести Тернера за ворота форта и отпустить на все четыре стороны. Но Бегунок серьёзно опасался, что Тернер, сразу по выходе из тюрьмы ввяжется в какую-нибудь драку, прибьёт или вообще убьёт кого-нибудь. Уж очень сильно этот Тернер огорчён и на Лемминга, и на Бегунка, и на Фланнагана, да и вообще на всех янки! И получится так, что его снова схватят, арестуют и повесят, но уже за другое преступление. И что же остаётся Бегунку? Возвращаться в Городок и оправдываться перед Фланнаганом: "Я-де, его выкупил, но его за новое преступление всё равно повесили!"

- Нет! - утвердительно повторил Бегунок. - Без наручников я его взять не могу!

Лемминг уставился на Бегунка, а потом громко расхохотался. Настроение у него явно повысилось.

- Может, мне ещё охрану с тобой отпустить? - спросил он. - Все конфедераты - мятежники! Их нужно держать в клетках. Но клетки у меня нет. - Он развёл руками, изобразив разочарованную улыбку, но тут же перестал веселиться и сказал резко: - Зря Фланнаган это делает. Благодарности от них не жди. И вообще, передай своему мэру, что его декрет был плохой идеей. Их этим не проймёшь. Вот петля - это они понимают, очень даже понимают!

Полковник отвернулся, перешагнул через чернильную лужу и отошёл к окну, заложив руки (вместе с распиской) за спину. Теперь он действительно выглядел трезвым.

- Мы не удержимся здесь, если не научим их подобающим образом себя вести, - высказал он мрачно. - Их нужно вешать! - Он сжал руку в кулак (по счастью, не ту, в которой была расписка). Повернувшись к Бегунку, он добавил уже совершенно серьёзно: - Забирайте с наручниками. И убирайтесь поскорее! А то я передумаю, и никакие откупы не помогут! Давайте, живее!

Он будто забыл о деньгах и решительным жестом протянул мистеру Эскейпу слегка помятую расписку.

Бегунок забрал расписку внезапно протрезвевшего полковника наскоро сложил ее и сунул в карман. Из другого карманы вынул пачку денег и быстро пересчитал. Поскольку, купюры были крупные, это не заняло много времени. Бегунок протянул деньги полковнику. По-хорошему нужно было дождаться, чтобы полковник сам пересчитал сумму, и Бегунок в ожидании остановился.

За прошедшую в пути ночь у него было время подумать и попытаться распланировать свои дальнейшие действия. У него на руках были две уставшие лошади, которые за ночь прошли более двадцати пяти миль. Прежде чем двигаться в обратный путь, нужно было дать им отдохнуть и как следует покормить. Бегунок рассчитывал, что поставит их часа на три-четыре в какую-нибудь платную конюшню и купит им овса. Пока бы они ели и отдыхали, он рассчитывал сам поспать эти три-четыре часа. Он рассчитывал закончить все дела в форту часов в 8 утра. Взяв четыре часа на отдых, можно было выехать в полдень к ночи вернуться в Городок. Теперь с этими прекрасными и рациональными планами пришлось распрощаться. Бегунок просто боялся оставлять Тернера в Ньютоне. Пока тот не успел наделать новых дел, нужно было быстрее убираться. Джэфет ждал, когда полковник пересчитает деньги. Надо было, чтобы он еще распорядился, чтобы Тэрнера отпустили, а то его так и сторожат тут за дверью.

Полковник Лемминг наконец получил деньги, что снова вернуло его в хорошее настроение. Деловито пересчитав, вся ли сумма, он кивнул и повернулся к двери, предварительно сунув пачку банкнот себе в карман.

- Лейтенант! - позвал он громко. Адъютант тут же вошёл, окинув комнату взглядом, словно искал, что ещё могло произойти за прошедшие пару минут. - Деньги на удовлетворение претензий раненых за Тернера внесены. Выдайте этого мерзавца вот ему. - Он указал на Бегунка. - И пусть остаётся в наручниках. Всё, свободны. И пришлите сюда кого-нибудь, пусть уберут эти чернила.

Лейтенант посторонился, жестом предложив мистеру Эскейпу покинуть комнату полковника. После чего солдаты быстро препроводили Кейси Тернера во двор, для убедительности подталкивая прикладами в сторону оставленных курьером Фланнагана лошадей. А лейтенант, уже совсем на выходе, тихо сказал Бегунку:

- Сэр, надеюсь вы понимаете, что не следует никому рассказывать, в каком состоянии был полковник? - Он посмотрел на невысокого курьера сверху вниз, и во взгляде его читалась вполне недвусмысленная угроза.

Тернера запихали на рыжую лошадь и он сидел теперь, цепляясь руками в наручниках за рожок седла.

После слов лейтенанта Джэфет резко остановился и взглянул на него вполне серьёзно снизу вверх. По-видимому, он хотел что-то ответить, но передумал, посчитав, что угроза в тоне лейтенанта делает, в общем-то, ненужным ответ. Да и что можно было ответить? Пообещать, что он, во что бы то ни стало, будет врать Фланнагану, если тот его спросит подробности?

- А лошадь этого Тернера? - неожиданно требовательно спросил Джэфет у лейтенанта. Отвернувшись от лейтенанта, он увидел в дверной проём, что происходит во дворе. А происходило во дворе запихивание бывшего арестанта на усталую курьерскую лошадь, которая за ночь пробежала не менее двадцати пяти миль (а учитывая пересечённую местность, даже больше). - Где его лошадь?

Джэфет надеялся, что хотя бы одна свежая лошадь у них будет. Но похоже добираться им придётся очень долго и на измученных лошадях!

Лейтенант усмехнулся и покрутил кончик пышного уса.

- Что-то не припомню, чтобы у этого парня была лошадь, - сказал он абсолютно честным тоном. - По-моему, он приехал на какой-то подводе.

- Точно, на подводе, - вмешался другой офицер, подходя к двери и оглядывая Бегунка. - Откуда бы у этого отребья взялась лошадь? Разве что, он бы её угнал.

Лейтенант развёл руками.

- Ничем не могу помочь.

Он отвернулся от Бегунка и ушёл вглубь помещения, не собираясь тратить время на дальнейшие разговоры.

Повода не поверить словам лейтенанта не было. Сейчас очень многие конфедераты возвращались домой на своих двоих. Что ж, это очень кстати, что старик фермер предоставил Бегунку вторую лошадь! Курьер помаленьку превращался в конвоира.

- Лейтенант! - окликнул удаляющегося офицера Бегунок. - Ключ, пожалуйста!

Было бы глупо, отдав наручники, во что бы то ни стало утаивать ключ от них. Разве что из вредности. Так что ключ Бегунку вручили и он, припрятав его подальше в карман, наконец-то вышел во двор.

Сев на фермерского мерина он взял в руки повод рыжей кобылы, на которой сидел Тернер, и маленькая процессия выехала за ворота форта. Теперь, все нужно было сделать не так, как планировалось: вместо кормежки лошадей, и вожделенного отдыха для себя нужно было тащиться на усталых лошадях обратно. Но прежде чем покинуть Ньютон, следовало запастись едой и овсом.

НазадСодержаниеВперёд



© М.В. Гуминенко, А.М. Возлядовская., Н.О. Буянова, С.Е. Данилов, А Бабенко. 2014.