Литература и жизнь        
Поиск по сайту
Пользовательского поиска
На Главную
Статьи современных авторов
Художественные произведения
Зарисовки прошлого и настоящего
Библиотека
История Европы и Америки XIX-XX вв
Как мы делали этот сайт
Форум и Гостевая
Полезные ссылки

НАДЕЖДА ПОБЕЖДЁННЫХ

Глава пятнадцатая,
в которой Аббигейль Фронтайн знакомится с Сайбером и узнаёт о том, что случилось с её братом и гостем...


29 декабря 1865 года, примерно от трёх часов пополудни и далее

26 апреля 1865 года войска Джозефа Э. Джонстона капитулировали перед северянами в Дархэм Стейшн, Северная Каролина. Томас Харрисон и его Рейнджеры Терри не пожелали сдаваться и совершили дерзкий прорыв через штат Миссисипи. Но и они были вынуждены в конце концов сдаться. Война закончилась.

Элмар Сайбер не участвовал в этих заключительных событиях, хотя с самого образования полка Рейнджеров Терри воевал плечом к плечу с Марком Кэмероном. К моменту капитуляции полка Эл был дома, в Техасе, куда родные с величайшими трудностями доставили его, тяжело раненного, три с половиной месяца назад, в январе. Только к двадцатым числам апреля самый младший из детей Лайнола Сайбера смог встать на ноги. И случилось это исключительно благодаря горячей любви к нему его родителей, братьев, сестёр, племянников, племянниц, и прочих родственников.

Последнее ранение Эла в какой-то мере сослужило ему хорошую службу. Война всё равно была проиграна и каким бы ни был ценным для полка Эл, он не повлиял бы на её завершение. Зато, не отступая вместе с остальными, он и не капитулировал с полком, не приносил клятву Союзу и не возвращался обратно через два штата, как Марк Кэмерон. Он был уже дома.

Военное положение, новые налоги и прочие подобные неприятности пошатнули семью Сайберов меньше, чем некоторые другие семьи Техаса. Во-первых, Сайберов было много и сообща они нашли способ заплатить то, что с них требовали. Во-вторых, они держались вместе и даже в самые лихие времена это помогало выжить. В-третьих, с ними был Эл, обладающий благодаря своему спокойному и доброжелательному нраву способностью находить общий язык даже с янки, и при этом не поступаться ни собственной гордостью, ни интересами семьи. Рейнджеров распустили, и Эл, за неимением другого дела, активно взялся улаживать споры и конфликты с оккупационной властью.

В последний раз он ездил по делам семьи аж в Новый Орлеан, и как раз возвращался в Остин, когда наткнулся на мистера Джэфета Эскейпа, сопровождающего домой безудержно несчастного Кейси Тернера. Информация о том, что мэр Городка Фланаган купил у Тернера землю, крутилась в голове Элмара, пока он не спеша ехал своей дорогой. Что конкретно ему не нравилось? Может быть, то, с какой лёгкостью янки и саквояжники находят способы лишать техасцев земли. В этом округе жили свояки Сайберов - Симпсоны. Старший Симпсон был женат на Коре Сайбер, родной сестре Эла. По дороге в Новый Орлеан Элмар заезжал к родне на их ферму, но обратно как-то миновал Городок и решил, что не станет делать крюк и навещать их вторично. Может быть, зря, если такие дела творятся?

Эл остановил лошадь и оглянулся. Всё-таки пока он ездил туда-сюда, со свояками тоже могло что-то случиться. И как он посмотрит в глаза отцу и братьям, если окажется, что он мог сделать остановку и убедиться, что всё в порядке, а не сделал? Эти мысли заставили Элмара повернуть коня и направиться прямиком через прерию, по известным ему тропинкам, в сторону знакомого ранчо.

До усадьбы Симпсонов было не так уж и далеко, если учитывать то расстояние, которое Эл уже проехал. Симпсоны были примерно в трёх часах езды к Западу от "Мокрой Пади", хозяев которой Эл не знал. А "Мокрая Падь" примерно в двух часах к Западу от Городка. То есть, к Ньютону ближе всего было именно ранчо Симпсонов. Таким образом, Эл оказывался на несколько часов ближе к своей цели, чем Бегунок и Тернер - к своей. Им нужно было попасть почти что к реке Сабин. Лошадь Эла хоть и устала, была достаточно вынослива и, несмотря на тощий вид, двигалась активно. Так что примерно к трём часам дня Элмар выехал на знакомый пригорок, как раз перед фермой свояков. Похлопав мокрую лошадиную шею, он с облегчением вздохнул: дом и пристройки стояли целые, никто их не поджёг, а во дворе, судя по всему, возился кто-то из хозяев. Эл пустил коня вниз с пригорка и ещё минут через десять заехал на знакомый двор, тут же и столкнувшись с самым старшим Симпсоном, женатым на его сестре.

- Элмар! - радостно воскликнул тот, оставляя хомут, который намеревался отнести в конюшню. - Рад тебя видеть, парень! Ты же вроде не собирался заезжать второй раз? Ничего не случилось?

- Мне захотелось убедиться, что у вас ничего не случилось, - признался Эл, спрыгивая с седла и с улыбкой обнимая свояка. - Как миссис Симпсон?

- Пошли в дом. У нас тут гостья, новая соседка, миссис Фронтайн. Вдова. Брат поехал в город и попросил приютить её у нас на пару дней, чтобы она не оставалась одна на ферме. Жена как раз сидит с ней на кухне.

- Ну хорошо, пойдём, поздороваемся, - согласился Элмар.

Мужчины вошли в дом и предстали перед миссис Симпсон и миссис Фронтайн. Эл вежливо снял шляпу и тут же подошёл к незнакомой худенькой женщине.

- Я - Элмар Сайбер, - представился он, намереваясь поцеловать леди руку. - Брат миссис Симпсон. Рад с вами познакомиться, мэм.

Его зелёные глаза приветливо смотрели на женщину, а на подвижном лице жила мягкая, сдержанная улыбка.

Эйбби приветливо улыбнулась в ответ брату миссис Симпсон, протягивая ему руку.

- Меня зовут Аббигейль Фронтайн, я приехала с фермы "Мокрая Падь", - представилась она в свою очередь. - Рада знакомству.

Несмотря на смутное беспокойство, которое в ней вызывало отсутствие вестей от брата, Аббигейль чувствовала себя в гостях довольно комфортно. Симпсоны были радушны и не выражали недовольства по поводу навязанной им гостьи, а сама миссис Фронтайн охотно помогала им по хозяйству. Эйбби выросла в Саванне, приморском городке, где общительность не ставилась никому в упрек. Небольшой порт, около сотни лет назад бывший прибежищем пиратов, а в довоенное время являющийся одним из респектабельных городов Юга, он был отделен от остального мира болотами, сосновыми лесами и морем. Наверное, по причине этой вынужденной изоляции Саванна была как паутиной тесно оплетена сетью семейств, находящихся друг с другом в самых разнообразных связях - будь то кровные или дружеские узы. И все эти семьи с удовольствием и часто общались между собой. И, разумеется, сейчас, вырванная из круга родственников и друзей, Аббигейль чувствовала себя немного одиноко. Она не жаловалась - не хватало еще беспокоить других из-за подобных мелочей, когда жизнь и так тяжела, но всё же посещение соседей доставило ей почти детскую радость. Правда, радость эта была омрачена некоторой тревогой за брата и мистера Кэмерона. Со слов Джона Эйбби поняла, что он собирается утром съездить в форт и потом забрать ее домой. Тем временем, солнце уже начинало клонится к закату, а брат всё не ехал. Вполне возможно, что его задержка объяснялась какими-нибудь естественными причинами, например, что в Ньютоне такая неразбериха, что уплата налогов занимает много времени, но миссис Фронтайн опасалась худшего. Марк и Джон запросто могли влезть в драку (с тем же мистером Ганном) и сейчас благополучно сидеть в тюрьме.

Впрочем, Аббигейль считалась милейшей женщиной Саванны не зря, и не в последнюю очередь из-за своей неизменной приветливости. Какая бы тоска не отравляла ее кровь, какая бы печаль не снедала душу, хороших манер она не утрачивала. Поэтому Аббигейль любезно осведомилась у мистера Сайбера, поддерживая беседу:

- Вы приехали издалека, сэр?

- Я ездил по делам в Новый Орлеан, - ответил Эл, склонившись и аккуратно поцеловав руку женщины. По части хороших манер ему, воспитанному в простой техасской семье, конечно было не дотянуться до жителей Саванны. Но многие вещи он чувствовал интуитивно, а недостатки искупал искренностью и простотой. Выпрямившись, он продолжил: - Сейчас возвращаюсь домой. У моих родных большая ферма в двадцати милях от Остина.

После того, как гостья познакомилась с Элмаром, миссис Симпсон воспользовалась моментом, шагнула к брату и положила руку ему на плечо.

- Рада, что ты заехал, - сказала она, не без удовольствия подставляя ему лицо.

Эл на пару секунд обнял сестру и поцеловал в лоб. Кора была старше его на одиннадцать лет, но это не мешало женщине считать брата своим покровителем. Он был мужчиной, и по её мнению, одним из лучших. Мистер Сайбер снова повернулся к Эйбби. Но сестра уцепилась за его одежду и потянула с плеч.

- Может, ты снимешь плащ и присядешь? - предложила она. - Не поскачешь же ты никуда на ночь глядя. Такая поездка, а ты только-только оправился от ран.

- Сестричка, я на ногах уже пол года, - напомнил Эл серьёзно, хотя его зелёные глаза смеялись. Он позволил Коре стащить с себя плащ, который женщина с радостью сунула мужу, чтобы тот повесил на вешалку.

- А до этого пролежал несколько месяцев. - Коре было немного досадно, что она находилась далеко от родительского ранчо и, пока все ухаживали за тяжело раненым младшим братом, ей удалось навестить его всего один раз. - Простите, миссис Фронтайн, - проговорила миссис Симпсон, опомнившись. - Мы так редко видимся в последнее время. Аль, я сварю тебе кофе, - добавила она, в порыве нежности к брату назвав его уменьшительным именем, которым Элмара иногда звала их мать.

Поскольку гостья не вставала при его появлении и не надо было дожидаться, когда она присядет первая, Эл улыбнулся сестре и тоже сел на свободный стул. Мистер Симпсон спешно отправился во двор, принести ещё дров для плиты, отложив на время свои дела по хозяйству. Было видно, что он тоже рад приезду свояка. Элмар провёл пальцами по не слишком чистым русо-выгоревшим волосам, и стал рассказывать, обращаясь к гостье, мягко, хотя уже без улыбки:

- Мы потеряли много родных в этой войне. Один из моих братьев вернулся калекой. Рук на ферме не хватает и мне пришлось взять на себя все переговоры с новыми властями, из-за налогов и прочего. Приходится много ездить. Поэтому Кора так волнуется. Но я могу порадовать свою сестричку. Кора, милая! Я нашёл приличный рынок сбыта для нашего скота. Цены невысоки, да и далеко, но это лучше, чем ничего. - Он тут же повернулся к Эйбби. - Рад, что у "Мокрой Пади" новые хозяева. Надеюсь, вам понравится Техас. Здесь сейчас такая же неразбериха, как и везде, но всё-таки немного потише. И, кстати, если понадобится помощь... - Он с лёгкостью вмешивался в чужие дела, но по мнению Эла времена сейчас были тяжёлые, так что не до церемоний. - Миссис Фронтайн! Как на "Мокрой Пади" обстоят дела с новыми налогами?

Аббигейль смущенно опустила глаза, не зная как ответить на этот вопрос. С налогами дела обстояли скверно, но говорить о таких вещах легко и просто Эйбби не позволяла гордость - все-таки не в обычае Риддонов было жаловаться первым встречным на свои трудности. Но, с другой стороны, сказать, что всё замечательно, миссис Фронтайн тоже не могла - это означало бы солгать, а лгать без нужды вдове бы не хотелось. Тем более что новый знакомый показался Аббигейль добрым человеком, недаром же его так любит сестра. Зачем его обманывать?

- Да, за нашу ферму тоже назначили большой налог, за все годы войны, - сказала она, наконец, справившись со смущением, - но так, наверное, везде...

Кора могла бы не извиняться за то, что разговорилась с братом. У миссис Фронтайн еще свежи были в памяти воспоминания о том, как вернулся домой Джон. Тогда Эйбби тоже не хотелось с ним расставаться, и она едва сдерживала себя, чтобы поминутно не ходить за ним по пятам. С грустью вспомнив о муже, дяде и всех прочих родных и близких людях, не вернувшихся с войны, Аббигейль сочувственно кивнула мистеру Сайберу:

- Да, теперь на Юге не хватает многих, увы. Спасибо за предложение помощи, - мягко поблагодарила она. - Мы с Джоном, моим братом, очень признательны.

Эйбби сомневалась, что этот милый человек может им чем-то помочь, но все равно его слова приятно согрели сердце. Правда, разговор о налогах изрядно встревожил миссис Фронтайн, заставив в очередной раз вспомнить о странной задержке Джона. Она встала со стула и подошла к окну.

- Брат должен был съездить в Городок и в Ньютон и забрать меня, но что-то запаздывает, - пояснила Аббигейль свое беспокойство, - я волнуюсь, не попали ли они с мистером Кэмероном в беду. Вы ведь недавно были в тех краях, мистер Сайбер, - осведомилась Эйбби. - Не слышали, там все спокойно?

- Кэмероном? - Элмар выпрямился, словно услышал звук трубы. Но тут же опомнился: миссис Фронтайн задала ему вполне конкретный вопрос, на который следовало ответить. Он покачал головой, улыбнувшись с сожалением. - Увы, я на обратном пути перешёл Сабин южнее и не заезжал в Городок. Жаль.

Миссис Симпсон лично не знала Марка Кэмерона. В семье обычно были осведомлены о всех знакомых Эла, тем более рейнджерах. Но Кора рано вышла замуж и уехала слишком далеко от ранчо отца, поэтому когда с Риддоном и Эйбби приехал какой-то Марк Кэмерон - она просто не придала этому значения, впервые услышав это имя. Да и Марк никак не увязал миссис Симпсон со своим другом Элмаром. Тот никогда не настаивал, чтобы друзья знали всех его сестёр и братьев поимённо. Марк с Джоном пробыли у Симпсонов несколько минут и сразу же уехали. Тем не менее, Кора моментально уловила, что брата чем-то взволновала фамилия Кэмерон. Оставив кофейник, она внимательно посмотрела на Эла.

А Элмар Сайбер подумал, что фамилия Кэмерон не такая уж распространённая в Техасе. Да и брат Марка - Сэлливан Кэмерон - вряд ли уедет так далеко от собственного ранчо и собственных проблем, чтобы вдруг появиться в окрестностях Городка и броситься улаживать дела "Мокрой Пади". Поэтому Эл переспросил у Эйбби:

- Марк Кэмерон? Такой высокий здоровяк с тёмными волосами и наверняка с бородой?

Он смотрел с надеждой. Вестей от Марка не было с тех пор, как они виделись в последний раз, в том самом бою, когда Эл был тяжело ранен. Он слишком ценил друзей, поэтому искренне надеялся, что наконец-то узнает, что Марк жив.

К теме о налогах он намеревался ещё вернуться. Элмару то и дело приходилось улаживать дела техасских налогоплательщиков, чтобы тут же навострить уши на словосочетание "большой налог, за все годы войны". Далеко не везде фермеров так откровенно обирали. Местами власти всё-таки вели себя разумно и не требовали выложить единовременно огромную сумму. Хотя бы попытаться как-то помочь миссис Фронтайн Элмар Сайбер посчитал себя обязанным.

- Да, - кивнула Аббигейль в ответ на предположение Сайбера, - именно так Марк Кэмерон и выглядит, только уже без бороды. Вы его знаете?

Но собеседник не успел бы ответить Эйбби на этот вопрос, даже если бы захотел. В окно миссис Фронтайн увидела всадника, чья фигура показалась ей знакомой.

- Это же Сэм! - воскликнула она, не в силах сдержать взволнованный возглас, - Сэм - наш негр. Наверное, привез вести с "Мокрой Пади".

Учитывая солидный возраст Сэма, который прошел всю Мексиканскую компанию с полковником Риддоном, Эйбби понимала, что заставить его залезть на лошадь и проехать несколько миль верхом, мог заставить только очень важный повод . От беспокойства непроизвольно сцепив руки, Аббигейль стала ожидать, когда вестник войдет в кухню. Мысли ее беспорядочно метались, выстаивая одно предположение за другим, но в одном всё же сходились: новости, привезенные Сэмом, иначе как дурными, быть не могут.

Нельзя сказать, чтобы негры Риддонов были так уж склонны к панике, но, прождав всю ночь Джона и Марка, они уже не знали, что и думать. Поэтому, когда молодые люди заявились на "Мокрую Падь" избитые и в почти бессознательном состоянии, Роза и Сэм ужасно испугались. А что если они не доживут до утра? А что если на ферму снова нагрянут янки? Растерявшись от всех этих "если", Роза отправила Сэма за миссис Эйбби, а сама осталась ухаживать за Джоном и Марком.

Торопливым шагом (хоть это и давалось ему с трудом) Сэм вошел на кухню и стянул с головы свою рваную шляпу.

- Доброе утро и вам, мэм, и вам, сэр, и вам, мэм, - степенно поприветствовал он присутствующих и перевел взгляд на хозяйку. - Миссис Эйбби, я за вами. Там с мистером Джоном и мистером Кэмероном совсем плохо. Они подрались в Городке и... - пожилой негр не стал договаривать, помня о присутствии посторонних людей. - В общем, ехать вам надо.

Вид у Сэма был одновременно извиняющийся и несчастный. Риддоны были его семьей, и их беды он принимал, как свои собственные. Тем более, ему было тяжело видеть, как его вести испугали хозяйку.

Сразу вообразив себе худший вариант, что Джон и Марк при смерти, Аббигейль смертельно побледнела. Чувствуя, что у нее темнеет в глазах, она беспомощно ухватилась за спинку стула, но усилием воли взяла себя в руки. Сейчас не до обмороков и слез, ей нужно спешить домой.

- Хорошо, Сэм, я уже еду, - сказала миссис Фронтайн мягким голосом. - Иди, запрягай нашу повозку.

Сказав это, Эйбби повернулась к хозяйке дома, чтобы поблагодарить ее за гостеприимство, но не в силах была проговорить ни слова. Аббигейль казалось, что как только она попытается что-то сказать, то сразу расплачется.

- Дорогая! Как же вы поедете одна на ночь глядя?! - испугалась миссис Симпсон, подходя к Эйбби и беря её за руки. От сочувствия и страха за семью гостьи у неё выступили слёзы на глазах.

Эл молча поднялся со стула и забрал свои шляпу и плащ. Он готов был к худшему, едва миссис Фронтайт сказала, что едет её негр. Поэтому слова Сэма его не удивили. "Конечно, где Марк - там неприятности, - подумал он про себя. - Как он вообще добрался до Техаса?" Но Элмар не стал озвучивать мысли вслух. Вместо этого он шагнул к выходу, не обратив внимания на тревожный взгляд сестры.

- Я помогу вашему Сэму запрячь лошадь, - сказал он, на ходу одевая плащ. - С вашего позволения, миссис Фронтайн: Кора права. Я поеду с вами. Сестричка! Помоги миссис Фронтайн собраться. Через три минуты можно будет ехать.

Он быстро вышел, и можно было услышать, как он попросил у мистера Симпсона свежую лошадь вместо своей, которая уже проделала длинный путь и порядком устала. Мужчины ушли.

- Может быть, всё не так плохо? - попробовала поддержать миссис Аббигейль Кора, хотя понимала, что её слова звучат не слишком убедительно. - Если надо, я попрошу мужа, чтобы он тоже поехал с вами.

Она быстренько отыскала верхнюю одежду гостьи, и растерялась, не зная, чем ещё можно помочь. Тревожные вести сбили её с толку и напомнили, что все они здесь на очень скользком положении и любого из их мужчин янки могут в любой момент избить или повесить без всякого повода.

Во дворе Элмар Сайбер живо справился с запряжкой, так что Сэму осталось только стоять в сторонке. А мистер Симпсон вывел из сарая свою лошадь под седлом Эла и проверил, хорошо ли сидит в своём чехле карабин.

Сэм нисколько не огорчился тому, что Элмар взял на себя заботы о повозке - будучи "домашним" негром, из прислуги, он привык к тому, что грязная работа не по его части, и потому выполнял ее с неохотой. Да и двигался незнакомый парень куда быстрее, а время было дорого.

О цене времени помнила и Аббигейль, поэтому она не стала долго задерживаться с сердобольной хозяйкой. Благодарно пожав ей в ответ руку, миссис Фронтайн сказала:

- Спасибо, миссис Симпсон, вы очень добры, но я уверена, что помощи мистера Сайбера нам вполне хватит. Мы справимся, - добавила она, убеждая то ли Кору, то ли себя.

От сочувствия доброй женщины у Эйбби защемило сердце, но она все же удержалась от неуместного проявления чувств. Торопливо надев накидку и шляпку, миссис Фронтайн сердечно попрощалась с хозяевами дома и села с помощью Сэма в повозку. Ей не терпелось выспросить у негра подробности произошедшего с Марком и Джоном несчастья, но, вместе с тем, Аббигейль боялась узнать слишком много. Страх потерять брата, такой постоянный во время войны и слегка притупившийся в мирное время, сейчас обострился с новой силой. Чувствуя, что погружается в отчаянье, такое черное, словно комья техасской земли уже застучали о крышку гроба последнего мужчины их рода, Эйбби поспешила себя успокоить. Возможно, ничего страшного не произошло, и негры преувеличивают. Будь всё действительно очень плохо - Сэм бы сказал, что прямо, что де Джон и Марк умирают. Кстати вспомнив о мистере Кэмероне, Аббигейль испытала приступ раскаяния: зачем она впутала его в это дело? Не в силах больше оставаться в неведении миссис Фронтайн принялась расспрашивать Сэма (когда они уже отъехали от дома Симпсонов на порядочное расстояние):

- Что же все-таки случилось с мистером Джоном и мистером Кэмероном? Они ранены?

При вопросе хозяйки Сэм встрепенулся, но отвечал с заминкой.

- Ну как вам сказать, мэм. Янки их крепко побили, но ничего, кажется, не сломали, - задумавшись, добавил старый негр. - Просто, перед тем как отпустить (Сэм покосился на спину ехавшего впереди Сайбера, но решил не делать тайны из того, что и так станет достоянием гласности), перед тем как отпустить, их еще и сильно выпороли.

Негр развел руками и с сочувствием посмотрел на хозяйку. Ему было тяжело расстраивать Аббигейль еще больше, но делать было нечего. Все равно она узнает об этом рано или поздно.

Эйбби посмотрела на своего бывшего раба несколько отстранённым взглядом. Как она ошибалась, когда думала, что янки уже унизили их всеми возможными способами! Как выяснилось, всё еще только начинается... Глубоко вздохнув, чтобы справится со слезами, миссис Фронтайн машинально поправила на руке вытершуюся перчатку.

- По крайней мере, они живы, - сказала она, наконец, пропустив в этой фразе столь пугающее ее "пока что". - А как же так получилось? Где на них напали? Кто это был?

Аббигейль не знала, что порка полагается за драку, поэтому недоумевала совершенно искренне.

- Я толком и не знаю, мэм, - сокрушенно пожал плечами Сэм. - Жентмуны были в таком состоянии, что ничего толком не сказали.

Негр хотел, было, поведать хозяйке, как они с Розой встречали окровавленных и едва живых парней, но во время прикусил язык. Незачем расстраивать ее еще больше.

- Я ничего больше не знаю, - повторил он еще раз.

- Хорошо, я расспрошу их сама, - рассеянно сказала Эйбби и задумалась. Честно сказать, о присутствии мистера Сайбера она слегка позабыла.

Эл внимательно слушал разговор, но ехал не оборачиваясь. Что же, он уже видел виселицы, видел людей, посаженных в тюрьму ни за что, видел ошалевших от собственной наглости "вольных" негров и солдат-янки, пристающих к женщинам-южанкам. Теперь он столкнулся с ещё одним способом, которым оккупационная власть пытается выбить из бывших конфедератов их гордость и достоинство. На обычно улыбчивом лице мистера Сайбера появилось выражение боли и мрачной решимости. Но никто этого не видел. Только дорога простиралась впереди, пустынная и тихая, будто война действительно закончилась и вокруг царит мир. Но мира-то как раз и не было. Борьба перешла на новый уровень и закончится ли хоть когда-нибудь? "Должна закончиться! - подумал Элмар со свойственным ему упрямством. - Всех они не перебьют и не запугают. Дайте только время..." Вопрос в том, сколько потребуется времени на то, чтобы янки поняли, что чем больше они свирепствуют - тем сильнее будут их ненавидеть, и тем более жёсткий отпор получат они вместо покорности.

Вдали показалась "Мокрая Падь" и Элмар невольно подстегнул лошадь, заставив бежать быстрее. Он хотел увидеть Марка и по возможности услышать более обстоятельный отчёт о том, что же произошло. Ещё немного - и они въехали во двор. Мистер Сайбер остановил лошадь и соскочил на землю, чтобы помочь сойти миссис Фронтайн. Лицо его успело уже принять спокойное выражение, боль и гнев затаились внутри, скрытые от посторонних глаз.

Лицо Аббигейль, напротив, выражало нетерпение, которое она даже не пыталась скрыть. При виде "Мокрой пади", которую с недавних пор она (да и Джон с неграми тоже) называли "домом", сердце вдовы учащенно забилось. Торопливо подобрав юбки, она с обеспокоенным видом спустилась с повозки, опираясь о руку мистера Сайбера. Навстречу хозяйке уже спешила Роза, которая выскочила из дома, едва заслышав стук копыт.

- Ох, мисс Эйбби, - запричитала она еще издалека. - Как хорошо, что вы приехали. Это что же твориться-то такое! Совсем от янки житья не стало - среди бела дня людей избивают!

Возможно, старая негритянка и не сокрушалась бы так по поводу того, что кого-то там избили, если бы пострадавшим не оказался Джон Риддон, с детства бывший у нянюшки любимчиком. Переживая в первую очередь за него, Роза обняла свою тоненькую хозяйку за плечи и расплакалась.

Чувствуя, как у нее самой начинают дрожать губы, Аббигейль все же постаралась успокоить няню. Мягко погладив ее по плечу, она сказала:

- Все будет хорошо, я уверена. Такие крепкие молодые люди не умирают от какой-то порки. Их ведь не покалечили и не убили, это главное.

Негритянка кивнула, а Эйбби, не будучи до конца убеждена в том, что говорит правду, повернулась к мистеру Сайберу.

- Спасибо, что помогли нам добраться до дома, сэр, - сказала она, глядя на него своими серьезными карими глазами. - Мы с Сэмом очень вам признательны. Я сейчас поднимусь наверх к брату и мистеру Кэмерону, посмотрю в каком они состоянии, но опасаюсь, что моих знаний тут не хватит. Может понадобиться доктор... Вы не знаете, здесь в окрестностях есть хоть какой-нибудь врач? - спросила она с надеждой.

Эл слышал, что в Городке есть цирюльник, который может пустить кровь или выдернуть зуб, и аптекарь, но ни один настоящий врач ещё не польстился на практику в этой глухомани.

- Миссис Фронтайн, - сказал мистер Сайбер мягко. - Даже если за последние две недели здесь появился врач, нам не следует обращаться к нему раньше, чем мы не выясним, что случилось. Пойдёмте. У меня есть кое-какой опыт по части ранений.

Он снял с седла свои сумки, в которых по ещё в рейнджерах заведённой привычке возил небольшой набор средств на случай ранений или травм, и жестом показал, что готов следовать за хозяйкой дома. И не стал говорить ей, что однажды уже видел человека, который умирал после порки. Элмару нужно было самому убедиться, что брату этой милой женщины и его другу не грозит подобная участь. А поскольку общение с многочисленной семьёй и кучей знакомых сделала Элмара Сайбера человеком простым и до некоторой степени даже бесцеремонным, он сам пошёл в сторону дома, мимоходом ласково погладив по плечу чернокожую служанку, чтобы немного её подбодрить. Разумеется, чтобы погладить по плечу саму миссис Фронтайн, даже его бесцеремонности не хватило.

Войдя в дом, Эл тут же водрузил на ближайший гвоздь свою точно такую же, как у Марка, шляпу, а заодно и плащ, после чего последовал за Эйбби.

На слова мистера Сайбера насчет врача Аббигейль лишь согласно кивнула - безусловно, сначала пострадавших нужно осмотреть. И о чем она только думала, заикаясь о каком-то докторе в такой глуши? Совсем потеряла голову... Проведя большую часть жизни в приличном городе, Эйбби так привыкла в подобных ситуациях посылать кого-то за врачом, так что высказала свое предложение почти бессознательно. Торопливо сбросив с себя верхнюю одежду, миссис Фронтайн вручила ее Розе и, прихватив с буфета лампу, пошла вперед, показывая мистеру Сайберу дорогу.

Эйбби не знала, в какую конкретно комнату положили раненых ее суматошные негры, но предположила, что в спальню Джона. И не ошиблась: именно под закрытой дверью этой комнаты виднелась узкая полоска света. Правда, перед тем как войти, Аббигейль слегка помедлила, собираясь с духом перед будущим испытанием, но потом решительно повернула ручку. Поставив лампу на стол, она огляделась в полутемной комнате с наглухо закрытыми ставнями. Для удобства ухода Джона и Марка положили в одной комнате, притащив из соседней спальни еще одну кровать, поэтому миссис Фронтайн достало одного взгляда, чтобы в полной мере оценить все те издевательства, которым подверглись бывшие конфедераты. На секунду испуганно прижав пальцы к губам, Аббигейль бросилась к раненным, проверяя живы ли они. Несмотря на то, что ей было ужасно больно смотреть на избитые тела брата и мистера Кэмерона, глаз Эйбби упорно не отводила. Правда, весь ее небольшой медицинский опыт был бессилен. Воспитанница дядюшки Риддона, за всю жизнь не выпоровшего ни одного негра, не то что бы не лечила подобные раны - она их просто ни разу до этого не видела. Поэтому миссис Фронтайн подняла вопросительный взгляд на мистера Сайбера, ведь он упомянул, что немного разбирается в разного рода травмах.

- Что нам делать дальше? - осведомилась у него Аббигейль тихим, но решительным голосом.

Разумеется, спокойствие Эйбби было не более чем блефом, но позволить себе разрыдаться сейчас, именно в эту минуту, она не могла. Если заплачет хозяйка, заголосят негры, нерешительно толкущиеся в дверях, а это явно не поспособствует исцелению страждущих, не говоря уже о том, что отсрочит даже ту посильную помощь, которую им можно оказать. Поэтому подавив слезы (уже в который раз за последние дни), миссис Фронтайн приготовилась действовать.

Элмар мимолётно пожал запястье женщины, понимая, как ей сейчас тяжело, потом положил свои сумки и опустился на колено перед первой же кроватью, на которой лежал Джон Риддон. Приподняв мокрую тряпку, которую Роза положила на спину раненого, чтобы хоть немного облегчить его страдания, он осмотрел, в каком состоянии струпья и пришёл к выводу, что воспаление мистера Риддона почти миновало, хотя стянувшие кожу струпья должны здорово болеть. Эл не давал волю эмоциям, когда нужно делать дело, но ему пришлось стиснуть зубы, чтобы не чертыхнуться на проклятых янки. Всё равно до янки его ругательство не дойдёт, а если бы и дошло - вызвало бы только дурацкие усмешки или издевательства. Разумеется, северяне не чувствовали угрызений совести за то, как обращаются с южанами. Но бить людей кнутом - это по мнению Элмара было уже слишком.

Сайбер коснулся тыльной стороной ладони щеки мистера Риддона, попутно глянув на синяки на его боках, после чего тихонько окликнул раненого:

- Сэр! Вы меня слышите? Я - Элмар Сайбер, брат миссис Симпсон. Миссис Фронтайн! - Продолжая стоять на коленях рядом с кроватью, Эл повернулся и снизу вверх посмотрел на женщину, стараясь определить, не упадёт ли она в обморок. - У вас в доме наверняка найдётся уксус. Нужно сделать пару примочек на эти синяки. - Не касаясь тела Джона, он показал на припухшие чёрные пятна у него на боку и под мышкой. - Я посмотрю, как дела у мистера Кэмерона, а потом займусь вашим братом. И пусть мисс Роза, - он назвал негритянку "мисс" просто потому, что ему было так проще, - пусть мисс Роза поищет какого-нибудь жира и поставит на плиту. Его надо разогреть, а когда нагреется - сказать об этом мне.

Он поднялся и перешёл к другой кровати. Судя по тому, что Марк никак не реагировал на голоса, дело обстояло не слишком хорошо. И Эл сразу в этом убедился, присев рядом и едва коснувшись лица своего друга. Раны на спине Марка воспалились и его мучила лихорадка. Элмар Сайбер тихонько вздохнул. Ему не понравилось состояние Кэмерона. И не понравилось, что Марк здорово похудел с тех пор, как они не виделись. Точнее сказать, Марк никогда не обременял себя лишним жирком и всегда пребывал в хорошей форме, но сейчас был гораздо худее себя самого, хотя в ту пору, когда они виделись, весь полк сидел на голодном пайке и жиреть тоже было не с чего.

- Марк! - позвал Элмар тихо, надеясь, что друг услышит его. - Что же ты, Марк? Вечно выскакиваешь вперёд. Придётся мне тобой заняться. - Он провёл ладонью по тёмным волосам Марка, чувствуя бессильную ярость и боль за друга.

Последние несколько месяцев не прошли даром для Марка Кэмерона. Он привык полагаться на свою выносливость, просто не задумывался, когда нужно было поднапрячься и терпеть неудобства, боль, голод, постоянные ночёвки под открытым небом в любую погоду. Но у каждого человека есть свой предел, хочет он осознавать это или нет. И предел наступил даже для такого выносливого человека, как Марк Кэмерон. Возвращаясь в Техас, он почти пол года недоедал, спал зачастую в чистом поле или в лесу, хоть в жару, хоть в проливной дождь. Он стеснялся просить еду у и без него голодающих южан, поэтому зачастую довольствовался тем, что может поймать. Купить еду тоже можно было далеко не всегда и не везде. Он дважды был ранен, при чём второй раз отлёживался не больше суток, а потом снова двинулся в путь, потому что в том поселении, где сердобольный доктор-южанин вытащил ему пулю, было битком набито солдат-янки и цеплялись они к каждому, кто только показывался в пределах досягаемости. Марк предпочёл поехать дальше, понадеявшись, что рана затянется в дороге, если не сильно напрягаться. После того, как утонула его лошадь, он вообще некоторое время вынужден был идти пешком и оказался не в состоянии даже охотиться, чтобы себя прокормить. И как на зло, проходил через местность, разорённую на столько, что даже кукурузной лепёшки было не у кого попросить.

За последние четверо суток он поел всего один раз, здесь, на "Мокрой Пади", перед тем, как уехать с Джоном Риддоном в Городок. А в Городке его сперва избили, а потом ещё и зверски выпороли. И опять-таки, пришлось наутро тащиться из последних сил обратно на ферму.

И всё-таки Марк Кэмерон оставался очень выносливым человеком. На столько выносливым, что не терял сознания, несмотря на жар и воспалившиеся раны. Но он достиг предела своих возможностей и не в состоянии был адекватно среагировать даже на внезапное появление друга, о котором не имел вестей и про себя готов был посчитать погибшим. Слишком тяжелы были раны Элмара, когда его вытащили из последнего их совместного боя. Марк не в состоянии был даже испытывать стыд перед миссис Фронтайн, которую так подвёл, впутавшись в драку и впутав в неё Джона Риддона.

И всё-таки, когда Эл окликнул его и коснулся, Марк чуть шевельнулся и попытался повернуть голову. Это удалось, хотя вздох, который вырвался у Марка, больше походил на стон.

- Привет... - шепнул он другу, в этот раз вполне сознательно и упрямо не желая ускользать в беспамятство. Почему-то ему казалось, что если он позволит себе провалиться в забытьё, то уже больше не очнётся. - Как... мистер Риддон?

- Ну, если ты в состоянии заботиться о других, значит, не всё потеряно, - сказал Элмар серьёзно, проглотив комок, который вдруг появился в горле. - С ним будет всё хорошо. Лежи, отдыхай. Теперь я о тебе позабочусь. Потом поговорим.

Он встал, забрал свои сумки и закинул их на стол. После чего углубился в их содержимое, дожидаясь, когда хозяйка дома и её служанка выполнят его указания.

Эйбби не нужно было повторять дважды. Привыкнув в госпитале реагировать не то что на слово - на взгляд хирурга, причем реагировать быстро, она тут же повернулась к Розе.

- Бегом на кухню,- коротко приказала хозяйка, но негритянка уже и сама сообразила, что делать. В другое время, Роза бы посмеялась непривычному обращению "мисс" из уст этого мистера Сайбера, но сейчас ей было не до смеха. Вслед за хозяйкой взяв себя в руки, служанка торопливо поспешила вниз по лестнице, старательно перебирая в памяти содержимое кладовой, что вспомнить, куда она подевала плошку с жиром. За ней следовала Аббигейль с не менее сосредоточенным лицом. Мистер Элмар зря опасался, падать в обморок она не собиралась, хотя и была бледнее мела. Выдержка, унаследованная от череды мужественных предков (та самая, которой порой так мучительно недоставало Джону Риддону), всегда приходила на помощь миссис Фронтайн в трудные минуты. Не отказала она ей и сейчас. Прихватив на кухне бутылочку яблочного уксуса и оставив Розу подогревать жир, Эйбби поспешила обратно. По дороге она забежала в свою спальню и взяла кожаную сумку с медикаментами. Оставшись в одиночестве, Аббигейль на пару секунд прикрыла глаза, ощущая острую боль в сердце под грузом непролитых слез, но справилась с собой и поспешила обратно.

Пока женщины суетились, выполняя распоряжения мистера Эла, в себя пришел Джон. Благодаря тому, что раны не воспалились, и лихорадки у него не было, Риддон чувствовал себя получше Марка. По крайней мере, потеря сознания ему не грозила. Зато едва затянувшиеся раны на спине, равно как синяки по всему телу, изрядно саднили, что изводило Джона, никогда не славящегося ангельским терпением, похлеще всякой пытки. К тому же он был сейчас слишком раздражен тем обстоятельством, что бестолковые негры зачем-то забрали сестру с безопасной фермы Симпсонов и притащили ее на "Мокрую падь". Впрочем, в этом был виноват сам Джон: приехав без сил на ферму, он не сделал соответствующих распоряжений, а потом, когда более-менее пришел в себя - Сэм уже уехал, и вмешиваться было слишком поздно. Конечно, в целом, всё было не так плохо - двое лишних помощников Розе бы точно не помешали бы, тем более, если учесть, что мистеру Кэмерону явно становилось всё хуже, но... Джон был не настолько великодушен, чтобы ценить здоровье незваного гостя дороже покоя сестры.

- Я почти в порядке, - ответил Риддон на вопрос Сайбера, мимоходом отметив, что брат миссис Симпсон уже знаком с мистером Кэмероном. - Просто спина побаливает.

В этот момент в дверь тихонько проскользнула Аббигейль. Она поставила свою сумку рядом с Элом и негромко сказала ему:

- Может, вам пригодится какое-нибудь из моих лекарств, посмотрите.

Услышав голос сестры, мистер Риддон приподнялся на кровати.

- У меня всё в порядке, Эйбби, - поторопился он ее успокоить.- Завтра я уже встану.

- Тебе не стоит разговаривать, Джонни, - мягко напомнила ему миссис Фронтайн, аккуратно складывая бинт в несколько раз. Пропитав ткань уксусом, она приложила одну примочку к синяку на боку Риддона и присела на стул, занявшись изготовлением второй.

Разумеется, Аббигейль не поверила ни единому слову брата, но всё же от сердца у нее немного отлегло. По крайней мере, Джон в силах бесстыдно врать, что уже неплохо. А вот состояние мистера Кэмерона вызывало у хозяйки дома серьезные опасения - судя по всему, раны у него воспалились. И это было более чем несправедливо. Получается, такой хороший человек теперь при смерти по вине абсолютно чужих людей. Испытывая мучительные угрызения совести, миссис Фронтайн подняла голову, отрываясь от своего занятия, и с беспокойством спросила Элмара:

- А как мистер Кэмерон? У него лихорадка?

Эл кивнул, переходя от своей сумки к сумке Эйбби. И тут же пояснил:

- Он справится. Хоть и здорово отощал с нашей последней встречи. - Марк фыркнул на его слова, и Эл добавил, улыбнувшись: - Видите, возмущаться он уже в состоянии. Это хороший признак.

Как любопытный зверёк, который лезет носом в оброненную на дороге поклажу, Эл перебрал всё, что было в сумке у Аббигейль, вытащил, посмотрел на свет и даже понюхал. Потом аккуратно сложил всё обратно. Оставил на столе только квасцы, бинт и бутылочку со спиртом. Из своих сумок он извлёк холщовый мешочек с какой-то травой, складной нож и обрывок бумаги, которой обычно пользовался для того, чтобы скручивать папироски. Устроившись поудобнее около стола, Эл высыпал горсточку квасцов на бумагу и кончиком ножа отделил некоторое количество.

- Мистер Риддон! Если вы сегодня будете лежат тихо и слушать свою сестру и меня - завтра вы действительно встанете, - сказал он, поразмыслил над кучкой кристалликов и добавил ещё немного. После чего аккуратно пересыпал лишнее обратно в бутылочку. - Но если есть время - я бы на вашем месте полежал денёк-другой.

С этими словами Эл вернулся к Марку и аккуратно прикрыл его спину простынёй. Потом забрал со стола бумажку с квасцами, нож и мешочек с травой, и удалился на поиски кухни, оставив сестру Джона наедине с ранеными. Бесцеремонность, с которой он уже начал распоряжаться в чужом доме, самого Элмара совершенно не смущала. В кухне (которую он каким-то чутьём определил с первого раза) он положил бумажку с квасцами и мешочек с травой на стол и первым делом потрогал плошку с жиром. Но пришёл к выводу, что жир ещё недостаточно нагрелся, и занялся другими проблемами.

- Мисс Роза! - Он улыбнулся служанке. - Хорошо бы приготовить мистеру Риддону и мистеру Кэмерону побольше какого-нибудь тёплого питья и как следует натопить комнату. Там довольно прохладно. - Взяв с полки первую попавшуюся глиняную миску, Эл уселся за стол. Высыпав в миску траву, которая оказалась всего лишь сушёными листьями подорожника, Эл тут же принялся растирать её в порошок, пользуясь плоским концом рукоятки своего ножа как пестиком. - И пожалуйста, растворите эти квасцы в большой кружке горячей воды, - попросил он, кивнув на бумажку с горсткой кристалликов. - Лучше вон в той.

Элмар редко имел дело с квасцами, но помнил, что раствор должен быть достаточно слабым, не больше чем пятую часть унции на пинту воды. Поэтому он выбрал своим намётанным глазом самую большую кружку из имевшихся на кухне.

Роза всегда с подозрением относилась к чужакам, тем более к чужакам неизвестно какого происхождения, но уверенная и спокойная манера поведения мистера Сайбера располагала к себе, поэтому старая служанка безропотно ему подчинилась, надеясь, что он знает, что делает. Поджидая хозяйку, Роза держала плиту горячей, чтобы напоить ее кофе с дороги, поэтому в горячей воде недостатка не было. Растворив квасцы в указанной чашке, негритянка поставила ее на стол перед Элом и с деловитым видом направилась на поиски Сэма, чтобы озадачить его отоплением спальни Джона. Через некоторое время она вернулась и принялась за приготовление теплого питья. Выбор был не особо велик, поэтому Роза остановила глаз на сушеной мяте. Вытащив чайник, привезенный еще из Джорджии, она раскрошила туда примерно унцию ароматной травы и залила ее кипятком. Поставив отвар на огонь, служанка повернулась к мистеру Элу.

- А что вы делаете? - поинтересовалась она с любопытством, смешанным с легким подозрением, - все-таки новый знакомый не был врачом, и Роза немного опасалась его манипуляций с лекарствами.

Джона Риддона тоже слегка озадачило появление в доме какого-то сердобольного мистера Сайбера, но не слишком. Сейчас его больше волновал завтрашний день и та уйма дел, которую ему предстоит переделать. На предложение Эла полежать день-другой, он только вежливо заметил:

- Увы, завтра мне нужно посетить форт, отдыхать некогда.

Больше Риддон ничего говорить не стал - он прикрыл веки и попытался уснуть, чтобы набраться необходимых для поездки сил.

Аббигейль бросила на брата обеспокоенный взгляд - как он поедет один, с такими ранами? А даже если и доберется до Ньютона, то в каком состоянии? С трудом удержавшись, чтобы от отчаянья не заломить руки, Эйбби в который раз задалась вопросом, как угораздило Марка и Джона сцепится с янки в такой неподходящий момент. Впрочем, кто сказал, что была именно драка? Их могли просто приказать выпороть, к примеру, тот же мэр, чтобы не досаждали ему глупыми просьбами об отсрочке налогов...

Чувствуя, как по щекам катятся горькие бессильные слезы, миссис Фронтайн молча достала из платяного шкафа чистое полотенце. Не зная чем еще помочь пострадавшему больше всех мистеру Кэмерону, она смочила плотную ткань в воде и осторожно приложила полотенце к его голове. При этом руки Аббигейль не отпускала, словно силясь забрать себе часть сжигающего рейнджера жара.

Марк слышал, как перебрасываются фразами люди рядом с ним. Потом понял, что Эл куда-то ушёл, но миссис Аббигейль осталась. Прикрыв глаза длинными ресницами, Марк наблюдал, как перемещается по комнате её юбка. Что поделаешь, для того, чтобы увидеть лицо хозяйки дома, надо было поднять голову, а это Марку оказалось не под силу. А потом он почувствовал, как на его пылающее лицо опустилось нечто прохладное, и понял, что миссис Фронтайн совсем рядом, так что до неё можно дотронуться рукой. Чего не сделаешь в лихорадочном состоянии? Марку каким-то чудом удалось приподнять руку и накрыть своей ладонью кисть Эйбби. Рука его была сухая и горячая, кончики пальцев распухли из-за попавшей под ногти грязи и заноз, да и удержать женщину, вздумай она вырваться, Марк был бы не в силах. Но он всё равно постарался прижать её руку с полотенцем к своей щеке.

- Простите... что подвёл, - произнёс он достаточно внятно, хотя и очень тихо.

В более нормальном состоянии Марк не стал бы, наверное, так дерзко себя вести и хватать женщину за руки. Просто не решился бы. Но сейчас он был слишком измучен, чтобы думать об условностях.

В этот момент в кухне Эл как раз закончил растирать траву в порошок, когда Роза задала ему вопрос, что он делает.

- Делаю мазь для заживления ран, - ответил он, откладывая нож. - Это сушёный подорожник. Его нужно замешать в жир и прогреть слегка, чтобы частички листьев размякли. Барсучьего жира у меня нет, но и это очень хорошее средство. - Мистер Сайбер засучил рукава своей свободной белой рубашки (сшитой заботливыми руками его племянниц "специально для дяди Элмара") и подошёл к плите. - Подорожник - хорошая трава, - продолжил он объяснять. - Он останавливает кровь, вытягивает гной из ран, помогает быстрее заживать рубцам. Твоему хозяину и мистеру Кэмерону здорово досталось, сейчас струпья уже просохли и края кожи стянулись. Это не слишком приятно. Мы намажем каждую ранку тёплым жиром, чтобы смягчить кожу, а подорожник сделает всё остальное.

Говоря всё это, Элмар высыпал порошок, который у него получился, в жир, и принялся тщательно размешивать, чтобы жир продолжал греться и порошок равномерно распределился в его массе. Принюхавшись к чайнику, он заметил:

- Хорошо пахнет! Если есть что-нибудь спиртное, добавь несколько ложек. Если нет - в моём седле, в такой кожаной сумке с ремнями, початая бутылка виски. Вполне подойдёт. И я бы тоже выпил чего-нибудь горячего. Кстати, хозяин не рассказывал, что с ними произошло?

- Нет, не рассказывал, - с некоторым сожалением признала Роза, отгоняя от закипевшего чайника душистый дымок. - Когда мы спросили мистера Джона, кто на них напал, он коротко ответил: "янки" - и всё.

Служанка сама сгорала от нетерпения разузнать подробности вчерашнего происшествия, отчасти потому что была любопытна как большинство "домашних" негров, отчасти потому что почитала Джона и Эйбби своей безраздельной собственностью и потому воспринимала тайны каждого из них как личное для себя оскорбление, но вопросы мистеру Риддону и его гостю задавать не спешила, щадя их самолюбие. Правда, обсуждать хозяйские дела с незнакомцем, (пусть и приятным), Розе тоже не хотелось. Да, сами Риддоны могли забыть о своей гордости, лишившись своего прежнего положения и переехав в штат, славившийся простой общения, но их слуги так просто забыть об этом не могли. Тем более старая нянька, которая служила в семье не одно поколение. Поэтому Роза, более не распространяясь о хозяине, перевела разговор на другое:

- Да, я добавлю виски в чай, у нас есть, - согласилась она. - И, пожалуй, еще сахар. А как насчет вас? - негритянка вспомнила желание мистера Сайбера чего-нибудь выпить. - Не хотите кофе с ромом? Ром хороший, мы его с собой еще из Саванны привезли, - не удержалась служанка от хвастовства.

Разумеется, учитывая более чем скромный достаток семьи Риддонов, подобный напиток следовало бы поберечь для более торжественного случая, но Роза сочла, что хозяйка ее одобрит: всё-таки человек добровольно согласившийся врачевать раны избитых конфедератов, заслуживал небольшого поощрения.

Хозяйке, меж тем, было мало дела до того, что происходило на ее кухне - она со слезами на глазах выслушивала покаянные слова мистера Кэмерона. И за что он, собственно, извиняется? За то, что разделил с братом яростную злобу янки и, возможно, тем самым уберег его от более страшной участи, чем побои?

- Вы меня совсем не подвели, - ответила Эйбби рейнджеру тихо, чтобы слезы, дрожащие в голосе, были не так заметны, - я ведь просила вас с Джоном не умирать из-за куска земли, так что свое слово вы сдержали.

Противиться желанию Марка прижать ее руку к своему лицу, Аббигейль даже не подумала, хотя из-за этого ей и пришлось опуститься перед его кроватью на колени. Удерживая влажное полотенце на щеке своего гостя, она мягко посоветовала ему:

- Постарайтесь заснуть, так вам будет легче.

Но как раз сейчас Марк не хотел засыпать. Его пугало забытьё. Тому виной была лихорадка, но Марк не отдавал себе отчёта, почему так стремится выкарабкаться из полубредового состояния. Он наконец открыл глаза, хотя видеть, что происходит, мешало полотенце. Но по голосу Эйбби Марк всё равно почувствовал, что она плачет.

- Не плачьте, - попросил он, чуть пожав пальцы Эйбби, но тут же отпуская её руку, потому что удерживать её, напрягать собственную руку, было тяжело. - Я не засну. Надо... - Он сосредоточился, пытаясь понять, что всё-таки ему необходимо сделать и почему так важно окончательно прийти в себя. И ухватил ускользающую мысль "за хвост". - Надо поговорить с Элом. И... И вашему брату не стоит ехать в Ньютон... одному.

Ему хотелось сказать миссис Фронтайн что-нибудь хорошее и ободряющее, но ничего не пришло в голову. Она так мягко с ним обходилась, и даже совсем не сердилась за то, что он не смог уберечь её брата от неприятностей. Но для того, чтобы перечислить все её заслуги, у Марка не было сил. По счастью, чтобы переживать из-за того, как он сейчас должен выглядеть в глазах воспитанной леди, сил тоже не было. А то Марк непременно смутился бы собственной слабости, и располосованной как у какого-то бродяги спины, и синяков, которые вполне можно было и не получать, если не кидаться в драку при любой возможности.

Если бы Эл знал, чем озабочен его друг, он тут же согласился бы, что бросаться в драку с первыми встречными янки не следует. Но он этого не знал, поэтому мирно продолжил на кухне разговор с Розой:

- Я никогда не был в Саванне. Но это ведь у моря. Значит, там должен быть превосходный ром. - Он провёл рукой по волосам, убирая щекочущую лоб чёлку, которую сейчас не удерживала в нужном положении шляпа. Разумеется, волосы тут же вернулись на прежнее место, едва он опустил руку. Эл сдался, оставил волосы в покое и продолжил: - С удовольствием выпью кофе с саваннским ромом, как только закончу с нашими пациентами. - Придя к выводу, что жир уже достаточно прогрелся, мистер Сайбер достал из кармана жилетки платок, сложил в несколько раз и снял плошку с жиром с плиты. - Этого хватит на несколько раз, - решил он, вполне довольный результатом.

Забрав в одну руку плошку, в другую руку кружку с раствором квасцов, Эл направился к выходу из кухни, но приостановился и выдал дополнительные инструкции:

- Будет готов чай - принеси попить мистеру Риддону и мистеру Кэмерону. Мята - это очень кстати, поможет им заснуть.

С этими словами он толкнул плечом двери и аккуратно выскользнул в коридор, направившись к спальне мистера Риддона.

Услышав стук хлопнувшей внизу двери, Аббигейль поспешно вытерла слезы тыльной стороной ладони, посчитав, что уже достаточно дала волю своему горю. Все-таки сейчас ей, как хозяйке дома, следует сохранять хладнокровие, а наплакаться она еще успеет, запершись в своей спальне. Так что, несмотря на тревогу за брата, которая волной всколыхнулась в душе Эйбби от слов мистера Кэмерона, она ответила рейнджеру по-прежнему мягким тоном:

- Мистер Сайбер пока никуда не уезжает, так же как и Джон. Обсудим это завтра, когда вам будет получше, хорошо?

Заботливо обтерев лицо и шею больного, миссис Фронтайн поднялась с колен, чтобы смочить полотенце в холодной воде. Лицо ее, хоть и грустное, сохраняло сосредоточенное выражение. Она ожидала, когда в комнату зайдет мистер Сайбер (если, конечно, это он вышел с минуту назад из кухни).

Марк хотел было возразить, что не думает, чтобы важные разговоры следовало откладывать на завтра только из-за его состояния. Но на своё счастье, вовремя сообразил, что весь этот бред не следует произносить вслух. К тому же, Эйбби вдруг исчезла из поля зрения. Сообразив, что она просто отошла в сторону, Марк сосредоточился и чуть приподнял голову, чтобы оглядеться. Но тут же опустил обратно. Хотя после нежных прикосновений миссис Фронтайн ему действительно стало чуть лучше, это продлилось лишь несколько мгновений. Перед глазами всё плыло, что вполне закономерно для высокой температуры, а спина болела едва ли не сильнее, чем во время порки. И это тоже понятно, потому что раны воспалились и любое движение вызывало сильную боль. Но на удивление, Марк чувствовал, что все ощущения вместе с лихорадкой не мешают ему мыслить достаточно трезво.

Если Элмар здесь (не важно, откуда он взялся), значит, он должен знать, что происходит. Конечно, мистер Риддон может не захотеть сваливать свои проблемы на ещё одного мало знакомого человека. Но Марк был уверен, что Джон чувствует себя ничуть не лучше его самого, а значит, ему вообще не под силу будет куда-то ехать. Если миссис Аббигейль ещё не отказалась от идеи впутаться в предложенную сержантом-янки авантюру с налогами, так что хочет её брат или нет, а ему придётся воспользоваться услугами Эла. Эл, конечно же, не откажется помочь. В этом Марк был уверен. Он знал своего друга.

Однако, как же это тяжело - думать, когда у тебя лихорадка и спина болит так сильно, словно на раны просыпали соль! Впечатление такое, будто когда думаешь - всё начинает болеть ещё сильнее, так же, как когда двигаешься. Марк прикусил распухшую губу и несколько секунд боролся с желанием сдаться и действительно постараться уснуть или забыться, как и советовала Эйбби. Но одержал очередную победу и снова чуть приподнял голову, чтобы увидеть женщину.

- Эл что-нибудь придумает, - сказал он убеждённо, после чего вынужден был снова опуститься на подушку, злясь на собственную слабость.

Как раз в этот момент мистер Сайбер вошёл в комнату.

- Рад, что ты не разучился верить в мои способности, лейтенант, - заметил он, первым делом поставив на стол плошку с жиром и кружку.

А потом внимательно посмотрел на Эйбби. И конечно же понял, что она плакала. На войне Элмар часто видел подобное выражение у женщин-южанок, но начал по-настоящему понимать его только после того, как сам получил серьёзную рану и несколько месяцев пролежал в отчем доме, на попечении своей родни. У Элмара появилась тогда прекрасная возможность наблюдать за своей матерью, сестрами, племянницами и тётушками. Лихорадочное состояние иногда действует странно. То тебя одолевают видения и звуки, ничего общего не имеющие с реальностью, то наоборот ты начинаешь замечать мелочи, неожиданные нюансы, которых никогда до этого не видел в окружающих тебя людях. Эл помнил, что у него не было сил что-то произнести или пошевелиться, и он часами лежал, полуприкрыв глаза, и наблюдал за теми, кто сидел по очереди у его кровати, обтирал его лицо мокрой тканью и менял прохладную тряпку на лбу, едва она нагревалась. Его ни на минуту не оставляли одного. И он хорошо усвоил, что именно так выглядит лицо самых разных женщин, когда они пытаются скрыть свои слёзы.

Эл так долго наблюдал за женскими лицами, что теперь мгновенно определил очень похожее выражение на лице миссис Фронтайн. Но позволил себе лишь чуть улыбнуться ободряюще. Эта женщина вела себя как настоящая леди, и Элмар с почтением отнёсся к её горю и её желанию скрыть свои слёзы. И сразу заговорил о деле.

- Миссис Фронтайн! - Он тронул кончиком пальца поверхность зеленоватого от подорожника жира, проверяя, на сколько тот горячий. - Поухаживайте за своим братом, ладно? Вот этим надо тщательно смазать каждую ранку и слегка втереть. Если горячо - можно отложить часть жира в какую-нибудь другую посудину. Весь сейчас не понадобится, тут как раз на двоих, и даже на несколько раз. Пока жир тёплый - он лучше подействует. А я пока займусь своим приятелем.

Ещё раз улыбнувшись женщине, Элмар оторвал несколько кусов бинта, забрал кружку с раствором квасцов и устроился на краю кровати рядом с Марком. Осторожно убрав с его спины простыню, ещё раз внимательно осмотрел, в каком состоянии струпья. Сосредотачиваясь на том, что надо делать, Эл не позволял своим эмоциям выбиваться наружу. Ему больно было видеть эти раны и знакомая ненависть к янки поднималась, как муть, со дна души. Как они смеют так обращаться с людьми?! Неужели недостаточно победить, нужно ещё и унизить?! Зачем они так стараются вызвать ещё большую ненависть? И за что ненавидят сами? Если бы знать, что будет именно так, может, Юг бы никогда не сдался, а предпочёл драться до последнего человека. Но чем сильнее Элмар негодовал, тем бесстрастнее становилось его лицо.

- Придётся немного потерпеть, - сказал он Марку. - Я ещё раз промою твои раны, чтобы они быстрее заживали. Если тебе это не нравится - можешь ругаться. Но не забывай, что некоторые словечки миссис Фронтайн слушать совсем не обязательно.

Он заботливо убрал со лба Марка прядь непокорных волос, после чего смочил обрывок бинта в кружке и углубился в работу. Действовал Эл очень аккуратно, но смело, чтобы не тянуть зря времени и не мучить друга дольше, чем необходимо.

Марк скорее откусил бы себе язык, чем стал ругаться при женщине. Но он понимал, что Эл говорит всю эту чушь, чтобы отвлечь его. Наверное, стоило что-нибудь ответить, или вообще воспользоваться моментом и завести речь о завтрашнем дне. Но сил не было ни на то, ни на другое. Терпеть физическую боль Марк умел, но сейчас слишком ослаб из-за лихорадки, чтобы стоически переносить любые манипуляции со своими ранами. А в комнате была Эйбби, при которой Марк не мог себе позволить стонать и дёргаться. Поэтому он уткнулся лицом в подушку и постарался расслабиться, чтобы не вздрагивать от малейшего прикосновения Эла. Пусть делает с его спиной, что хочет, лишь бы поскорее избавиться от лихорадки и от слабости, и встать на ноги.

Эйбби последовала примеру Элмара и занялась врачеванием брата. Стянув с его спины простыню, она с секунду смотрела слегка окаменевшим взглядом на его раны, но, справившись с собой, упрямо поджала губы и взяла в руки жир. Несмотря на то, что Аббигейль изо всех сил старалась не причинять боли своими осторожными, нежными движениями, Джон всё же непроизвольно резко вздрогнул, когда сестра коснулась его кожи. Чуть не вздрогнув следом, миссис Фронтайн с ужасом подумала, что мистер Кэмерон прав - отпускать брата в одиночестве в форт нельзя. Но что же делать? Попросить помощи у мистера Сайбера, как намекал рейнджер? Но несмотря на всё снедавшее ее отчаянье, Эйбби понимала, что не может так поступить. Конечно, судя по всему, друг Марка был человеком порядочным и добрым и вряд ли отказал бы леди в просьбе, но именно поэтому леди и не хотелось его ни о чём просить. Если с мистером Сайбером что-то случится, как она посмотрит в глаза доброй миссис Симпсон? Нет, это исключено: Аббигейль и так мучила совесть по поводу того, что она подвела мистера Кэмерона под неприятности, и она не хотела усиливать эти муки еще и беспокойством за Элмара.

В конце концов, с Джоном можно отправить Сэма, а они с Розой проведут полдня в одиночестве. Разумеется, оставаться без защиты, хоть пожилого, но мужчины, Аббигейль было страшно, тем более теперь, когда она познакомилась с Реконструкцией во всей ее неприглядности, но чем-то же надо было жертвовать. Слегка вздохнув, Эйбби попыталась отвлечься от одолевавших ее мрачных мыслей, но это было непросто, слишком уж много волнений им сулил грядущий день, да и последующий тоже. Время, отпущенное для уплаты налога, таяло как восковая свеча, а шанс, что им удастся сохранить землю и не оказаться выброшенными на улицу, был на редкость небольшим. Слишком многое зависело от случая да от доброй воли янки. К тому же, после избиения Джона и мистера Кэмерона, кроме страха лишиться дома, к опасениям миссис Фронтайн добавился небезосновательный страх унижения. Если до этого у нее и были какие-то иллюзии насчет того, что победители могут проявить снисхождение к побежденным и дать им, по крайней мере, достойно уйти, то сейчас они рассеялись как дым. Милости от янки Эйбби теперь не ждала. Да и какой милости можно было ожидать от людей, избивших ее брата и гостя просто так, для забавы? Так что, скорее всего, над ними еще и поиздеваются, перед тем как выгнать.

Горькие мысли не способствуют душевному равновесию. Закончив обрабатывать раны брата, Аббигейль убрала примочки с его синяков, посчитав, что дальнейшее их прикладывание вызовет раздражение, и с грустным видом повернулась к мистеру Сайберу.

- Я отойду ненадолго, - сказала она, постаравшись, чтобы голос звучал спокойно и уверенно, и направилась к дверям. На лестнице она столкнулась с неграми. Роза как раз несла больным мятный чай, а Сэм - дрова, чтобы растопить камин. Не сказав слугам ни слова, Аббигейль вышла из дома. Больше сдерживать свои слезы она не могла, так что, бессильно опустившись на ступени крыльца, она горько разрыдалась.

Можно было, конечно, уйти в свою спальню и поплакать там, но Эйбби не хотела выставлять свое горе напоказ, а в доме Джорджа Риддона были слишком тонкие стены. Правда, Роза все равно догадалась, куда направилась молодая хозяйка, но ничего насчет этого говорить не стала. Вместо этого она взяла с подноса чашку с чаем и поднесла ее к губам мистера Кэмерона, решив сначала дать попить гостю, а уж потом хозяину. Правда, для начала надо было вытащить Марка из подушки, в которую он уткнулся. Но потом он с жадностью выпил всё, что дала Роза, поблагодарил и уснул почти сразу, и с почти чистой совестью. Присутствие Элмара само по себе действовало умиротворяюще, будто самую главную часть дела уже сделали, а разговоры действительно можно было отложить до утра.

Эл поддержал Марка за плечи, пока тот пил, после чего закончил промывать его раны и забрал плошку с оставшимся жиром. Когда ушла Эйбби, он сообразил, что скорее всего женщина окончательно измучилась и ей хочется побыть одной хоть немного. Держалась она с большим достоинством, но Эл видел, на сколько ей тяжело. И без колебаний записал её мучения в длинный счёт своих претензий к янки.

Как ни старайся вести себя разумно, но на оккупированном Юге творится невесть что, так что и не хочешь злиться, да тебя разозлят. Даже относительно сдержанному человеку, как Элмар, стоило большого труда не сорваться в драку. Он напоминал себе, что силой ничего не изменишь, и делал то, что действительно необходимо: улаживал споры, разбирался с налогами, добивался справедливого суда. Вот только в душе Эл понимал: предложи ему кто-то удобный способ вышвырнуть с Юга северян - и он с радостью бросится вышвыривать. Даже если ради этого придётся снова взяться за оружие. Но пока никто удобного способа не предлагал, и Элмар занимался мирным урегулированием проблем.

- Спасибо, Роза, - в свою очередь поблагодарил он негритянку. - Надеюсь, после вашего чая парни уснут хотя бы до утра.

Предоставив Розе самой справляться с мистером Риддоном, Эл старательно намазал каждую ранку на спине Марка тёплым жиром, накрыл его простынёй и пледом, помог Сэму справиться с камином - и пришёл к выводу, что самое время подышать воздухом.

- Мисс Роза! Я загляну чуть позже на кухню. И здесь потом приберусь, - пообещал Эл, и тут же ушёл, оставив на столе кружку, плошку, кучку мелких предметов и раскрытых сумок.

Спустившись вниз, Элмар подхватил с гвоздя свою шляпу и вышел из дома, на ходу ощупывая карманы. Самое время было вспомнить, что у него кончился табак. Эл с досадой провёл рукой по волосам, убирая назад чёлку, и нахлобучил сверху шляпу. Это же надо было забыть попросить у свояка курева! Вот раззява! И тут Эл увидел в свете луны замершую на ступеньках фигурку. Было довольно холодно. Элмар без колебаний стащил с себя толстую вельветовую безрукавку и накинул на плечи миссис Аббигейль, сев рядом с ней на ступеньку.

- Холодно, - напомнил он, хотя это и так было ясно. - Вы простудитесь. - Тоже прописная истина. Раз холодно - значит, можно простудиться. Так что Эл перешёл на более серьёзные темы - Думаю, мистера Риддона и Марка можно не беспокоить до утра. Я потом посижу с ними. Миссис Фронтайн! Тут я сделал всё, что мог. Но, думаю, я могу помочь вам и вашему брату ещё чем-то?

- Благодарю вас, вы и так много для нас сделали, - ответила миссис Фронтайн вежливо, зябко укутываясь в накинутую жилетку. Она и не думала, что так замерзла. - О какой еще помощи мы можем иметь дерзость попросить?

Аббигейль оставалось лишь благодарить Бога, что мистер Сайбер не застал ее в слезах. К его приходу она уже успела наплакаться и успокоиться, и сейчас просто сидела, набираясь душевных сил перед тем, как снова вернутся к постели больных. Холод ее сейчас волновал мало, во всяком случае, куда меньше, чем терзавшие ее страх и отчаянье. Радуясь, что ночная тьма скрывает ее лицо, еще хранившее следы недавних слез, она мягко возразила мистеру Сайберу:

- Спасибо, что подлечили моего брата и гостя. Думаю, что я не могу позволить вам еще и ночью возле них сидеть. Лучше я сама за ними поухаживаю, а вы пойдете спать. Все-таки я - хозяйка дома... пока еще, - тихо добавила она, почти физически ощущая на губах всю горечь этой фразы.

- Как прикажете, - согласился Эл, решив не спорить с женщиной. Никто ведь не помешает ему поспать пару часов, а потом подменить миссис Фронтайн в комнате её брата. От Элмара не так просто было отделаться. Он был рейнджером по духу. Если сталкивался с чужой бедой - никогда не проходил мимо. Тем более, что беда сейчас была общая и называлась "реконструкцией".

- Только в чём же дерзость? - спросил он. - Если человек нуждается в помощи - ему надо помочь. Помогающему зачтутся его труды. А если я могу что-то сделать, но даже не попытаюсь - как я посмотрю в глаза своих родных? - Выложив таким образом свою философию, Эл вгляделся в лицо женщины, смутно видное в лунном свете. - Миссис Фронтайн! Не отвергайте мою помощь. Мой опыт не так велик, но если вы расскажете, что у вас тут происходит, может, я смогу хотя бы дать совет. Ваш брат хочет ехать в Ньютон из-за налогов?

- Да, из-за налогов, - согласилась Аббигейль, слегка наклонив голову. Мистер Сайбер не мог этого видеть, но от его слов у вдовы запылали щеки - в них она угадала упрек своей гордыне. Действительно, Эйбби никогда не считала постыдным принять помощь, предложенную от чистого сердца, и руководствовалась в своем отказе вовсе не стыдом, а нежеланием подвергать опасности еще одного хорошего человека. Впрочем, принять его совет она была согласна, это ведь нестрашно. Набравшись мужества, миссис Фронтайн принялась рассказывать суть дела, опустив, разумеется, свой уговор с мистером Ганном.

- Брату нужно заплатить налог в Ньютон, - сказала она, сосредоточено рассматривая свои руки, - иначе послезавтра нас выселят. Деньги у нас есть, но из-за этого случая с янки Джон в таком состоянии... Он, конечно, упрямый и все равно поедет, - вопреки здравому смыслу в голосе Аббигейль звучала гордость за решимость брата. - Но я волнуюсь, доедет ли он...

На деле все обстояло куда печальнее: кроме беспокойства за брата, миссис Фронтайн еще испытывала беспокойство за ферму. Все-таки даже уплаченный налог за наследство не даст гарантии, что их послезавтра не выгонят вон. А стало быть, нужно на всякий случай приготовиться к отъезду. А когда это делать, когда у тебя на руках еще двое больных? Правда, этими своими опасениями у Эйбби хватило ума не делиться - она решила, что успеет. В конце концов, у нее еще день и две ночи. Закончив свой рассказ, она робко посмотрела на Элмара, ожидая его обещанного совета.

- Ньютон, - повторил зачем-то Эл, глядя в темноту. - Я уже сталкивался с комендантом форта, полковником Леммингом. И не думаю, что вашему брату в его теперешнем состоянии следует встречаться с этим человеком.

Безусловно, Эл мог понять гордость, которую сестра испытывает за брата. Но сейчас его волновало другое. Он в задумчивости снял шляпу и провёл рукой по волосам. Что-то здесь не сходилось, в том, что рассказала миссис Фронтайн. Даже янки соблюдали видимость порядка, и давали неделю после того, как предъявляли ордер на выселение, чтобы человек мог либо заплатить, либо убраться. Во всяком случае, так было во всех прочих местах, которые контролировал форт Ньютон. Быть не могло, чтобы за такой короткий срок вдову должны выселить. Эл надел шляпу и посмотрел на женщину.

- Миссис Фронтайн! Скажите, вам уже предъявляли ордер на выселение, подписанный судьёй округа?

- Нет, ордер еще не предъявляли, - ответила Аббигейль сразу же. - Его привезут только послезавтра.

Честно сказать, Эйбби удивил вопрос Элмара. Она не разбиралась в тонкостях уплаты налогов, но, учитывая произвол военных и гражданских властей, не ожидала, что всё будет происходить по закону и заведенному порядку. Даже если южанам и взбредет в голову пожаловаться на несправедливый отъем имущества, то искать заступничества им будет не у кого. Больно нужны северянам какие-то фермеры, у которых даже на судебные издержки денег нет. Впрочем, будучи человеком законопослушным, миссис Фронтайн тяготилась предстоящего обмана да и опасалась, что он не удастся. Может быть, и правда есть какой-то третий путь сохранить ферму, более безопасный.

Хотя сейчас мысли Эйбби занимало не это, ее сильно обеспокоило сказанное мистером Сайбером, так сильно, что она невольно прижала руку к груди.

- А что не так с этим полковником? - осведомилась Аббигейль несколько встревоженно. - Почему брату нельзя к нему ехать?

- Полковник Лемминг очень не любит южан, - ответил Эл спокойно. - Особенно тех, кто воевал за Конфедерацию. И старается при каждой возможности это показать. Мистеру Риддону в его теперешнем состоянии трудно будет отнестись к этому с должным терпением.

Элмар уже сталкивался с Леммингом, когда улаживал дела с фермой Симпсонов. Как родственник, он естественно не остался в стороне от их проблем. Но рассказывать женщине, с какими каверзами и унижениями он столкнулся при этом, мистер Сайбер не собирался. О том, что миссис Фронтайн намеревается с помощью одно сержанта-янки провернуть собственную авантюру, Эл не знал, поэтому исходил из того, что ему самому было известно.

- После того, как вам привезут ордер, вам должны дать минимум семь дней на то, чтобы заплатить, или убраться с этой земли, - сказал он. - Вашему брату стоит отлежаться хотя бы дня два-три, а уж потом думать о том, чтобы ехать в Ньютон. Времени должно хватить.

Он чуть улыбнулся женщине, где-то в душе осознавая, что придётся ему задержаться в этих местах и послать домой телеграмму, чтобы не волновались его долгому отсутствию.

Увы, миссис Фронтайн было сейчас совсем не до улыбок. Она медленно поднялась со ступенек крыльца и, повернувшись к собеседнику лицом, положила правую руку на перила. Пальцы тут же заледенели, но, задумавшись, Эйбби не обратила на это внимания.

Сообщение о том, что комендант форта - мерзавец, ненавидящий бывших конфедератов, заставили ее сердце сжаться от гнева. Неужели даже ради такой малости, как уплата налога, южанам нужно терпеливо сносить издевки всяких янки? Мало им того, что они выиграли войну? Но вспыхнувшее, было, возмущение тут же сменилось более своевременными мыслями. Разумеется, мистер Сайбер заметил верно, в своем нынешнем состоянии Джон, и так не всегда способный сдержать себя от необдуманных слов и поступков, действительно, может сорваться... Но что же в таком случае делать? Воспользоваться советом Эла и повременить с налогом Аббигейль не могла - это напрямую нарушит их уговор с мистером Ганном и поставит под угрозу срыва и без того рискованную авантюру. Связаться с помощником мэра и попросить отложить выселение хотя бы на два дня, тоже не было никакой возможности. Без лишних подозрений весточку не передашь, да и сомнительно, чтобы такая отсрочка была в его власти - скорее всего, сам мэр и решает, кого и в каком порядке выгонять. А к самому Фланнагану обращаться Эйбби не хотела, чтобы не привлекать ненужного внимания, да и кто знает, как он отреагирует на подобную просьбу.

Меж тем, сказать Элмару правду насчет того, что на самом деле вынуждало Риддонов спешить с уплатой налога, миссис Фронтайн, разумеется, не могла, поэтому озвучила лишь второстепенную причину.

- Ваше предложение разумно, - учтиво поблагодарила она мистера Сайбера. - Мы с Джоном его обдумаем. Но, увы, после сегодняшнего дня я не верю, что янки хоть немного чтят закон, даже тот, что устанавливают сами. Я боюсь, - голос Аббигейль немного дрогнул, но она всё же продолжила, - я боюсь, что нас могут все-таки выгнать послезавтра.

Элмар тоже поднялся. Собственно, выбора у него не было. Да он и не хотел никакого выбора, предпочитая действовать так, как ему подсказывал здравый смысл, и как требует его сердце. Примерно такие чувства заставили его в своё время стать рейнджером. Он не сожалел и не раскаивался, потому что находился в подобные минуты в полном равновесии, когда разум и эмоции действуют рука об руку.

- В таком случае, леди, будет лучше, если вы поручите это дело мне, - сказал он, поправив шляпу. - И убедите мистера Риддона, что ему следует остаться дома. Я уже разговаривал с полковником и знаю, чего ожидать. - Элмар подумал, что женщина может не захотеть довериться мало знакомому человеку, поэтому добавил, постаравшись, чтобы голос звучал убедительно: - Миссис Фронтайн! Я прошу вас, доверьтесь мне. Моя сестра могла бы подтвердить, что я и в первый раз справился с этим делом. Я знаю, как разговаривать с янки.

Конечно, и он не был ни от чего гарантирован. Но Эл почему-то был уверен, что в отличие от брата миссис Аббигейль, или от Марка, у него хватит терпения переупрямить полковника и не дать лишнего повода издеваться над собой.

- Нет, мне не нужно подтверждений вашей сестры, - заметила Аббигейль серьезно, - я вам верю.

Она машинально потерла свои замерзшие руки, чтобы согреть их, обдумывая, меж тем, слова рейнджера. Мистер Сайбер предлагал свою помощь ненавязчиво, но в такой форме, что отказывать с каждым разом становилось всё сложнее и сложнее. Да и стоит ли отказываться? Судя по всему, он уже не в первый раз имеет дела с уплатой налогов и до сих пор жив. Правда, Эйбби очень сомневалась, что ей удастся отговорить брата от поездки в форт - наверняка, Джон увяжется следом. И, скорее всего, будет прав. Мало ли какие вопросы могут возникнуть по поводу фермы у этого придиры-полковника. Но, по крайней мере, брат будет не один...

От души понадеявшись, что на этот раз Джон не впутается в неприятности, миссис Фронтайн ответила рейнджеру:

- Вы - очень хороший человек, мистер Сайбер. Спасибо, что помогаете нам в такой непростой ситуации. Правда, я не думаю, что мой брат согласится остаться дома, - выразила Эйбби опасение. - Я, конечно, попробую его уговорить, но вряд ли он пойдет на это.

Элмар заметил жест, которым миссис Фронтайн тёрла замёрзшие руки.

- Пойдёмте в дом, - тут же предложил мужчина, чуть коснувшись пальцами локтя Эйбби. Он мог бы позволить себе схватить за руку и потащить в дом сестру или племянницу, но не постороннюю леди. Поэтому лишь сделал приглашающий жест. - Я не прощу себе, если вы сейчас заболеете из-за того, что я заговорил вас на пороге дома. Идёмте. Я думаю, будет лучше нам всем отдохнуть до утра. А утром попробуем уговорить мистера Риддона не ездить в Ньютон. Может быть, нам удастся найти хорошие аргументы, с которыми ему придётся смириться.

Эл вспомнил, что Роза пообещала ему кофе. Да и миссис Аббигейль следовало что-нибудь выпить и перекусить. Она, конечно, держалась очень хорошо, но по мнению Эла, ей не мешало подкрепить свои силы.

- Вы наверняка не успели поужинать у мистера Симпсона, - заметил он, сопровождая женщину в дом. - Надеюсь, у мисс Розы найдётся для вас что-нибудь?

Элмар собирался не только съездить в Ньютон, но и побывать после этого в Городке (в котором до этого был лишь две недели назад, так что много чего могло измениться). То, что здесь творилось, ему совершенно не нравилось и, по привычке армейского разведчика и рейнджера, хотелось посмотреть на всё своими глазами, а уж потом решать, что делать дальше. Да и Марк поднимется на ноги не раньше чем через несколько дней, а оставлять друга сейчас Элу не хотелось. И это не говоря о том, что на "Мокрой Пади" одна миссис Фронтайн нормально держится на ногах, потому что два старых негра и израненный брат не в состоянии решить проблемы, как специально подброшенные сборщиками налогов именно сейчас. Нет, Эл не мог отсюда уехать и бросить хозяйку ранчо без помощи. Для семейства Сайберов он сделал то, что требовалось, так что некоторое время они прекрасно справятся без него. Тем более, что на ферме родителей Элмара народу было столько, что хватит на небольшое поселение.

Аббигейль не собиралась мерзнуть на крыльце и дальше, поэтому послушно последовала за мистером Сайбером в дом. Сняв с себя уже ненужную жилетку, она, слегка улыбнувшись, вернула ее рейнджеру. Честно сказать, миссис Фронтайн сейчас слишком устала, чтобы есть, но подумала, что нельзя пренебрегать традициями гостеприимства - ведь если кто и не успел поужинать, так это ее новый знакомый. Так что стоило сначала позаботиться о том, чтобы накормить и устроить на ночь мистера Сайбера, а потом уже заняться другими делами.

- Не думаю, что стоит беспокоить Розу, она сейчас, скорее всего, сидит с больными наверху, - мягко сказала миссис Фронтайн и, прихватив с буфета свечу, сделала приглашающий жест рукой. - Пойдемте на кухню. Думаю, нам всем сейчас стоит подкрепиться.


Продолжение следует...

НазадСодержаниеВперёд



© М.В. Гуминенко, А.М. Возлядовская., Н.О. Буянова, С.Е. Данилов, А Бабенко. 2014.