Литература и жизнь        
Поиск по сайту
Пользовательского поиска
На Главную
Статьи современных авторов
Художественные произведения
Зарисовки прошлого и настоящего
Библиотека
История Европы и Америки XIX-XX вв
Как мы делали этот сайт
Форум и Гостевая
Полезные ссылки

НАДЕЖДА ПОБЕЖДЁННЫХ

Глава тринадцатая,
в которой Джо Клинффорд продолжает "играть" в разведчика, а попутно знакомится с характерами Люси Уэлс и Стива Берри и узнаёт от них немало интересного...


29 декабря 1865 года. Всё ещё утро

С вечера подчинённые Ната довольно долго не могли успокоиться, но на своё счастье, Джо при этом не присутствовал. Он сидел с Марком и Джоном в другой части дома. К утру страсти улеглись окончательно, так что Нат наконец спровадил из Городка избитых конфедератов и предложил Джо воспользоваться освободившейся комнатой, которая успела уже прогреться и в которой было куда спокойнее, чем в казарме. Нат опасался, что кто-нибудь из парней проснётся и прицепится к новичку просто из-за того, что больше не к кому прицепиться и отвести душу после крутой разборки, которую учинил Нат, внушая "гвардейцам", что устраивать самосуд вредно для собственной шкуры. Сильно сопротивляться сержанту никто не смел, потому что это был верный способ нарваться на куда более болезненную трёпку. Не встречая сопротивления, Нат быстрее остывал. Но вот мальчишку-конюха могли поколотить просто ради собственного удовольствия. Так что оставив Джо ночевать отдельно от остальных, Нат избавил его от вполне вероятных неприятностей. Правда, говорить об этом не стал.

Через пару часов после того, как Джо заснул, в комнату рядом с кладовой проскользнула Люси и тихо, как мышка уселась на край кровати, на которой спал Джо. Ей было и жаль будить мальчишку, и хотелось, чтобы он не сильно пугался, когда увидит, что рядом с ним кто-то есть. Поэтому она сперва его просто потрогала за плечо, а потом ласково погладила по щеке своей мягкой ладошкой.

В ответ на ласковое прикосновение Джо нервно дернулся и оттого проснулся. Как человек, можно сказать, повзрослевший на войне, Клинффорд даже в мирное время не мог отделаться от привычки, свойственной многим бывшим солдатам - видеть опасность даже в невиннейшем жесте. Правда, стоит сказать, что, несмотря на некоторую присущую ему нервозность, сон у юного бандита был здоровый и крепкий. Это качество, несомненно, только бы радовавшее многих измученных бессонницей людей, являлось предметом горьких сокрушений Джо. Мальчишка искренне считал, что для человека его рода занятий чуткий сон - залог безопасности, поэтому старался не расслабляться, особенно в стане врагов. Но сегодня свое взяла усталость: просидев всю ночь у постели больных в тяжелых раздумьях, он нуждался хоть в кратковременном, но отдыхе.

Размышления Джо не пропали даром - к рассвету он успел всё обдумать и принять решение. Никуда бежать из дома мэра он не собирался, и выходить на связь со своими соратниками в ближайшее время - тоже. Тянуть за собой товарищей Клинффорд не желал, тем более, он небезосновательно опасался, что капитан в скором времени пришлет ему строгий приказ прекращать свои игры и возвращаться домой. Возможно, это было и правильно: оставаться слишком рискованно и главное, почти бессмысленно, ведь главный свой козырь - незаметность, Клинффорд безвозвратно утратил. Он понимал, что вопросы, простительные любознательному юному конюху, неблагонадежному южанину и пособнику бунтовщиков уже не простятся, хуже того, подставят отряд под удар, выдав намерения капитана. Так что отныне даже нескромный взгляд на арсенал мэра становился для Джо запретным, не говоря уже об откровенных расспросах. С Натом юный бандит тоже решил не разговаривать распространеннее односложных ответов - бывший сержант был слишком умным собеседником и, судя по всему, из малого количества информации мог сделать такой вывод, какой Клинффорду и не снился. Так что рисковать не стоило. Исходя из подобных логических рассуждений неизбежно следовал вывод, что полезные сведения от янки Джо мог получить только случайным путем, путем подслушивания или бессодержательной болтовни с кем-нибудь из "гвардейцев". Будь у Джозефа побольше времени - в том не было бы ничего страшного, но проблема состояла в том, что времени у него не было. Отряд не будет ждать патронов вечно.

Наверное, поэтому долго залеживаться в постели Клинффорд не стал. Рядовой служащий мэра может позволить себе валяться в кровати по принципу "солдат спит - служба идет", но для вражеского разведчика это было бы непозволительной роскошью. Поэтому, проснувшись, Джозеф резко вскочил с постели и устало протерев глаза, осведомился у Люси:

- Что-то случилось?

Вчера Клинффорд как-то даже не подумал о том, зачем Нат предложил ему ночевать отдельно от других, просто радуясь возможности лишний раз не видеть мерзких рож янки, но сейчас мысль об этом резко пришла ему в голову и порядком озадачила.

- Что же ты такой пугливый? - удивилась Люси, сама немножечко испугавшись такой бурной реакции на своё прикосновение и приложив ладошку к груди. - Ничего не случилось. Просто Нат сказал, что ты не спал почти всю ночь, вот я и решила принести тебе покушать.

Она не стала уточнять, что если бы не пришлось нести завтрак Стиву Берри, который валялся в комнате Ната и всей душой не желал из неё выходить, то наверное и Джо завтрака тоже бы не досталось. Ей не захотелось бы тащиться в мэрию из-за мало знакомого мальчишки. Но Люси охотно ухаживала за Стивом, особенно когда тот был трезв и вёл себя тихо, поэтому решила, что раз уж готовит для Берри, заодно покормит и Джо. И познакомится с ним поближе. Говорить же одному мужчине о том, что ты приносишь ему еду лишь из-за того, что приносила её другому, по мнению Люси не следовало, чтобы не задевать мужского самолюбия. Пусть считает, что она здесь исключительно из-за него.

- По утрам я сама готовлю, так что это хорошая еда, - пояснила Люси, усевшись поудобнее на кровати и указав пальчиком в сторону стола, где на подносе стояла большая закрытая тарелкой миска, чашка и кофейник. - Представляешь, мне удалось купить рис у одного проезжего торговца! - Она явно гордилась своей способностью добывать что-нибудь вкусненькое. - Курицу я, правда, жарила вчера. Но я её разогрела и сделала подливку, так что тебе понравится. И кофе свежий. А вот молока не удалось купить. Надо было бежать ещё раньше, а я сидела со Стивом. - Она всё-таки проговорилась, но ничуть не смутилась этому. - Но кто тебя знает, может быть, ты не любишь молоко.

Сидела Люси скромно, да и платье на ней было самое обыкновенное, без малейшего намёка на род её занятий. Несмотря на худобу, девушка обладала природным изяществом движений и привлекательностью. Недаром Фланнаган обратил на неё внимание и пригласил с собой, сразу объявив, что у неё будет хорошее место в приличном салуне. Тогда у него ещё и салуна-то не было, но Фланнаган не обманул и Люси была довольна своим местом. Хотя сам мэр её услугами не пользовался.

- Я всё люблю, - заявил Джо, слегка недоверчиво разглядывая девицу, - в смысле, из еды.

Это была чистая правда - переголодовав в армии конфедератов, Клинффорд был рад даже куску белого хлеба, не говоря уже о таких деликатесах, как жареная курица с рисом. Учитывая, что толком он не ел уже довольно давно, желудок его мучительно сжался при одном упоминании о пище. Но всё же голод не отбил у Джозефа способность мыслить. Поступок Люси показался ему несколько подозрительным. С чего девице легкого поведения тащить такую вкусную еду какому-то конюху, у которого явно и денег-то никаких нет? Будь юный бандит постарше года эдак на два, то расчет Люси насчет мужского самолюбия оправдался бы целиком и полностью - Джо бы раздулся от гордости. Но сейчас он недоумевал совершенно искренне, впрочем, не очень долго. Всё равно Клинффорд принял решение тщательно следить за своими словами, общаясь со всеми служащими мэра, так что большого вреда в разговоре с этой девушкой он не видел.

- Спасибо за заботу, я обойдусь и без молока, - поблагодарил Джо Люси и, не теряя времени, присел к столу. Стянув с миски накрывавшую ее тарелку, он заметил: - Кстати, как себя чувствует Стив?

Люси залезла на кровать с ногами и придвинулась ближе к стенке. И опять-таки в её позе не было ничего вульгарного. Скорее, что-то детское и непосредственное.

- Так себе чувствует, - призналась она. - Но я думаю, это из-за того, что ему стыдно. То есть, конечно, у него спина болит. Но по-моему, он вбил себе в голову, что теперь все будут над ним потешаться. Хотя Нат сказал, что если бы он вчера не носился весь день, сегодня был бы уже на ногах.

Люси расправила юбки и задумчиво повертела какую-то штрипочку. Ей хотелось с кем-то поделиться своими мыслями насчёт всего, что сейчас творится. Она вообще всегда испытывала потребность с кем-то поговорить. Но большинство мужчин в лучшем случае снисходительно выслушивали её трёп. Так что поговорить по-настоящему можно было только со Стивом Берри, когда тот бывал трезв. Хотя они и доходили порой до яростных споров. Да ещё Нат, как ни странно, оставшись у неё ночевать и валяясь в постели, мог вдруг поддержать беседу, что-то отвечать и даже задавать вопросы. Во всяком случае, ни Нат, ни Стив не относились к ней как к дурочке.

- А ты бы стал смеяться над человеком, которого выпороли? - спросила она неожиданно у Джо.

Клинффорд посмотрел на Люси несколько удивленно, но сразу ничего не сказал - не хотел говорить с полным ртом. Только прожевав рис, он ответил на вопрос, причем с самым серьезным видом:

- Над таким только дураки смеются. Человеку и так плохо...

Говоря эти слова, Джозеф думал не только и не сколько о Стиве Бэрри, сколько о своих соотечественниках - об избитых ни за что конфедератах, у постели которых он провел сегодняшнюю ночь, о Чарли Хезере, попавшемся янки под горячую руку и прочих будущих жертвах Декрета, которым еще "посчастливится" посетить Городок в неудачное время. По глубокому убеждению юного бандита, вышеупомянутый Декрет был ни чем иным, как еще одним способом унижения южан. Иначе чем еще объяснить, что янки затевают драки, за которые потом расплачиваются бывшие сторонники Конфедерации? Очень удобная для мэра схема, дополнительный источник доходов и метод устрашения. При мысли об этом пальцы Джозефа непроизвольно сжались в гневе, но он быстро взял себя в руки, памятуя, что пока он в доме мэра, рассудок надо сохранять холодным.

- И всё-таки мне кажется, что Стива наказали зря, - добавил Клинффорд уже более беспечным тоном, облизывая ложку. - И почему мэр не отмазал своего человека?

- Мистер Фланнаган - справедливый человек, - заявила Люси без тени сомнения в голосе. - Он считает, что закон должен быть один для всех.

Она по сути повторила слова Ната. Но Люси Уэлс не была дурочкой, неспособной понять, что говорит. И она верила в справедливость мэра. Но вот что касается Стива Берри - тут её эмоции вступали в спор с разумом. И, дабы избавиться от противоречия, Люси нимало не сомневаясь нашла логичное объяснение, не дав Джо и слова сказать в ответ на её первые фразы:

- Хотя наказали Стива действительно зря. Это Бородач и Элси виноваты. - Она сообразила, что Джо может не знать "гвардейцев" по именам, и пояснила: - Бородач - это Энди МакКуин. Дылда такой, с бородой, и вечно с кнутом таскается. А Элси Браун... Его ещё зовут Громила Элси. Он тут самый сильный. Только Нат его и может уложить. - Люси поджала под себя ноги и устроилась поудобнее, прежде чем продолжить свой рассказ. - Так вот, Стив когда трезвый, мухи не обидит. А когда напьётся - ему всё равно, на своих кидаться, или на чужих. Бородач с Элси его специально напаивают. А получается, что влетает ему. Хорошо ещё, что хоть того второго парня не выпороли. - Она вздохнула и покусала нижнюю губу в сомнении, после чего выдала: - Но не всегда же достаётся тому, кто не виноват. Тут все только и делают, что лезут в драку, что южане, что северяне. Как по-твоему, это долго ещё продлится... эта... ре-кон-струкция?

Мало понятное слово почему-то заставило Люси поёжиться. Слишком оно было неприятным, будто кто-то решил что-то со скрежетом сломать и переделать заново. А будет ли от этого лучше?

Девица порывисто соскочила с кровати, подошла и взялась за кофейник, чтобы налить Джо кофе. Но сама смотрела на него и кажется, напряжёно ждала ответа. Джо ведь был мужчиной, а она привыкла, что у мужчин всегда есть хоть какой-то ответ.

Джо задумался и даже опустил ложку, хотя еще не наелся. Учитывая, что последнее время он был занят в большей степени тем, что бегал от закона, а не заседал на политических собраниях, знать, что янки решили делать с Югом и как долго, он не мог даже примерно. Но ответить "не знаю" на вопрос Люси Клинффорд посчитал грубым - всё-таки она такая милая и поесть ему принесла, зачем отмахиваться от человека? Поэтому Джозеф рискнул предположить:

- Думаю, когда янки вернут бывшим конфедератам право голоса и выведут с территории Юга своих солдат, то тогда всё и закончится, - произнес он, наблюдая за тем, как девица наливает ему кофе. - По крайней мере, порядка тогда будет больше.

Клинффорд мог бы сказать куда больше на тему Реконструкции, но не стал этого делать. Всё-таки политика неженское дело, зачем навевать на собеседницу скуку? Да и, судя по тому, что Люси так одобрительно отзывалась о мэре, она была явно из сторонниц Союза. Юный бандит едва удержался, чтобы недоверчиво хмыкнуть в ответ на ее заявление о том, что Фланнаган - справедливый человек. Всех саквояжников Джозеф считал кровопийцами без стыда и совести, а те события, свидетелем которых он стал в Городке, не позволяли сказать, что здешний мэр - исключение. Взять хотя бы тот факт, что он набрал себе в команду недисциплинированных головорезов, которые - стоит начальству отвернуться - провоцируют драки и бунты. Да, черт побери, у них в отряде, который теоретически состоит из висельников, преступников и грязных бандитов, и то порядка больше!

Знал бы Джо, что будет твориться в банде Колбэрна через некоторое время! Но он был молод, безраздельно предан своему командиру и на редкость пристрастен, так что даже мысль о том, что у них в отряде может возникнуть хоть тень несогласия, казалась ему кощунственной. Правда, несмотря на весь свой скептицизм, подвергать резкой критике действия мэра вслух, Клинффорд не стал. Разумеется, не из-за страха - для этого пятнадцатилетний Джо был слишком строптив - просто он считал непорядочным осуждать того, на кого он в данный момент работает. Эта точка зрения странным образом соседствовала с намерениями юного бандита поспособствовать ограблению мистера Фланнагана, но ничуть не нарушала его душевного покоя. Будучи деятельным мальчишкой, он предпочитал делать янки гадости, а не произносить их вслух. Какой прок от ругани?

- А так да, драк везде хватает, - признал Джо и добавил, стараясь, чтобы в голосе звучало лишь простое любопытство. - Наверное, у людей мэра много хлопот? Раз уж они следят в городе за порядком, - пояснил он свое предположение и снова с аппетитом принялся за еду.

- Да уж, - согласилась Люси. - Только по-моему за порядком следит один Нат. А остальные только зря деньги получают. - Люси поняла, что она не совсем объективна, и поправилась: - Нет, конечно охраняют. Вот только...

Она решила видимо что-то рассказать, оставила кофейник, пробежалась на цыпочках к двери и выглянула. Коридор был пуст и девица тем же манером примчалась обратно, усевшись на стул напротив Джо.

- С неделю назад, Нат взялся проводить миссис Присли, - начала рассказывать она. - Это одна вдова, она убирает здесь, в доме мистера Фланнагана. Так вот, время было позднее и Нат пошёл её проводить. А какие-то ковбои набросились на него и избили. Представляешь себе?! Избили прикладами! Просто потому, что увидели янки рядом с местной женщиной! Ну, миссис Присли конечно вмешалась и на них накричала. Они испугались и сбежали. Я думаю, если бы их нашли - точно бы хорошенько отделали. - Она погладила пальчиком ручку кофейника и посмотрела на мальчишку. - Но их не нашли. Я не знаю, Джо... Мне тут хорошо, потому что меня-то действительно охраняют. До этого я жила под Мэйконом... - Она вздохнула. - Даже не знаю, как сказать... Вот где действительно было плохо. А здесь хотя бы не стреляют в последнее время, так что парни экономят на патронах. А ты сам-то как сюда прибился?

Люси верила, что людям, особенно мужчинам, приятно, когда спрашивают о них самих. Поэтому честно попыталась перевести разговор на Джо.

Безусловно, Люси была права, обычно для человека нет темы для разговора слаще, чем он сам. Правда, за тем исключением, когда человек - разыскиваемый бандит и ему крайне нежелательно распространятся о своей прошлой жизни, чтобы не дать повода для подозрений. Сказать о себе правду Джо не дали остатки благоразумия, а безбожно соврать - небезосновательное опасение запутаться в собственной лжи, поэтому он ответил на вопрос Люси сдержанно, щедро мешая истину с выдумкой:

- Я из Джэксона, - сказал он, смещая место своего рождения чуть северо-восточнее истинного. - После войны остался сиротой, теперь иду в Ларедо, к дальним родственникам. Правда, не думаю, что я больно-то им там нужен. - Клинффорд криво усмехнулся, вспоминая сварливый нрав своей техасской тетушки, которую видел раз в жизни. - Поэтому пытаюсь по дороге куда-нибудь пристроиться. Бэрри вот здесь на работу порекомендовал. Не блеск, конечно, но все равно, хоть что-то, - признал Джо жизнерадостным тоном, но в глазах его мелькнула грусть.

Многие фигурировавшие в рассказе юного бандита факты были правдой - он, действительно, родился в Миссисипи, имел родственников в Ларедо и по существу являлся сиротой после своего побега из дома, поэтому его печаль была неподдельной. Если что-то и заставляло Джозефа на короткий миг сомневаться в избранном пути, так это воспоминания о своей семье. Ему мучительно не хотелось их позорить, а так и получалось, что вместо достойного и воспитанного сына, обязанного хранить родительскую старость, Клинффорды имели в наличии разыскиваемого грабителя и убийцу. Разумеется, ничего изменить в своей жизни Джо не хотел да уже и не мог, но, тем не менее, периодически его мучила по этому поводу совесть. Поэтому Клинффорд решил больше не говорить на тему своей прошлой жизни - скорее, не сколько из осторожности, сколько из-за нежелания бередить старые раны.

Тем временем, слова девицы подтверждали предположение Джозефа - гвардия мэра и вправду мало на что годилась. Впрочем, ничего полезного это наблюдение не несло, разве только что их можно легко спровоцировать на драку с южанами и таким образом выманить из мэрии. Правда, вопрос, как добраться до арсенала Фланнагана, по-прежнему оставался для Клинффорда проблемным. Он даже хотел, было, задать девице какой-нибудь наводящий вопрос, всё-таки она часто общалась с солдатами, могла что-то знать о месте хранения оружия, но поостерегся. Слишком опасно. Да, Люси - южанка, но что-то слишком уж она благоволит чертовым северянам. Вон, Ната вовсю оправдывает.

Сам Клинффорд был почему-то уверен, что сержант получил от тех ковбоев за дело. В конце концов, всем южанам, какими бы наглыми бы они не были, было известно, что за нападение на янки их запросто вздернут. Поэтому просто так, ради удовольствия разукрасить северянину рожу, они напали бы вряд ли. Скорее всего, этот Нат сам спровоцировал этих ковбоев - облапал женщину или сделал еще что-то в этом духе. Конечно, Джо был пристрастен: во-первых, он все еще дулся на бывшего сержанта за то, что его сначала подслушал, а потом ударил, а во-вторых, имел привычку всегда оправдывать конфедератов в их конфликтах с янки. Впрочем, переубеждать женщину Джо не стал. Он понимал, что здесь ей лучше, чем, видимо, было в Мейконе, так что она благодарна северянам за свою спокойную жизнь. Если бы подобные чувства в его присутствии обнаружил мужчина, Клинффорд, не задумываясь, посчитал бы его "подлипалой" и "предателем", но к дамам он был снисходительнее. Все-таки женщинам куда сложнее было выжить в суровое послевоенное время, особенно учитывая, сколько защитников Юга полегло в ожесточенных кровавых сражениях. Но, несмотря на то, что Люси он не осуждал, откровенничать перед ней он все же не собирался. Поэтому, отказавшись от идеи задать наводящий вопрос, Джо спросил только:

- А как ты попала сюда? Ведь Джорджия ужасно далеко.

Люси и в голову бы не пришло, что такой симпатичный мальчик, как Джо, может оказаться вражеским лазутчиком. С ним вполне можно было поговорить. И хотя мисс Уэлс не слишком нравилось вспоминать свою прежнюю жизнь, никакой тайны она в своих воспоминаниях не видела. Поэтому на вопрос Джо стала абсолютно правдиво рассказывать:

- Мистер Фланнаган меня сюда привёз. Я ещё до войны попала в Мейкон. После того, как мой папаша разорился, одни парень обещал на мне жениться, если я поеду с ним в Мейкон. Я согласилась, а когда мы добрались до Мейкона - у него деньги кончились. Ну, он и сбежал. А я осталась ни с чем. - Она пожала худенькими плечиками и пояснила, будто пыталась оправдаться: - Да так, как я, в проститутки многие попадают. Куда денешься, когда у тебя нет даже денег на обратную дорогу? - Вздохнув, она решила, что оправданий достаточно, и продолжила, разглядывая свои руки на столе. - После войны стало совсем тяжко. Солдаты - они норовят всё взять и ничего не заплатить. Да и вообще, обозлились люди. Никогда не знаешь, что ожидать. Может, тебя побьют, или вообще прирежут. И вот как-то раз, это было вечером... - Она мечтательно посмотрела в потолок. - Я их сразу заметила, этих двоих, Ната и мистера Фланнагана. Вели они себя тихо, сидели в самом дальнем углу. Ужинали. Но знаешь, почему-то ни вся эта пьяная солдатня, ни кто-то ещё к ним близко не подходил. Хотя, у Ната всегда такой вид, будто он только что из драки вылез, а мистер Фланнаган... Он выглядел, как джентльмен, у которого есть деньги. Мистер Фланнаган остался ночевать в гостинице при салуне. А совсем уже поздно вечером Нат вдруг появился и сказал, что его босс "приглашает даму, скрасить его одиночество". Вот тут мы почему-то оробели.

Люси задумалась, не зная, как бы так объяснить Джо очевидную для любой проститутки вещь. Да, наверное, не только для проститутки. Но она быстро решилась, и продолжила:

- Понимаешь, калеки - они странные. Иногда озлобленные, иногда просто с придурью. Будто мстят всем за то, что стали калеками. Не все, конечно. Но часто бывает. Я сама не знаю, как решилась пойти. Наверное, отказаться тоже было страшно. Вдруг он пожалуется хозяину салуна, а тот сгоряча выгонит на улицу. Я и пошла. А он... Увидел у меня синяки, стал спрашивать. А потом сказал, что я ему нравлюсь, и что если я хочу - он может забрать меня оттуда, в Техас. Сказал, что хочет купить салун и я смогу там работать, и никто меня пальцем не тронет. Терять мне было нечего, контрактов я в Мейконе никаких не заключала, так что могла уйти когда захочу. Я и согласилась с ним ехать. - Она улыбнулась Джо. - Так что может быть, тебе стоит сказать спасибо Стиву. Если надо где-то переждать и подзаработать - то наверное, лучше у мистера Фланнагана. Он не обманывает, и о своих заботится. - Она протянула руку и сцапала мальчишку за запястье. - А откуда ты знаешь, что твои родственники в Ларедо будут тебе не рады? Я бы обрадовалась, если бы узнала, что кто-то из моих жив, хотя наверное, им будет стыдно из-за меня. - Она отпустила руку Джо и явно огорчилась. - Тебе-то легче. Ты - мужчина.

- Думаю, что они всё равно были бы тебе рады, - высказал Джо предположение, как эхо, повторяющее свои собственные надежды. - На то они и родные, не чужие люди.

Клинффорд слегка похлопал женщину по руке, выражая сочувствие, но, спохватившись, что ее оскорбит жалость какого-то бродяги, тут же опустил взгляд в тарелку.

Безусловно, Люси была права, его собственная участь - участь мальчишки промышляющего разбоем и почти наверняка будущего висельника, была и то завиднее удела женщины, оставшейся без защитника в это суровое послевоенное время. Жизнь мужчин Юга, хоть и бесспорно тяжелая, всё же оставляла им возможность найти хоть никудышную, но работу, да и возможность постоять за себя тоже, чего дамы были целиком и полностью лишены. Им оставалось только уповать на милость судьбы и выживать, не брезгуя никакими способами. С неприятным чувством проснувшейся совести, Джо вспомнил о своей матери и сестре. Кто о них позаботится после смерти отца? Если он, конечно, уже не умер...

Клинффорд провел по лицу ладонью, прогоняя страшные видения и уже в который раз напомнил себе, что обратной дороги нет. Раньше надо было думать.

- Я Райтов из Ларедо видел всего один раз, - ответил он, наконец, на вопрос Люси. - Они запросто могут меня не признать. Зачем им лишний родственник в такое непростое время? Да и не очень хочется мне кому-то навязываться. Правда, здесь тоже, наверное, работа временная, - вспомнил он о рассказе парня в конюшне, - говорят, на три месяца всего.

Люси моментально отвлеклась от своих проблем.

- Вот тут тебе не о чём беспокоиться! - заявила она. - Я точно знаю, что на три месяца мэр берёт людей из-за этой компании по сбору налогов. Ему дали всего три месяца, чтобы отправить все деньги в Эст-Сабин. Но конюх-то ему будет нужен не только на три месяца! Так что тебе это не грозит. Наоборот! Я слышала, как Нат обмолвился, что у тех, кто понравится мэру, будет шанс и дальше у него на службе остаться. Просто ему уже не нужно будет так много народу.

Снаружи послышались шаги, потом хлопнула дверь. Видимо, кто-то заглядывал в соседнее помещение. А потом двери открылись в эту комнату, и на пороге показался Стив Берри. По привычке растрёпанный, придерживая обеими руками накинутый на плечи китель.

- А, вот вы где! - хмуро проговорил он, вошёл и тут же уселся на кровать.

Люси подскочила к нему.

- Ну и зачем ты поднялся? - Она явно была очень озабочена его состоянием.

- Я соскучился, - буркнул он. - Думал, ты в салун ушла, а Чез сказал, что ты где-то здесь. Я и пошёл посмотреть. Привет, Джо! - вспомнил он, кивнув мальчишке. - Как дела?

- Привет, Стив! - кивнул Джо вошедшему и с сожалением выскреб остатки риса из тарелки. По всему, его отдых был закончен, и следовало брести прибирать в казарме чертовых янки. Клинффорд не знал даже, что его отвращало больше - перспектива грязной работы или то, что ему предстоит любоваться на гнусные рожи солдат, а может всё это вместе в совокупности.

Меж тем, слова Люси насчет того, что на службе останется тот, кто понравиться мэру, вызвали у юного бандита слабую улыбку: да уж, конечно, у него есть все шансы стать любимчиком Фланнагана, особенно после того, как он чуть не устроил пленным конфедератам побег. Впрочем, симпатия янки его волновала мало - несмотря на высказанные вслух надежды, числиться в служащих мэра долго он и не собирался.

- Дела нормально, - сдержанно ответил Джозеф на вопрос Бэрри и тут же обратился к Люси: - Спасибо за вкусный завтрак, но мне, пожалуй, пора идти работать. - Клинффорд оглянулся по сторонам, разыскивая свои сапоги, и мимоходом поинтересовался у Стива: - А у тебя сегодня нет дежурства?

- Куда ему дежурить, когда он еле на ногах держится, - удивилась проститутка.

- Нормально я на ногах держусь! - возмутился Стив, но потом добавил: - Нат меня освободил от всех дежурств на ближайшие два дня. И вообще...

Что "вообще" он не договорил. Ему пришло в голову, что раз уж здесь Джо, надо расспросить его о том, что произошло предыдущим вечером. Стив достаточно пришёл в себя после вчерашнего, чтобы ему было стыдно показываться перед остальными "гвардейцами", тем более лезть с вопросами. Он и не стал интересоваться, с чего это Нат так на всех кидается и почему Бородач, Стоун и Громила Элси жмутся по стеночкам и переговариваются шёпотом, пугаясь собственной тени. Люси, правда, упомянула о том, что вчера парни побили каких-то двух конфедератов и Джо пришлось всю ночь около них продежурить. А Нат на вопрос Берри "что случилось?" посоветовал "смотреть на себя" и пробросил только, что Стиву не стоит прятаться по углам в комнате начальства, не одного его вчера выпороли. При этом у Ната был такой вид, будто он начнёт сейчас пинать стенки ногами или сам кого-нибудь поколотит.

- Слушай! - Берри повернулся к Джо. - Что вчера произошло? Наши действительно на кого-то напали?

- Ага, напали, - без особого энтузиазма подтвердил Джозеф, натягивая на левую ногу сапог. Его слегка покоробило слово "наши" по отношению к янки. Ко всему прочему, Клинффорду не хотелось разговаривать с солдатами на эту тему - они наверняка будут говорить, что конфедераты получили по заслугам и вызывать у Джо желание себя убить. Но в данном случае деваться было некуда - не портить же отношения с янки, который к нему более-менее дружелюбно настроен. Поэтому Джозеф ответил на вопрос исчерпывающе, хоть и лаконично:

- Да, вчера они напали на двух парней, которые выходили из мэрии, - сказал юный бандит спокойным тоном, не выражая особых эмоций. - Сначала избили их, затем выпороли где-то на заднем дворе. А тебе до сих пор не рассказал никто, что ли? - с удивлением поинтересовался Клинффорд у Стива. - Там же почти все участвовали.

Честно говоря, Берри старался поменьше сталкиваться с остальными, тем более расспрашивать никого о вчерашнем происшествии он не стал. Слова Джо заставили его вскинуться и посмотреть на мальчишку ошалелым взглядом.

- Чего они сделали? - возмутился он. - Это ты серьёзно?!

Люси тут же подсела рядом и принялась поглаживать его по плечам, чтобы успокоить.

- Ну, ты только не кипятись, ладно? - проговорила она, косясь попутно на Джо, который по мнению проститутки был весьма лаконичным, но сейчас это даже кстати. - Что теперь сделаешь? Ничего! А Бородач и остальные уже получили своё за самоуправство...

- Погоди, Люси! - Стив убрал её руки от своих плеч. - А где Нат был?! А ты где был?! Не мог вмешаться что ли? - Сообразив, что скорее всего Джо разделил бы участь конфедератов, если бы вмешался, Стив тем не менее не успокоился. - Ну, сбегал бы за сержантом! Что, никто ничего не видел, что ли?!

Но Люси перебила его, не дав Джо вставить слова:

- Стив! Джо же сказал, что они их куда-то на задний двор утащили! - Люси не сдавалась, потому что знала: иногда Стив и трезвый может так завестись, что не остановишь. - Да никто не видел, что они делают!

Берри возмущённо повернулся к ней, но потом как-то скис и нахохлился, машинально натягивая на плечи сползший китель. Почему-то ему стало противно, когда он вспомнил, что Джо только что сказал: "почти все участвовали". Сразу после войны Стив мало задумывался над тем, что творится на Юге. У него были свои проблемы. Потом его нашёл Нат, и Стив тащился вместе с Натом, потому что проще было предоставить руководство другому человеку, опытному и сильному, способному принимать решения. Потом, уже в Техасе, Стив как-то слился с остальными людьми, которых набрал Нат для "обеспечения безопасности во время налоговой компании". Большую часть времени он пребывал в подпитии и предпочитал не смотреть по сторонам. Мало ли, кому что не нравится. Раз здесь, на Юге, всё происходит именно так, значит, кому-то там, в Вашингтоне, это надо. А они всего лишь солдаты...

Но каждая стычка с южанами заставляла Стива нервничать и недоумевать. Он понимал, почему южане ненавидят янки. Захватчиков всегда ненавидят. Но за что сами янки ненавидят южан? Этого Стив не понимал, потому что сам никого не ненавидел. Тем более, побеждённых. Сейчас, после того, как самого Стива подвергли позорному наказанию, да к тому же он до сих пор был трезв, он воспринимал любые вести о несправедливости особенно остро. И весть о том, что парни, с которыми он пьёт и гуляет каждый день, ради собственного веселья выпороли каких-то конфедератов, заставила Стива ёжиться и сгорать от стыда. Он ведь тоже - один из этих людей, для которых избить и опозорить кого-то ради собственного удовольствия - обычное дело. Сам Стив кидался на людей только тогда, когда бывал пьян. На следующий день, протрезвев, он сам же с недоумением и абсолютно искренне спрашивал: "А что я сделал-то вчера?" В принципе, он был не злой и никогда в трезвом рассудке не пытался причинить зло кому-то другому.

Не удивительно, что Джо с ним так сухо разговаривает. Джо ведь южанин. Если ему всю ночь пришлось просидеть рядом со своими соотечественниками, крепко же тех отделали...

- Извини, - сказал Берри, глянув на Джо, но тут же опустив глаза. - Здорово их... избили, да?

- Ну да, неслабо, - подтвердил Джо, уже на порядок добродушнее, чем раньше, - но, по крайней мере, кости и зубы остались целы, жить будут. Сегодня утром они уехали домой.

Сказать, что реакция Бэрри удивила юного бандита - это ничего не сказать. От возмущения Джо потерял дар речи и перестал обуваться: да как этот янки смеет обвинять его, верного сторонника Конфедерации, в недосмотре за какими-то полоумными северянами! Да если бы у Джозефа была хоть тень подозрений, куда смылись чертовы "гвардейцы", он бы бросился выручать своих соотечественников со всех ног! Но всего знать невозможно - тем более что Клинффорд при всем своем презрительном отношении к янки, и то не мог предположить, что они решаться на такую явную провокацию бунта, тем более, охрана мэра, которая, по идее, должна защищать мирных жителей, а не пороть их своими руками. Но, видимо, раньше он просто был плохо знаком с новыми порядками на Юге...

Впрочем, возмущение Джо быстро улеглось, быстрее, чем к нему вернулась способность говорить. Он подумал, что был не совсем справедлив к Стиву - ведь судя по всему, тот не одобрял действий сослуживцев. Хотя, если судить по тому, что он бросился на Чарли, южанина, Клинффорд был склонен предположить, что Бэрри, скорее, был бы в числе избивающих тех парней, чем в числе воздержавшихся. Слова Люси по поводу того, что солдаты получили наказание за свое преступление, Джо пропустил мимо ушей - подумаешь, дали по морде или по чему там, для солдата - это мелочь.

- Я был занят на конюшне и не видел, чем там занимались остальные, - спокойно ответил он на вопрос Стива, хотя вроде бы это уже и не требовалось. Он помолчал с секунду и резко спросил: - А почему тебя так возмущает, что конфедератов выпороли? Ты же не южанин.

- А что, я радоваться должен? - в свою очередь удивился Стив. - Или есть разница в том, кого бьют? Я и сам врезать могу! Только по-честному, а не всем скопом на одного.

В свои двадцать пять лет Стив Берри прекрасно понимал, что никакой взаимной симпатии между северянами и южанами быть не может, потому что они были не просто северянами и южанами. Они были федералами и конфедератами, победителями и побеждёнными. Но если бы Берри знал, о чём думает Джо, то непременно возразил бы, что он-то кидался на Чарли Хезера один и никогда не стал бы присоединяться к толпе, которая кого-то решила побить. Но Джо вслух своих размышлений не озвучил. Хотя мысли Стива всё равно двигались в близком направлении. Мальчишка отказывал ему в элементарной порядочности и удивлялся, как этому янки не всё равно, что побили каких-то конфедератов. Удивляться было нечему, потому что янки и конфедераты только и делали, что били друг друга, совершенно не переживая за состояние противной стороны. Но Стив не мог просто смолчать на слова Джо.

- Какая разница, янки или южанин? - буркнул он, а потом повернулся к Клинффорду, так что от резкого движения китель слетел с его плеч. - Нат - тоже янки. И он был офицером. Но в шестьдесят четвёртом он отказался выполнять приказ... - Берри сообразил, что болтает лишнее и Нат не обрадуется, если узнает, что за его спиной обтрёпывают почём зря его биографию. Но останавливаться было поздно. - Он отказался жечь какой-то ваш южный городишко, вроде этого, и увёл своих людей, приказав под страхом расстрела на месте не трогать мирных жителей. Думаешь, он не знал, что его разжалуют и отдадут под трибунал? Знал! И все знали! Но он всё равно так сделал. А он, если хочешь знать, наверное лет пятнадцать дослуживался до офицера, с нуля начинал. И уж наверное это что-то для него значило. Знаешь, какой он был офицер?! У нас бородатые ветераны плакали, когда его... - Стив решил, что уже хватит, и отмахнулся. - А мерзавцы и среди южан имеются. Вон, Стоун - южанин. А та ещё сволочь!

Стив выдохся на своём монологе, и теперь гадал, стоило ли вообще раскрывать рот. Он никогда не был болтливым, особенно если речь заходила о его близких друзьях. А Ната он считал другом и старшим товарищем. Но наверное события последних двух дней выбили его из привычной колеи гораздо сильнее, чем он сам ожидал. Вспомнив о присутствии Люси, Стив покосился на неё и сказал почти умоляюще:

- Люси! Хоть раз в жизни не проболтайся о том, что я тут про Ната говорил! Он мне голову оторвёт и будет прав.

Судя по всему, Джозефу так и не суждено было надеть второй сапог. Потянувшись, было, за ним, он остановился на полдороги, с недоверчивым вниманием выслушивая эмоциональный рассказ Стива. Честно сказать, поверить в то, что северный офицер из одного только христианского милосердия пожертвовал своей армейской карьерой ради каких-то южан, было, по меньшей мере, сложно. Особенно учитывая, что янки не славились особым благородством в обхождении с местным населением. Клинффорд еще не забыл как во время войны от рассказов о том, что творят захватчики на оккупированных территориях, у него в жилах стыла кровь и появлялось желание убить побольше янки. Впрочем, именно это от него тогда и требовалось...

Дернув головой подобно норовистому жеребчику, Джо хмуро подумал, что Бэрри, наверное, приукрашивает действительность. Скорее всего, было что-то еще в этом деле, что объясняло странный поступок бывшего сержанта (если он вообще имеет место быть). Но озвучивать свои сомнения Клинффорд не стал, и так по всему было видно, что Стив без ума от командира и искренне верит в то, что говорит. Смысл с ним разговаривать?

Упоминание насчет Стоуна Джо пропустил мимо ушей - он еще не знал всех солдат мэра и их имена склеивались у него в голове в одну большую лепешку. С тем же фактом, что южане бывают предатели и дезертиры, Клинффорд столкнулся еще на войне, и это обстоятельство, хоть и оскорбительное для его патриотического сознания, всё же не являлось для юного бандита откровением.

- Ну да, люди бывают разные, - неохотно признал известную истину Джо и тут же осведомился с извечным любопытством: - А почему об этой истории с твоим начальником нельзя говорить? Может быть, тогда южане относились бы к нему получше.

"Не избивали бы, например, прикладами", - добавил Клинффорд мысленно. Вслух он этого говорить не стал, чтобы его слова не приняли за издевку.

- А тебе было бы приятно, если за твоей спиной начнут болтать, где и за что тебя разжаловали? - переспросил Стив. - Если бы Нат захотел - он бы сам всем рассказал. А так... Я знаю, потому что я там был. А кроме меня, наверное, только мистеру Фланнагану эта история и известна. Да и вообще...

Стив задумался. О себе Нат никогда ничего не рассказывал. Стиву было известно о своём друге и начальнике только то, чему он сам был свидетель или слышал от других сослуживцев Ната, в свою очередь бывших свидетелями его похождений. Нат был не из любителей откровенничать. Тем более, он никогда не пытался рассказами о своих подвигах набить себе цену или удивить собеседника.

- Мне кажется, Нат не из таких людей, - сказал Стив вслух, тут же сообразил, что скорее всего его вывод не понятен для Джо и добавил: - Он не станет рассказывать о себе всякие жалостливые истории, чтобы кто-то к нему лучше относился.

Люси за спиной у Берри тихо всхлипнула, утирая нос концом ленточки, которой был подвязан её чепец.

- Ты чего? - удивлённо спросил Стив, повернувшись к ней.

- Это тогда его?.. - Люси не договорила, потому что ужасно смутилась своих слёз, а чтобы говорить и не плакать при этом - у проститутки в этот момент не получалось.

- Чего "тогда"? - не понял Стив.

- Ну, я у него шрамы видела... - Люси нашла какую-то тряпочку и высморкалась в неё. - На спине. Это тогда его так отделали?

Берри хмыкнул, оглянувшись на Джо. Похоже было, что мальчишке суждено в один день узнать кучу подробностей из послужного списка Ната.

- Люси! Официально у нас порку в армии отменили... кажется, в 61-м году, - успокоил он проститутку, как лошадь похлопав её по плечу. - Хотя, конечно, неофициально... В общем, тебе это знать необязательно. Но не в тот раз. В тот раз не до того было. А ты сам чем во время войны занимался? - спросил он у Джо, чтобы увести наконец разговор от скользкой темы.

- Воевал, - тут же честно ответил Джо. - Не с начала войны, правда. В начале не взяли.

Подобная откровенность могла стоить Клинффорду дорого, он уже успел насмотреться, как здесь относятся к бывшим конфедератам, не говоря уже о подозрениях, которые теперь почти наверняка возникнут по поводу него у янки. Но соврать, что во время войны он сидел в тылу, было для юного бандита неприемлемым и хуже того, бесчестным. Тем более что Джо сказал, что ему семнадцать, а шестнадцатилетних в 64-м году уже призывали по всему Югу. Не притворятся же уклоняющимся от армии!

Подробности жизни Ната, так любезно рассказанные Джозефу Стивом и Люси, были, конечно, заняты, но не представляли стратегической ценности. Все-таки Клинффорда отправили по другому делу, а не узнавать, кого, сколько раз и за что в северной армии выпороли. Так что расспрашивать про бывшего сержанта дальше, Клинффорд ничего не стал - как не был он любопытен, но сейчас следовало подумать о себе.

- В конце войны Юг поставил в ружье всех, кто мог сражаться, - заметил Джо чуть пожав плечами. - Ты разве про это не слышал?

Конечно, усугублять свое положение признанием было глупо, но что делать? В конце концов, не могли же янки не знать, что за Конфедерацию воевали все мужчины Юга - от стариков до мальчишек. А после войны бывшие солдаты никуда ведь не делись. Так почему бы одному из них не держать путь на Ларедо через Городок?

Стив не успел ответить, потому что дверь распахнулась и на пороге появилась высокая фигура в белой рубашке с закатанными по локоть рукавами и слегка помятых брюках, и с левой рукой на перевязи. Окинув беглым взглядом честную компанию, он шагнул через порог.

- Стив! Ты не знаешь, куда делся часовой от входной двери? - спросил он тоном не злым, но весьма строгим.

Росс Фланнаган пребывал в состоянии крайнего раздражения. Бок у него болел, телеграмма от Бегунка пока не пришла и не сбежал ли он с деньгами, было неясно. Днём должен был приехать старик Тернер, встреча с которым помимо покупки земли предвещала разговор тяжёлый и муторный. А в случае, если Бегунок всё-таки скрылся, прихватив деньги мэра, эта встреча потянет за собой массу сложностей. Повалявшись у себя в комнате с пол часа в окружении собственных мыслей, Фланнаган пришёл к выводу, что надо бы сходить пописать. Спускаться вниз и тащиться на задний двор ему не особенно хотелось, но пользоваться днём ночным горшком - это, по понятиям Росса Фланнагана, было чересчур. Он же не лежит при смерти. Ему всего лишь сломала ребро эта тернеровская су... Нет, обзывать её Фланнаган всё-таки не стал, подумав про себя: "супруга". Он заставил себя встать и спустился со второго этажа по пристроенной снаружи к заднему фасаду дома лестнице.

Пока Фланнаган ходил туда-сюда, он заметил, что у двери в хозяйственную часть дома нет часового. Это не прибавило мэру хорошего настроения. Всё-таки дверь вела и к подвалу тоже, а в подвале находился арсенал. Тяжело вздохнув, мэр подумал, что люди его в конец распустились. Мало того, что стоило ему отлучиться на пол суток, как они устроили драку с избиением, так они ещё и совершенно не радеют о своих обязанностях, за выполнение которых, кстати, получают хорошие деньги.

Фланнаган зашёл внутрь цокольного этажа, всё ещё слабо надеясь, что часовой где-то тут. Но в коридоре никого не было. Пройдясь к лестнице в подвал и убедившись, что замок на месте, Фланнаган вернулся обратно. И тут услышал, что в одной из комнат вроде как разговаривают. Рассчитывая застать там часового, Фланнаган распахнул двери... но вместо часового увидел Стива Берри в обществе проститутки и какого-то незнакомого паренька в одном сапоге. О том, что Нат нанял нового конюха, он как-то забыл доложить Фланнагану, так что личность Джо для мэра оказалась совершенно незнакомой. Поэтому дожидаясь ответа Берри, Фланнаган внимательно оглядел незнакомого мальчишку с головы до ног.

Завидев мэра, Берри тут же поднялся, подхватив обратно на плечи китель.

- Когда я проходил, Джойс стоял у двери, сэр, - тут же доложил он.

Люси вспомнила, что вроде как ей давно пора быть в салуне, после чего бросилась собирать со стола пустую посуду. Мэра она безмерно уважала, и даже побаивалась. Но он никогда её не обижал, поэтому девушка рискнула вклиниться и пояснить:

- Вот Джо ночью дежурил рядом с теми двумя ребятами, которых наши парни избили. Так я ему завтрак принесла. Но я уже ухожу.

Она бросила на Джо ободряющий взгляд, подхватила посуду, протиснулась аккуратно мимо мэра и исчезла, будто её и не было.

Фланнаган мало обратил внимания на проститутку, хотя машинально слегка посторонился, чтобы она ненароком его не толкнула. Сейчас мэру меньше всего хотелось, чтобы его кто-то толкал.

- Найди Джойса, Стив, - распорядился он слишком спокойным тоном, чтобы это предвещало что-то хорошее. - Или попроси кого-нибудь, чтобы его нашли и прислали ко мне. И передай Мэрдоку, он там крутился в передней, чтобы пришёл сюда и занял его место. - Заметив, что Стив поглядывает на Джо, Фланнаган добавил: - Иди, я сам справлюсь. - Дождавшись, когда Берри уйдёт, Фланнаган спросил, так и не отходя от двери: - Так тебя зовут Джо? И что ты здесь делаешь? Тебя мистер Ганн нанял посидеть с ранеными?

- Да, сегодня ночью я сидел с ранеными, сэр, - спокойно подтвердил Джо, с любопытством рассматривая мэра (интересно было посмотреть на живого саквояжника). - А потом спал в этой комнате, - тут же он пояснил свое присутствие. - Сержант мне разрешил.

В том, что он разговаривает с мэром, Клинффорд не сомневался: кто бы еще стал так по-хозяйски распоряжаться в мэрии? Его появлению Джо был даже рад - это позволило ему не разговаривать более на скользкую тему своего военного прошлого. Торопливо обуваясь, юный бандит не забывал с интересом прислушиваться к происходящему. Та новость, что часовой опять пренебрег своими обязанностями, его порадовала (никакой дисциплины - что вчера с поста солдаты ушли, что сегодня). Правда, радость его длилась ненадолго - судя по сердитому настроению, Фланнаган собирался разобраться с нерадивым подчиненным. Мозолить глаза мэру Джо, разумеется, не собирался - тот был явно не в духе, а превращаться из "мальчика на побегушках" в "мальчика для битья" Клинффорду совсем не улыбалось. К тому же еще неизвестно, какими своими домыслами насчет нового конюха успел поделиться с начальником Нат, если, конечно, вообще счел нужным поделится. Так что если бы Фланнаган не пристал к нему с вопросами, Клиффорд бы тихо смылся вслед за Стивом. Но не игнорировать же начальника! Посчитав, что ответил ему исчерпывающе на все вопросы, Джо вежливо поинтересовался:

- Я могу идти работать?

Фланнаган чуть повернулся, снова загородив собой дверной проём. Теперь, чтобы сбежать, мальчишке нужно было минимум отпихнуть мэра в сторону. Взяв безжизненную левую кисть правой, Фланнаган слегка повернул её на перевязи. Он на столько привык поворачивать руку так и сяк, чтобы ремень меньше давил на запястье, что стоило ему задуматься - этот жест проскальзывал сам собой. А подумать, кстати, было над чем.

- Хочешь сказать, что ты у меня работаешь? - переспросил он, глядя на Джо своим пристальным взглядом. - И в какой же должности?

Нат, похоже, начал кампанию по подборке южан на работу в мэрию. Фланнаган ничего не имел против того, чтобы у него работали южане. В идеале он вообще собирался задержаться в Городке на неопределённо долгий срок. Может, на всю оставшуюся жизнь. И чем больше южан будут на него работать - тем лучше. От янки не было большого толку, они могли только страшилок из себя изображать. Но то, что Нат оставил на всю ночь неподалёку от арсенала какого-то мальчишку-конфедерата, мэру не понравилось. Да и мог бы сказать, кстати, что у них новый работник. Или парень - его близкий личный друг, в благонадёжности которого бывший сержант не сомневается? Тогда тем более мог предупредить. Хотя, как-то Фланнагану мало верилось, что этот молокосос мог оказаться в близких друзьях Ната. Разве что, Бэрри мог где-то подцепить этого щенка. Надо было спросить, но Бэрри уже ушёл.

У Фланнагана болел бок и ему уже надоело стоять на ногах. Но он не двинулся с места, предпочитая сперва выяснить, что тут вообще творится, раз уж его помощник не справляется.

Разумеется, убегать, сбивая мэра с ног, Джо в голову не пришло. Наоборот, он почувствовал себя спокойнее - судя по всему, о неблагонадежности нового конюха (как, впрочем, и о его найме) Фланнаган еще ничего не слышал. Выпрямившись (хотя он и так встал прямо, как только надел сапоги), Клинффорд ответил на вопрос мэра о том, на какую должность его приняли:

- Меня наняли убирать в конюшне и казарме, сэр. Вчера, - добавил он на всякий случай. - Так что, получается, я на вас работаю. Если, конечно, вы и есть мистер Фланнаган, - уточнил Клинффорд и вопросительно посмотрел на собеседника.

Юный бандит надеялся, что в ответ саквояжник просто кивнет ему и даст, наконец, дорогу. Жест, которым мэр коснулся своей руки, не прошел для Джо незамеченным, но он постарался не пялиться на его увечье, все-таки это неприлично. Хотя про себя отметил, что, вполне возможно, Фланнаган побывал на фронте, хотя это было и необязательно, конечно. Руку ведь можно повредить и в бандитской разборке, и в результате несчастного случая... Хотя на войне всё же вернее...

- М-да, - протянул мэр и даже кивнул задумчиво. - Я и есть мистер Фланнаган.

Судя по всему, Джо надеялся, что мэр наконец отпустит его. Конечно, какое дело мэру до нового конюха? Однако, мальчишка вёл себя шустро, не терялся и смотрел решительно. Явно не раболепствовал перед новой властью. Хорошо это или плохо - Фланнаган пока не решил, но хотел выяснить.

- Мистер Ганн - человек занятой, поэтому наверное не успел ещё доложить мне, что нанял нового работника, - проговорил он, задумчиво поглаживая левую руку. - Но мы можем избавить его от лишних хлопот, если ты сам мне расскажешь, кто ты такой, откуда, как оказался в Городке, почему нанялся именно ко мне. Не возражаешь, если я присяду?

Мэр жестом показал на стул, после чего прикрыл двери и прошёл внутрь комнаты, понадеявшись, что Джо всё-таки не сбежит. Сев левым боком к столу и положив покалеченную руку на столешницу, чтобы не висела и не давила своим весом на больное ребро, Фланнаган посмотрел на Джо, ожидая его доклада.

"Чтобы тебе сгореть!" - мысленно с чувством пожелал Джо, наблюдая за тем, как мэр присаживается, видимо, ожидая от нового работника обстоятельного рассказа, словно ему заняться больше нечем. Клинффорд старался везде, где только можно избегать лжи. Правда, вовсе не от любви к истине - просто боялся завраться в конец и вызвать подозрения. А тут приходилось врать, причем много. Разумеется, убегать юный бандит не собирался, он же здесь как бы честный человек. А зачем честному человеку боятся таких невинных вопросов?

- Меня зовут Джо Райт, - представился он охотно. - Родом из Джэксона. Направляюсь в Ларедо, по дороге подрабатываю. А почему нанялся именно к вам, - Клинффорд даже удивился, - а к кому еще наниматься? Бэрри сказал, что здесь в округе ни у кого работы больше нет.

Звучало немного наивно, но пусть уж лучше янки заподозрит его в глупости, нежели в злом умысле.

- Молодец! - похвалил Фланнаган. - Даже если врёшь - делаешь это правдоподобно.

Мэр не стал бы цепляться к какому-то наёмному конюху, будь у него получше настроение. Но собственное плохое самочувствие и, особенно, отсутствие часового на посту сделало Фланнагана въедливым и дотошным. Может быть, если бы Фланнагану было ещё хуже - он предпочёл бы поскорее вернуться в свою комнату наверху и прилечь, предоставив Нату самому заботиться об охране и обо всех остальных проблемах. Но Росс Фланнаган был крепким мужчиной в расцвете сил и одно-единственное сломанное ребро могло сделать его злым, но не могло уложить в постель. Поэтому он продолжал сидеть на стуле в остывающей постепенно комнате и смотреть на Джо пристальным взглядом.

- Значит, ты знаком с Бэрри? - Фланнаган нарочито вздохнул, размышляя о том, как быстро Стив Берри подбирает себе друзей среди южан. - Ладно, иди. - Он махнул рукой, отвернувшись, но вдруг передумал: - Нет, постой! Сколько тебе лет? Ты приносил клятву верности Союзу?

На счастье Джо, в этот момент в комнату засунулась кудрявая голова Мердока.

- Мистер Фланнаган! Там Джойс пришёл. Вы хотели его видеть, - проговорил он скороговоркой.

Разборка с нерадивым часовым была главнее, чем выяснение отношений с мальчишкой-конюхом. Мэр встал, поправляя перевязь, и шагнул к двери.

- Пусть поднимается ко мне в кабинет, - бросил он - и голова солдата исчезла. - Ладно, Джо! После того, как справишься с уборкой в конюшне - поднимись ко мне, - распорядился мэр напоследок. - Закончим наш разговор.

С этими словами Фланнаган обошёл Джо и последовал на выход.

Джозеф хотел, было, плюнуть саквояжнику вслед, но сдержался, посчитав такой поступок слишком уж мальчишеским для уважающего себя солдата. Возмущение, клокотавшее у него в душе, никуда не делось. Джо был до глубины души оскорблен упоминанием о присяге Союзу. Не много ли хочет проклятый янки? Правда, даже несмотря на охвативший его праведный грев, Клинффорда все же насторожило, что мэр к нему пристал. Неужели у него нет других занятий, кроме как расспрашивать всяких конюхов? Можно было, конечно, приписать это обстоятельство мерзкому нраву саквояжника и успокоиться, но Джо всё в первый раз серьезно задумался над тем, не слинять ли ему пока не поздно. Судя по "приглашению" зайти к нему в кабинет, Фланнаган собрался требовать с него Железную клятву, а присягать на верность чертовой Федерации в планы Клинффорда не входило. Он ушел в бандиты не для того, чтобы отрекаться от Конфедерации. Да и излишнее внимание мэра не предвещало ничего хорошего.

Но, поразмыслив, Джо понял, что не может убежать - если он под подозрением, то почти наверняка приведет с собой из Городка "хвост", что было на редкость нежелательно. Так что хочешь - не хочешь, а придется идти в кабинет мэру и объяснять, почему он не собирается присягать на верность Союзу, а там - будь что будет.

Приняв такое решение, Джо "расчесал" рукой свои светлые волосы, прихватил со стола шляпу и вышел из комнаты, направляясь в казарму. Несмотря на замечание мэра, уборку он решил начать именно оттуда.

НазадСодержаниеВперёд



© М.В. Гуминенко, А.М. Возлядовская., Н.О. Буянова, С.Е. Данилов, А Бабенко. 2014.